Филлис Джеймс – Убийство в теологическом колледже (страница 41)

Хором прозвучало «Аминь» – приглушенно от женщин, более уверенно от студентов, – и собравшиеся зашевелились. Это больше напоминало выдох, нежели настоящее движение. Дэлглиш подумал: «Теперь они все понимают, конечно, понимают. Но один из них знал все с самого начала».

Женщины снова сели. Дэлглиш почувствовал, с каким напряжением все уставились на директора. Когда отец Себастьян заговорил, его голос звучал ровно и почти невыразительно.

– Прошлой ночью стряслось ужасное несчастье. В церкви был зверски убит архидьякон Крэмптон. Его тело в пять тридцать утра обнаружил отец Мартин. Коммандер Дэлглиш, который приехал в качестве гостя по другому поводу, все еще наш гость, но он взял на себя расследование убийства. Мы должны и, конечно, хотим оказывать ему любую посильную помощь, отвечая на вопросы честно и без утайки. Ни словом, ни делом не следует препятствовать полиции или демонстрировать, что их присутствие здесь нежелательно. Я обзвонил студентов, которые отсутствовали в эти выходные, и попросил задержаться тех, кто должен был возвратиться сегодня утром. Прошу всех оставшихся продолжать жить и работать в колледже, одновременно сотрудничая с полицией. Я отдал коттедж Святого Матфея в распоряжение мистера Дэлглиша, полиция будет работать там. По требованию мистера Дэлглиша закрыты церковь, проход в северную галерею и сама галерея. Обедню мы проведем в молельне в обычное время. Все службы будут проходить там же до тех пор, пока снова не откроется церковь и мы не подготовим ее для богослужений. Сейчас смерть архидьякона – это дело полиции. Постарайтесь не строить домыслы и не обсуждайте ее друг с другом. Сохранить убийство в тайне, конечно, не получится. Рано или поздно эту дурную весть узнает и церковь, и весь белый свет. Я попрошу вас не выносить эту новость – ни по телефону, ни как-то иначе – за пределы наших стен. Будем надеяться, что нам удастся выиграть хотя бы один спокойный день. Если вас что-то беспокоит, мы с отцом Мартином к вашим услугам. – Он сделал паузу, а потом добавил: – Впрочем, как обычно. А теперь я передаю слово мистеру Дэлглишу.

Он говорил практически в полной тишине. Только когда было произнесено звучное слово «убит», Дэлглиш услышал быстрый вдох и слабый вскрик, впрочем, тут же подавленный. Ему показалось, что так отреагировала миссис Пилбим. Побледневший Рафаэль стоял, словно кол проглотил, и Дэлглиш испугался, что он сейчас рухнет. Эрик Сертис, ошарашенно взглянув на сестру, быстро отвел взгляд и снова уставился на отца Себастьяна. Грегори хмурился, пытаясь сосредоточиться. Неподвижный, холодный воздух сочился страхом. Если не считать взгляда, который бросил Сертис на свою сестру, никто из них не встречался глазами. Вероятно, люди боялись того, что могли увидеть.

Коммандер отметил, что отец Себастьян не стал обсуждать отсутствие Джарвуда, Пилбима и Стивена Морби, и был признателен за подобную осмотрительность. Он решил быть кратким. Дэлглиш не привык извиняться за беспокойство, причиненное при расследовании убийства: беспокойство для тех, кто имел отношение к делу, – наименьшее из зол.

– Было решено, что дело возьмет на себя столичная полиция, – сказал он. – Сегодня утром прибудет небольшая группа полицейских и вспомогательные службы. Как уже сказал отец Себастьян, церковь закрыта, закрыта и северная галерея, и дверь, ведущая из главного корпуса в эту галерею. Сегодня в течение дня либо я сам, либо кто-то из моих сотрудников поговорит с каждым из вас. Однако мы сэкономим время, если сразу же установим один факт. Кто-нибудь покидал свою комнату прошлой ночью после службы? Кто-нибудь подходил к церкви или заходил внутрь? Кто-нибудь из вас видел или слышал что-нибудь прошлой ночью, что могло бы иметь отношение к этому преступлению?

Повисло молчание, которое прервал Генри:

– Сразу после десяти тридцати я выходил подышать и пройтись. Я прогулялся раз пять по галереям, а потом вернулся к себе в комнату номер два в южной галерее. Ничего необычного я не видел и не слышал. К тому времени ветер разошелся и начал задувать кучи листьев в северную галерею. По сути, это все, что я помню.

– Перед повечерием именно вы зажигали свечи в церкви и открывали южную дверь, – отметил Дэлглиш. – Вы взяли ключ от церкви из приемной кабинета?

– Да. Я взял его прямо перед службой и сразу после вернул на место. Когда я забирал его, там висели три ключа, и когда возвращал, все три были на месте.

– Я снова задам этот вопрос, – повторил Дэлглиш. – Кто-нибудь из вас выходил из комнаты после повечерия?

Он немного подождал, но ответа не последовало.

– Мне нужно будет осмотреть обувь и одежду, – продолжил он, – в которых вы были вчера вечером, а позже у всех взять отпечатки пальцев, чтобы действовать методом исключения. Думаю, пока это все.

И снова повисло молчание, а потом заговорил Грегори.

