Фиона Бранд – Невеста без чувств (страница 3)
– Отпусти меня! Слышишь?
– Ни за что, – твердо ответил он и еще крепче прижал ее к себе.
Сиенна ощутила мощное горячее мужское тело. Она против своей воли отреагировала на близость Константина.
За ее спиной послышался шум мотора. Машина подъехала ближе и остановилась в паре метров от них. Константин пробурчал что-то невнятное.
Ливень наконец прекратился, и представители прессы потихоньку начали вылезать из укрытий.
– Я не хотел этого, поверь, но ты сама виновата в том, что сейчас произойдет, – заявил Константин.
Сиенна вскинула голову. Немного не рассчитав, она больно ударилась о подбородок Константина. Из глаз посыпались искры. Это взбесило ее еще больше.
– Отлично! Значит, ты считаешь, что моя любовь к своей семье это преступление? – бросила она с вызовом.
Что-то пострашнее, чем приближающиеся папарацци, промелькнуло в глазах Константина. Он сухо ответил:
– Вот как это теперь называется! Чудно!
Его тон обжигал ее сильнее, чем жар, исходящий от его тела. Чувство вины вот уже два года не давало покоя Сиенне. Может быть, именно она виновата в том, что они расстались? Может быть, дело было не в стремлении закоренелого холостяка сохранить свободу?
Сиенна стиснула зубы и, постаравшись отогнать дурные мысли, заявила:
– Да что я такого сделала? Что так сильно обидело тебя?
Константин хмуро улыбнулся:
– Если ты ждешь от меня каких-либо объяснений, то зря.
– Я и не сомневалась, – отрезала Сиенна и с силой толкнула его в грудь.
– Не дергайся, – тихо произнес он ей на ухо.
Это повергло Сиенну в шок. Она не ожидала, что Константин будет удерживать ее силой.
Черт возьми, почему ей это должно нравиться? Однако, несмотря на непростую ситуацию, она чувствовала, что сила Константина, жар, исходящий от него, волнуют ее. Они стояли слишком близко, чтобы держать себя в руках.
«Остается надеяться, что пресса расценит этот жест Константина как попытку утешить меня…» – подумала Сиенна.
А кто вообще пригласил прессу? Эта мысль поразила ее. Она вскинула глаза на Константина.
– Это ты позвал журналистов? – спросила она.
Он усмехнулся.
– Напротив,
– Не смей называть меня так!
– А как? Милая, дорогая? Или, может быть, малыш?
Константин пальцем приподнял ее подбородок и чуть наклонился. Издалека их объятия выглядели романтично, и могло показаться, что они вот-вот начнут целоваться. Это беспокоило Сиенну.
Страсти накалялись. Она начинала тонуть в глубоких глазах Константина, она видела капли дождя на его лице и крошечные кристаллики воды на густых черных ресницах. Голова снова закружилась, сознание возвращало Сиенну в прошлое. Два года назад, когда она впервые столкнулась с Константином, погода была почти такая же. Лил дождь, Сиенна бежала к ресторану. В дверях она столкнулась с привлекательным молодым человеком. Это был Константин.
Тогда ее маленькое черное платье было гораздо короче и плотнее облегало фигуру. В момент столкновения Сиенна зацепилась за что-то, немного порвала платье и потеряла туфлю. Константин любезно предложил ей свою помощь.
Он поднял туфельку, нагнулся и сам надел ее Сиенне на ногу. Его низкий бархатный голос заворожил девушку. Тогда ей казалось, что она, словно Алиса в Стране чудес, угодив в кроличью нору, попала в сказку, и вот он, ее принц без страха и упрека, идеальный, такой, какого она всегда ждала. Но это было давно…
Константин все сильнее сжимал ее в объятиях. Это вернуло Сиенну в настоящее. Она заметила, как играют желваки на его скулах. Он явно был очень зол, и это ее беспокоило. Константин, как и она, пытался сдержать гнев, но наконец он не выдержал.
– Все, баста! – вдруг крикнул Константин и отстранился от Сиенны.
Видимо, он тоже вспомнил их первую встречу, и эмоции вновь вскрыли старые раны на сердце. Он, безусловно, хотел ее, тело его не забыло тепло Сиенны, ее нежную бархатистую кожу, ее аромат.
– Ты в том же платье, – пробормотал Константин.
– Нет, – ответила Сиенна. Ее поразило, что они думают об одном и том же. – Тогда на мне было коктейльное платье.
