Филлис Джеймс – Пристрастие к смерти (страница 67)

– Значит, насколько вам известно, они не ссорились? – спросил Массингем.

– Пожалуй, было бы лучше, если бы ссорились. Они были слишком вежливы и официальны друг с другом. Это же какой– то неестественный брак. Нет, ссор не было – во всяком случае, до утра вторника. Да и это едва ли назовешь ссорой. Для ссоры нужны двое. Она-то визжала на весь дом, а вот его голоса я что-то не слышала.

– Когда это было, миссис Миннз?

– Когда я несла ей поднос с завтраком, в половине десятого. Я делаю это каждое утро. Леди Урсуле завтрак относил сэр Пол. Она только выпивает апельсиновый сок, съедает два тоста из экологически чистого хлеба с джемом и выпивает чашку кофе. А вот леди Бероун может целую свинью умять. Апельсиновый сок, кукурузные хлопья, омлет, тосты – все, что угодно. И никогда не поправляется ни на унцию.

– Расскажите подробнее о ссоре, миссис Миннз. Что вы слышали?

– Подходя к спальне, я услышала визг: «Ты собираешься к этой шлюхе. Как ты можешь, тем более теперь! Мы нуждаемся в тебе, мы оба в тебе нуждаемся. Я тебя не пущу!» Что-то в этом роде. А потом я услышала его голос, но он говорил очень тихо, слов я разобрать не могла. Стояла за дверью и думала: что делать? Потом поставила поднос на столик у двери – я обычно делаю так, чтобы постучать, – но мне показалось неуместным вторгаться в такой момент. С другой стороны, не могла же я стоять там как дура. Но тут дверь открылась, и вышел сэр Пол. Белый как полотно. Увидел меня и сказал: «Дайте мне поднос, миссис Миннз». Я ему его отдала. Просто чудо, что он его не уронил, так дрожали у него руки.

– Но он понес его в спальню? – спросил Массингем.

– Да, и закрыл за собой дверь. А я вернулась на кухню.

Теперь Массингем сменил направление беседы.

– Не знаете ли вы, кто-нибудь еще входил в библиотеку в тот вторник?

– Мистер Мазгрейв из его избирательного округа входил. Ждал приблизительно с половины первого до двух – надеялся, что сэр Пол приедет к обеду. Потом сдался и ушел. Часа в четыре заходила мисс Сара. Она приехала навестить бабушку. Я сказала ей, что леди Урсула не вернется к чаю, но она решила подождать. Потом ей ждать, судя по всему, надоело. Должно быть, она сама открыла дверь – я не видела, как она уходила.

Массингем начал спрашивать ее о Дайане Траверс. Кейт чувствовала, что он еще меньше, чем она, верит в версию Дэлглиша, будто смерть обеих девушек как-то связана с убийством Пола Бероуна, но послушно исполнял то, что от него требовалось. Результат оказался куда более интересным, чем оба они могли рассчитывать.

– Я как раз была в доме, когда пришла эта Дайана, – сказала миссис Миннз. – Мы только что лишились Марии. Она была испанкой, ее муж работал поваром в Сохо. Потом она забеременела третьим ребенком, и врач велел ей бросить работу. Эта Мария была очень хорошей работницей. Испанские девушки умеют делать уборку, надо отдать им должное. В общем, мисс Мэтлок поместила объявление в витрине газетного киоска в конце Лэдброук-гроув, и Дайана пришла по этому объявлению. Оно провисело там от силы час. Повезло – я не думала, что на него вообще кто-нибудь откликнется. Квалифицированным уборщицам незачем в наши дни искать работу по объявлениям в газетных киосках.

– А она была хорошей уборщицей?

– Она никогда прежде уборкой не занималась, это было видно. Но охотно училась. Разумеется, мисс Мэтлок не позволяла ей прикасаться к самому дорогому фарфору или полировать мебель в гостиной. Она занималась ванными комнатами, спальнями, чистила овощи, делала кое-какие покупки. Дайана была нормальной девушкой.

– Странный все же выбор работы для такой девушки, как она.

Миссис Миннз поняла, что имел в виду Массингем.

– Да, она действительно была образованна – это бросалось в глаза, но работа неплохо оплачивалась – четыре фунта в час, к тому же ее кормили хорошим обедом, если она в обеденное время оказывалась в доме, и никаких налогов, если, конечно, ты не настолько глупа, чтобы платить их добровольно. Дайана сказала, что она актриса, ищет работу в театре и ей нужно место, с которого она могла бы уйти тотчас, как только что-нибудь подвернется. А что такого интересного в этой Дайане Траверс?

Массингем, проигнорировав ее вопрос, спросил:

– Вы с ней были в хороших отношениях?

– Почему бы нет? Я же сказала: она была нормальной девушкой. Немного настырной, правда. Однажды я застала ее шарящей в ящике стола сэра Пола. Она не слышала меня, пока я не оказалась у нее за спиной, но ничуть не смутилась – только нахально рассмеялась. И еще все время расспрашивала о семье. Но ни из меня, ни из мисс Мэтлок много не вытянешь. В общем, вреда от нее особого не было – просто поболтать любила. Она мне скорее даже нравилась. Но если бы не обстоятельства, я бы ее к себе сюда не пустила.

