Филлис Уитни – Мерцающий пруд (страница 65)

Адам посмотрел на Ребекку, которая подкладывала в огонь дров и понизил голос:

— Частично разрушительная ярость толпы направлена против несчастных цветных. Умы невежд распалены негритянским вопросом из-за страха, что дешевая рабочая сила освободившихся негров отнимет у них работу. Боюсь, что прежде чем беспорядки прекратятся, могут произойти случаи линчевания. Собственно, именно поэтому мы с Уэйдом и связались с толпой. И именно тогда мы увидели Норвуда.

Морган напряженно слушала. Теперь она резким щелчком закрыла зонтик и отложила его. Но не произнесла ни слова.

— К середине дня толпа уже основательно нагрузилась спиртным, и в ней разгорелась жажда крови. Поджог зданий был не такой большой забавой, как человеческая жертва. Когда мы с Уэйдом натолкнулись на эту воющую свору, они гнались по пятам за негром. Его поймали и били, но ему удалось вырваться, и он бежал прямо к нам в руки. Уэйд быстро соображает, и он заметил одно место, куда мы могли нырнуть, прежде чем толпа нагонит нас — боковую дверь склада, выходившую в переулок. Мы вбежали в нее втроем с чернокожим и закрыли дверь на засов, пока толпа разбиралась, куда мы исчезли. К тому времени, когда они обнаружили эту дверь, мы уже прошли через все здание и выскользнули на поперечную улицу. Какая-то женщина увидела нас в окно и сделала нам знак войти, так что мы заскочили в ее дом и переждали, пока толпа схлынет.

Адам состроил кривую гримасу и провел пальцем по своему потрепанному воротнику:

— Тогда-то мы и сбросили свои джентльменские одежды и надели нечто менее заметное. Женщина, приютившая нас, раньше работала в Подполье, и ее возмутило происходившее. Мы оставили нашего цветного друга прятаться у нее на чердаке и выскользнули черным ходом в другой переулок. Толпа была на улице, но ее занимало другое. Мне, к счастью, попалась шапка, чтобы прикрыть мои рыжие волосы. Нам удалось раствориться в рядах и плыть по течению, выжидая случай оторваться.

— Ты сказал, что вы видели Мюррея, — напомнила ему Морган.

— Правильно. И он не был нашим спасителем. Он вышел на балкон, пытаясь произнести какую-то речь, но, увидев Уэйда, стал кричать и показывать на него. Я полагаю, он хотел натравить на нас толпу. Однако кажется, эта возня Круга обернулась против его вдохновителей и зачинщиков. Совершенно определенно, не они лидеры, как рассчитывали. Там было несколько парней с кирками, они разобрали часть мостовой на боеприпасы, а заметив Мюррея, запустили в него несколько камней, и он скрылся в доме. Я надеюсь, в Нью-Йорке ему теперь станет слишком жарко, и он вернется в Олбани, откуда прибыл.

Именно сразу после этого нас с Уэйдом разделили. Он не мог двигаться так быстро, как я, когда Норвуд показал на нас. Я видел, как он споткнулся и упал, но когда я попытался вернуться к нему, меня унесло толпой так далеко, что мне было до него не добраться. Потом я забрался на стену, чтобы получше рассмотреть. Он снова был на ногах, но уходил в другую сторону и свернул за угол, после этого я окончательно потерял его. Я некоторое время поискал, но ничего не оставалось делать, как только снова отправиться в центр, сесть на паром и надеяться, что он окажется здесь раньше меня.

Он вытер лицо грязным платком и улыбнулся Лоре.

— Не тревожьтесь. Я думаю, к тому времени ему уже не грозила никакая опасность.

Лора изобразила попытку улыбки, но в ней бушевал страх. У Уэйда больная нога. Если он упал снова, его могли растоптать. Или он мог сделать что-нибудь безрассудное, чтобы помочь какой-нибудь несчастной жертве толпы, и пострадать сам. Она знала, как внезапно и безжалостно может ударить смерть.

Оживленный голос Серины прервал тревожную тишину, наступившую после рассказа Адама. Как бы она ни нервничала, Серина всегда умела придать своему голосу интонацию, как будто ее не тревожила ни одна забота. И ее пример всегда оказывал благотворное действие на других.

— Становится достаточно темно для нашего костра, — объявила она и встала, чтобы позвать мальчиков. — Переодевайтесь. Мы собираемся ужинать и разводить костер.

Все занялись лихорадочной деятельностью, но Лора двигалась как во сне. Трудно было представить себе, что описанные Адамом сцены происходят в это самое время в Нью-Йорке.

Только Морган ничего не делала. Она отправила Ребекку работать, а сама сидела без дела. Платье ее призрачно белело в гаснущем свете. Один раз Лора споткнулась об ее белые туфли и раздраженно посмотрела на нее.

— Не сидите здесь, — сказала она резче, чем намеревалась. — Делайте что-нибудь. Если вы тревожитесь за своего драгоценного мистера Норвуда, вам будет легче, если вы займетесь чем-нибудь. Все остальные тоже беспокоятся.

Морган покачала головой.

— Я беспокоюсь не о Мюррее. Он может позаботиться о себе. Вы знаете, что я думаю об Уэйде.