– Вопрос мистеру Дэлглишу. Кажется, здесь отсутствуют трое, и в том числе офицер полиции Суффолка. Это имеет какое-нибудь значение, в смысле в рамках расследования?

– В настоящий момент нет, – ответил Дэлглиш.

Тишина была нарушена, и это спровоцировало Стэннарда на ворчливый выпад.

– А могу я поинтересоваться, – начал он, – почему коммандер Дэлглиш предполагает, что виновен кто-то из нас? Пока у нас тут исследуют одежду и берут отпечатки, преступник уже, вероятно, за много миль отсюда. В конце концов, это место сложно назвать надежным. Лично я не собираюсь спать сегодня ночью без замка на двери.

– Ваши опасения понятны, – отреагировал отец Себастьян. – Я распоряжусь, чтобы на вашей двери и на четырех дверях в гостевые апартаменты установили замки и выдали ключи.

– Вы не ответили на мой вопрос. Почему считается, что это один из нас?

Впервые такая вероятность была озвучена вслух, и Дэлглишу показалось, что все присутствующие твердо решили пристально смотреть перед собой, словно взгляд, брошенный на соседа, мог того обвинить.

– Никто не строит никаких предположений, – сказал он.

– Северная галерея закрыта, – начал отец Себастьян, – поэтому студенты, которые там живут, должны временно освободить свои комнаты. Но так как многие отсутствуют, то это касается только тебя, Рафаэль. Когда ты сдашь ключи, тебе взамен выдадут ключ от комнаты номер три в южной галерее и от двери в южный коридор.

– А мои вещи, отец, книги и одежда? Можно их забрать?

– Постарайся временно обойтись без них. Все необходимое тебе смогут одолжить твои товарищи. И я еще раз настоятельно подчеркиваю, насколько важно не ходить на территорию, которую огородила полиция.

Без лишних слов Рафаэль вытащил из кармана связку ключей, отделил два и, сделав шаг вперед, передал их отцу Себастьяну.

– Я так понимаю, – сказал Дэлглиш, – что у всех священников есть ключи от церкви. Не могли бы вы прямо сейчас проверить, на месте ли они?

И тут впервые подал голос отец Беттертон:

– Боюсь, у меня с собой ключей нет. Я всегда оставляю их на столе рядом с кроватью.

Связку отца Мартина Дэлглиш взял еще в церкви, а теперь подошел к двум другим священникам, чтобы удостовериться, что ключи от церкви по-прежнему при них.

Затем он развернулся к отцу Себастьяну, и тот сказал:

– Думаю, в настоящий момент все нужное сказано. Расписание на сегодня будет составлено как можно быстрее. Заутреня отменяется, но я предлагаю провести обедню в молельне в полдень. Спасибо.

Он повернулся и уверенно вышел из комнаты. Раздалось шарканье ног. Люди оглядывались друг на друга, а потом один за другим устремились к двери.

Во время собрания Дэлглиш отключил свой мобильник, но теперь он зазвонил. Это был Стивен Морби.

– Коммандер Дэлглиш? Мы нашли инспектора Джарвуда. Он свалился в канаву примерно на полпути отсюда на подъездной дороге. Я пытался дозвониться раньше, но не получалось. Он был без сознания, почти полностью лежал в воде. Мы думаем, что он сломал ногу. Нам не хотелось его двигать, чтобы не сделать хуже, но оставить его там мы тоже не могли. Постарались аккуратно его вытащить и вызвали «скорую». Его сейчас кладут в машину и везут в больницу Ипсвича.

– Вы все сделали правильно, – ответил Дэлглиш. – В каком он состоянии?

– Медики говорят, что поправится, но он еще не приходил в сознание. Я еду с ним в больницу. Когда вернусь, смогу рассказать больше. Мистер Пилбим едет за «скорой», я вернусь с ним.

– Хорошо, – сказал Дэлглиш. – Постарайтесь побыстрее. Вы оба нужны здесь.

Он пересказал новости отцу Себастьяну.

– Случилось то, чего я боялся, – отреагировал директор. – Так проявляется его заболевание. Насколько я понимаю, это что-то вроде клаустрофобии, и когда на него находит, ему надо выйти из помещения и погулять. После того как жена бросила его и забрала детей, он, бывало, исчезал на несколько дней. Иногда бродил до полного изнеможения, а полиция находила его и доставляла обратно. Слава богу, его нашли, и, похоже, вовремя. Теперь, если вы пройдете в кабинет, мы сможем обсудить, что понадобится вам и вашим коллегам в коттедже Святого Матфея.

– Давайте попозже, отец. Для начала мне нужно увидеться с Беттертонами.

– Отец Джон, я думаю, пошел домой. Они живут на третьем этаже на северной стороне. Он, скорее всего, будет вас ждать.

Отец Себастьян был человеком практичным и не стал бы вслух размышлять о возможной причастности Джарвуда к убийству. Но несомненно, христианское милосердие не безгранично. Где-то в глубине души он, вероятно, рассчитывал на такой исход – наилучший из возможных: убийство, совершенное человеком, временно не отвечающим за свои поступки. А если Джарвуд не выживет, он навсегда останется подозреваемым. Его смерть могла оказаться для кого-то очень кстати.