Фиона Литч – Смерть накануне свадьбы (страница 36)
Он показывал Дейзи разные растения, и, хоть ей, бедняжке, это вряд ли было интересно, она делала вид, что ее это чрезвычайно увлекает.
Она остановилась, потому что Жермен потребовалось задрать лапу на старый пень, и мы их нагнали.
— Хорошая прогулка? — спросила я, и они оба улыбнулись.
— Да! Тони рассказывал мне, как наблюдал здесь за птицами, — сказала Дейзи.
Я слегка удивилась: представить его с биноклем в руках было трудно.
Он рассмеялся.
— Не смотри так! Я часто бывал тут с дедом. Тут полно всяких птиц, не только чайки. Черные коршуны, камышовки, иногда даже зимородка можно встретить. Я обожал эти вылазки. Давненько я тут не был.
Мы пошли дальше, миновали компанию детей на байдарках, потом свернули в сторону от города и перешли через Страт, оставив болота слева.
Жермен радостно тявкнула и кинулась на какую-то пичугу (я не знала, что это за птица, а вот Тони, возможно, знал), сидевшую себе, никому не мешая, на старом заборе в зарослях лилового дербенника, почти скрытом высокими стеблями.
Птица, разумеется, улетела, бросив на белую пушистую возмутительницу спокойствия полный презрения взгляд, а глупая собака умудрилась запутать поводок вокруг кривого столба.
— Ну ты и балда, — ворчала я, продираясь сквозь густую траву и возясь с поводком.
Это потребовало некоторого времени: остальные и не думали мне помочь, только стояли и смеялись, пока собака снова запутывала то, что я распутала, — но в итоге мы выбрались на тропинку, взъерошенные и запыхавшиеся.
Тони протянул руку, вынул что-то из моих волос и подал мне.
— Цветок, миледи, — сказал он с улыбкой.
Я взяла его.
— Подожди, вот еще один, ты вся в них…
Я уронила стебелек, который он мне вручил, и принялась отряхиваться.
— Что? Где еще?
Он мягко отвел мою руку:
— Постой спокойно, я все сниму.
Он поднял цветок и рассмотрел его с интересом. У растения был чуть липкий, шероховатый стебель со множеством крошечных желтых цветков и кислотно-зеленых листьев, торчащих вверх.
— Ты ухитрилась сломать очень редкое растение. Крестовидка гладкая. Здесь единственное место в Корнуолле, где он растет.
— Спасибо, сэр Аттенборо[5], — сказала я, но внезапно замолчала, взяла растение у него из рук и рассмотрела внимательнее.
— Оно больше нигде не растет? Только здесь? — переспросила я.
Он кивнул:
— Да, именно так. В основном оно встречается на севере.
Я посмотрела еще раз, чтобы убедиться, но я была уверена.
— У «Рендж Ровера» Роджера такое же торчало из решетки радиатора, когда мы с инспектором Уитерсом приезжали к нему в воскресенье.
— Что? Ты уверена? — Я кивнула. — Значит, он был здесь, на болотах.
— Но на болотах негде спрятаться, — сказала я. — И незачем ехать через них, чтобы попасть в кемпинг.
— Нет… — Мы с Тони переглянулись задумчиво.
Не говоря ни слова, мы обернулись к тропинке, ведущей через болота к укрытию, где местные орнитологи-любители наблюдали за канадскими гусями, прилетающими сюда на зимовку.
В ограде на дальней стороне заказника была калитка, через которую проходили для регулярных проверок егеря.
Я повернулась к маме:
— Может, вы с Дейзи останетесь здесь и передохнете? Мы с Тони быстро посмотрим болотца, а Жермен туда все равно нельзя — из-за птиц.
Дейзи было запротестовала, но мама тяжело оперлась на ее руку.
— Побудь со мной, помоги присесть. Колено что-то разболелось, — сказала она и подмигнула.
Мы с Тони перемахнули через перелаз и двинулись по тропинке. Вокруг было по-прежнему красиво, светило солнце, но почему-то мне стало холодно. Мы не произнесли ни слова.