– На ощупь оно такое же, – заметил Константин, продолжив про себя: «Такое же нежное, мягкое и пробуждающее чувства, как и твоя кожа».
– Не трогай меня, и ты ничего не будешь ощущать, – быстро проговорила Сиенна.
Несмотря на то что ее голос звучал резко и холодно, Константин знал, что стоит только заглянуть ей в глаза, и можно утверждать обратное. Он должен отпустить ее. Сейчас она потрясена, напугана и озлоблена, а потому нет смысла говорить о чем-то. В день похорон ее отца можно выразить соболезнования и сострадание, но уж никак не заниматься делами. Однако, несмотря на логику и здравый смысл, Константин не собирался давать Сиенне еще один шанс ускользнуть от него.
Два года назад Сиенна Амбрози сделала то, что до этого не смогла совершить ни одна женщина, – она одурачила его как мальчишку. Сегодня он вообще не должен был прикасаться к ней. Но ее нежное теплое тело, изящный изгиб бедер не могли оставить Константина равнодушным. Кроме того, ее глаза говорили, что Сиенна все еще испытывает к нему какие-то чувства, что она все еще способна отвечать ему теплом и нежностью.
«Все это хорошо, но я подумаю над этим после того, как завершу то, за чем пришел», – решил Константин.
– Я не отпущу тебя, пока не получу то, что хочу, – наконец сказал он.
Зрачки Сиенны расширились. Она явно ничего не понимала. Однако Константин был уверен, что Сиенна полностью в курсе дел своего отца, как ни больно это осознавать.
– Если все, чего ты хочешь, – это разговор, тебе придется подождать. Может, ты не заметил, но мы промокли, и сегодня похороны моего отца, – язвительно произнесла Сиенна.
Константин рефлекторно прижал ее к себе. Новая волна жара окатила мужчину. Два года назад страсть настолько ослепила его, что он пренебрег мнением родителей, закрыл глаза на плохую репутацию семьи Амбрози. Константин был глух к увещеваниям братьев. Для него существовали только Сиенна и его страсть к ней. Правда, он не доверял своим чувствам, считая их минутным порывом, слабостью, присущей каждому мужчине при виде красивой женщины. Сегодня Константин доверял этим чувствам еще меньше. Но он знал точно – одной ночи не будет достаточно.
Сиенна оглянулась.
– Вся эта неразбериха с журналистами произошла из-за тебя. Если бы ты не появился, они бы не заинтересовались нами, – сказала она.
– Успокойся, – посоветовал Константин, наблюдая за приближающимися репортерами. – Если ты не хочешь появиться на первых полосах вечерних газет, останься и веди себя тихо. Я сам с ними поговорю.
Тем временем двое мужчин в черных костюмах возникли словно ниоткуда и последовали за репортерами. Сиенна заметила, что телевизионщики тоже присоединились к ним.
И начался «допрос».
– Мисс Амбрози, это правда, что «Жемчуга Амбрози» на грани банкротства?
– Что вы можете сказать о периодической утечке средств из «Атреос груп»? Ваш отец был к этому причастен?
Вспышки камер ослепили Сиенну. Она зажмурилась, голова пошла кругом. А вопросы не прекращались.
– Мисс Амбрози, что вы можете сказать об уплате налогов?
Сиенну бросало то в жар, то в холод. К счастью, на помощь пришел Константин:
– Я бы настоятельно советовал вам прекратить расспросы, особенно в такой горестный для нас всех день. В данный момент «Жемчуга Амбрози» и «Атреос груп» ведут переговоры. Смерть Роберто замедлила процесс. Это все, что я могу вам сейчас сказать.
– Константин, только ли это бизнес? Если слияние компаний почти решено, не планируете ли вы соединиться брачными узами с мисс Амбрози?
Константин быстро шел к черному «ауди», увлекая Сиенну за собой.
– Никаких комментариев, – только и успевал говорить он по дороге.
Лукас перебрался на заднее сиденье и затих. Константин открыл пассажирскую дверцу. Когда Сиенна поняла, что он собирается усадить ее в свой автомобиль, она остановилась.
– У меня есть своя машина. Я не поеду с вами, – заявила она.
Константин процедил сквозь зубы:
– Выбирай, дорогая, либо ты едешь со мной, либо остаешься один на один с прессой.
Страх заставил Сиенну согласиться.
– Хорошо, я поеду, – тихо произнесла она.
– Тогда мне понадобятся ключи от твоей машины. Один из моих охранников заберет ее, и как только пресса перестанет нас преследовать, ты пересядешь в свою любимую спортивную машинку.