— Уэйд тоже может позаботиться о себе, — сказала Лора и возмущенно отошла. Морган не имела права смотреть с таким выражением в глазах и открыто выражать свою любовь к Уэйду.

Когда Лора обходила вокруг сложенного костра, к ней нерешительно приблизилась Ребекка.

— Я слышала кое-что из того, что говорил мистер Адам… мисс Лора, правда, что мы, цветные…

— Не тревожься, — быстро сказала Лора, — ты с нами. С тобой ничего не может случиться.

— Я боюсь за Джеба, — дрожащим голосом сказала Ребекка, — и за его мать на Маккион-Стрит.

— Мистер Уайли говорит, что на острове все спокойно, — заверила Лора. — Ты не должна бояться. — Но она понимала, что бесполезно убеждать кого-либо не беспокоиться, когда ее собственная тревога никак не утихала.

Мальчикам разрешили самим зажечь костер. Языки пламени начали подниматься вверх в груде сухих веток, пока, наконец, вся куча не вспыхнула ревущим огнем. Потом все устроились ужинать, хотя празднование вышло не особенно веселым.

Лора едва различала, ест она холодного цыпленка или печеную ветчину. Картофельный салат вполне мог быть опилками, и она не могла проглотить ни кусочка шоколадного торта. Она хотела сейчас только добраться до дома и узнать, там ли Уэйд. Она удивилась, когда Морган, которая мало ела, оставила свое место и направилась к ней по песку.

— Это правда, — сразу начала она, — что Мюррей страшно зол на Уэйда. Я сделала все, что могла, чтобы сдерживать его, но если начнутся серьезные неприятности, я не могу предсказать, что может случиться.

— Мы ничего не можем сделать, раз мы не знаем даже, где Уэйд, — натянуто ответила Лора.

Морган поколебалась, как будто хотела еще что-то сказать. Потом продолжила, понизив голос:

— Если беспорядки начнутся на острове, мой дом будет в безопасности. Будут отданы распоряжения не трогать его. Но другие дома — дома республиканцев — могут подвергнуться угрозе. Лора, если начнутся беспорядки, приходите в мой дом и приводите всех.

Лора посмотрела на Морган. Оранжевые блики пламени играли на ее платье, сверкали в ее глазах, но в них нельзя было прочесть, что она думает на самом деле.

— Благодарю вас, — ответила Лора, — но я не уверена, что Уэйд захочет, чтобы мы приняли защиту Круга.

Глаза Морган вспыхнули гневом, но сказать она ничего не успела. Со стороны воды раздался крик. Заслонив глаза от света костра, Лора увидела Ребекку у самого края воды. Она показывала на противоположный берег залива.

Сначала из-за яркого пламени костра Лора не могла различить то, что видела Ребекка, но немного отойдя, она разглядела полыхающее то тут то там пламя на Бруклинском берегу.

Значит, беспорядки начались уже за пределами Нью-Йорка.

Наверху около дороги заржали лошади, раздался стук копыт, затрещал кустарник — кто-то шел вниз в направлении пляжа. Лора вихрем обернулась и увидела Уэйда, прихрамывая входившего в круг света от костра. На какой-то миг она замерла в потрясенном облегчении. Пиджака на нем не было, только разорванная рубашка в пятнах крови, на одной скуле багровел распухший синяк, по краям пореза на лбу запеклась кровь.

В тот миг, что она стояла, прикованная к месту, Лора упустила возможность оказаться рядом с ним первой. Морган была ближе, и Морган двинулась сразу. Лора только пришла в себя, а другая женщина уже летела по песку навстречу Уэйду и без стеснения обвила руками его шею.

— Я так беспокоилась! — вскричала она. — С тобой все в порядке, Уэйд? — Она прижалась к ее щеке, совсем не заботясь о том, что могут подумать остальные.

Лору обожгло гневом, какого она никогда раньше не испытывала, но она не могла ничего сделать или сказать.

Реакция Уэйда была быстрая, холодная и твердая. Он расцепил руки Морган на своей шее, и когда она продолжала прижиматься к нему, взял ее за плечи и сильно встряхнул. Потом отодвинул ее с дороги и повернулся к остальным.

Серина быстро, как будто ничего необычного не произошло, сказала:

— Мы рады видеть тебя, Уэйд. Лора очень беспокоилась о тебе.

Но Уэйд не оглянулся в поисках Лоры.

— Вам не следует здесь находиться, — обратился он ко всем. — Я зашел к вам домой, Серина, и, обнаружив, что вас нет, взял фаэтон и сразу отправился сюда. Беспорядки уже начались на острове. Повсюду появляются банды, и если маленькие группы объединятся, это может обернуться чем-то более серьезным. Нам лучше немедленно отправляться домой.

Морган пошла за своим зонтиком и ридикюлем, как будто ее не унизили перед остальными, но нельзя было не заметить гнева, горевшего в ее глазах. Она буквально рявкнула на Ребекку, бросившуюся помогать ей. Когда Лора сзади подошла к Уэйду, он обернулся и улыбнулся ей ободряющей улыбкой. Но момент, когда она могла бы обнять его так же естественно и импульсивно, как Морган, прошел. Она не могла даже найти слов, чтобы выразить свое облегчение. Ей оставалось только заняться сборами наряду с другими.