– Вы хотите сказать, что она здесь жила? На Камден-Хилл-сквер нам об этом не сказали.

– А они и не знали, зачем им знать? Она собиралась купить квартиру в Риджмаунт-Гарденс, но там произошла задержка: хозяева не были готовы переехать в свое новое жилье, ну, знаете, как это бывает. Словом, ей пришлось съехать со старой квартиры и искать себе что-нибудь всего на месяц. А у меня две спальни, поэтому я сказала, что она может пожить здесь. Двадцать пять фунтов в неделю, включая хороший завтрак. Не так плохо. Не знаю, был ли бы в восторге мистер Смит, но он все равно собирался в очередное путешествие.

Значит, спален – две, подумала Кейт. А миссис Миннз сверлила своими черными глазками Массингема, запрещая ему интересоваться здешними спальными привычками, но от себя добавила:

– Моя бабушка говорила, что каждая женщина должна однажды побывать замужем, но делать из этого привычку не обязательно.

– Квартира в Риджмаунт-Гарденс? – задумчиво повторила Кейт. – Не слишком ли это дорогое удовольствие для безработной актрисы?

– Именно это и я подумала, но она сказала, что ей помогает отец. Может, правда, а может, нет. Может, отец, а может, кто другой. Как бы то ни было, жил он в Австралии – во всяком случае, так она мне сказала. Не мое это дело.

– Значит, она поселилась у вас. А когда съехала? – спросил Массингем.

– За десять дней до того, как утонула, бедняжка. Вы ведь не хотите сказать, что в ее смерти тоже есть что-то подозрительное? Я присутствовала на дознании. Казалось бы, было естественно поинтересоваться, где она работала, но никто об этом даже не упомянул. Думаете, они послали венок ей на могилу? Не тут-то было – они и слышать обо всем этом не желали.

– Чем она занималась в свободное время, когда жила здесь у вас?

– Да я ее почти и не видела. Это не мое дело. Два утра в неделю она работала на Камден-Хилл-сквер. Остальное время, по ее словам, ходила на прослушивания. Ее часто не бывало дома по ночам, но сюда она никого не водила. Хлопот с ней не было – всегда аккуратная, приличная девушка. Да я и не взяла бы ее к себе, если бы не знала, что это так. А потом, на следующий день после того, как она утонула, еще даже дознание не проводилось, суток не прошло после ее смерти, вечером явились эти двое.

– Сюда?

– Именно. Я как раз вернулась с Камден-Хилл-сквер. Думаю, они сидели в машине возле дома и ждали, когда я приду.

Сказали, что их прислали ее адвокаты забрать все вещи, которые могли здесь остаться.

– Они показали вам какие-нибудь удостоверения, документ, подтверждающий полномочия?

– Письмо от фирмы. На шикарной бумаге. И визитки у них были, поэтому я их и впустила. Но стояла в дверях и наблюдала, что они делают. Им это не понравилось, но я хотела знать, что они ищут. Я им сказала: «Здесь ничего нет, посмотрите сами. Она съехала две недели назад». Тем не менее они обшарили все уголки, даже матрас переворачивали. Ничего, конечно, не нашли. Странная история, подумала я тогда, но поскольку ничего не воспоследовало, не стала ничего и предпринимать. Зачем лишние хлопоты?

– Как вы думаете, что это были за люди?

Миссис Миннз вдруг громко хохотнула.

– Это вы мне скажите! Ну же! Это были ваши ребята. Легавые. Думаете, я не узнаю полицейского по виду?

Даже в скудном свете похожей на лес комнаты Кейт заметила вспышку интереса на лице Массингема, но он был слишком опытен, чтобы оказывать давление дальше. Вместо этого он задал несколько безобидных вопросов о домашнем укладе на Камден-Хилл-сквер и приготовился завершить беседу. Но у миссис Миннз были другие планы. Кейт почувствовала, что она хочет сообщить ей что-то конфиденциально, поэтому, поднявшись, сказала:

– Вы не возражаете, если я воспользуюсь вашим туалетом, миссис Миннз?

Она сомневалась, что ей удалось обмануть Массингема, тем не менее он вряд ли последовал бы за ними. Стоя под дверью туалета, миссис Миннз с присвистом прошептала:

– Вы заметили дату на книге?

– Да, миссис Миннз. День, когда утонула Дайана Траверс.

Острые маленькие глазки довольно сверкнули.

– Я видела, что вы заметили. А он – нет, правда?

– Не знаю. Возможно, просто не подал вида.

– Ничего он не заметил. Знаю я таких. Строят из себя, а того, что у них под носом, не замечают.

– Когда вы впервые увидели эту книгу, миссис Миннз?

– На следующий день, восьмого августа. Днем, когда он вернулся из своего избирательного округа. Должно быть, привез ее с собой.

– Значит, наверное, тогда она ее ему и подарила.