Мы дошли до укрытия. Там никого не было. Сквозь щели между досками мы оглядели заросли камыша, но ничего не увидели.
— Тут так тихо, — сказала я. И правда, стояла зловещая тишина. Тони взял меня за руку, и мы пошли дальше по тропинке.
Сюда посторонним уже было нельзя. Грунтовка вела от дороги к воротам, а за ними громоздились кучи старых бревен и рос густой кустарник — прибежище насекомых и ежей. Мы огляделись, но кругом было пусто. Заодно осмотрели ворота, предполагая, что они будут заперты, но замок заржавел и толком не закрывался. Цепь была намотана на столб и створку: кто угодно мог ее размотать и проехать.
Мы перелезли на ту сторону. В любую жару почва здесь оставалась влажной, и в грязи отпечатались следы шин. Мы пошли по следам. Они обрывались внезапно, недалеко от небольшого заросшего камышом окошка стоялой воды.
Я посмотрела на Тони — идти дальше мне не хотелось, и было видно, что ему тоже. Но мы обязаны были это сделать.
Мы дошли до берега, и вдруг все стало каким-то нереальным: блики полуденного солнца на неподвижной воде, жужжание насекомых в зарослях, щебет птиц… и мы двое, стоящие здесь.
Блип. Тихий звук входящего сообщения на телефоне Тони заставил нас вздрогнуть.
— Это Каллум, — сказал он. — Пишет, что на площадке в Требарвите есть один подозрительный фургон. Единственный, который, похоже, пуст.
— Крэйг мог затаиться там, — сказала я с сомнением.
— Вряд ли. А это что такое? — спросил Тони, внезапно охрипнув. Я посмотрела, на что он показывал.
Среди камышей что-то плавало. Сгорбленное, бесформенное, вздувшееся от влаги. Солнце так ярко сверкало на воде, что я не сразу разглядела темные волосы и белую рубашку. Отсюда невозможно было понять, в голубую рубашка полоску или в серую, но точно в полоску.
Мы нашли Крэйга Лейти.
Глава 26
— Полагаю, нет смысла спрашивать, что вы тут делали? — Уитерс саркастически изогнул бровь.
— Тони просто хотел показать мне тросик
Тони фыркнул, едва сдерживая истерический смех.
— Тростниковую камышовку, — выдавил он, едва совладав с собой. — Птица такая.
— Да, я понял. — Уитерс закатил глаза. — И вы совершенно случайно наткнулись на тело возможного подозреваемого в убийстве вашей бывшей жены?
— Ага, — сказал Тони. — Невероятно, правда? — Они уставились друг на друга, а я помахала рукой у лица, будто отгоняя назойливую муху.
— Фу, сколько тестостерона в воздухе, а? — сказала я.
Тони опустил взгляд, а Уитерс повернулся ко мне.
— Ну что ж, мисс Марпл, — сказал он, скрестив руки. — Объясните, как вам пришла в голову эта блестящая идея — привести главного подозреваемого…
— «Главного подозреваемого»? — перебил Тони. — Вы же меня отпустили, помните?
— …блестящая идея — прихватить главного подозреваемого, чтобы поискать другого единственно возможного на данный момент подозреваемого? Вам не пришло в голову, насколько это подозрительно: вы вдвоем приводите нас к телу Крэйга? — Он произнес это с театральным сарказмом: «О, смотрите-ка, упал в болото и утонул, дело закрыто». — Вам не кажется, что это уж чересчур удобно?
— Если честно, детектив, нет, не кажется, — ответила я. — Потому что мы не ожидали найти его мертвым. Мы думали, что он прячется в трейлере в одном из кемпингов своего отца. Я объяснила Уитерсу про крестовидку гладкую, которую заметила во время нашей невинной прогулки вдоль канала. Ему совершенно не обязательно было знать, что мы специально пошли прочесывать кемпинги Лейти и три уже обошли безрезультатно. Я рассказала, что видела тот же желтый цветок на машине Роджера, когда мы приезжали к нему.
Уитерс задумался.