Филлис Джеймс – Комната убийств (страница 68)
— Какие-либо признаки любовника? — спросил Дэлглиш.
Теперь заговорила Кейт:
— На простыне, лежащей в бельевой корзине, есть пятна. Похоже на сперму, однако пятна давние. Больше ничего. Она принимала противозачаточные таблетки. Мы нашли пачку в шкафчике в ванной. Наркотиков нет, зато выпивки много. Похоже, она пробовала стать моделью: есть альбом с фотографиями. Еще одной заветной мечтой была карьера поп-звезды. Нам известно, что она была на учете в агентстве и платила бешеные деньги за уроки пения. Я думаю, ее использовали. Это странно, сэр, но мы не обнаружили ни одного приглашения — ничего, что указывало бы на наличие друзей. Можно было бы предположить, что в такой квартире она могла бы жить не одна — для компании или чтобы уменьшить траты. Однако за исключением той простыни, нет никаких признаков присутствия кого-то еще. Наши «сумки для убийств» были с нами, и все-таки мы взяли простыню с собой. Я послала ее в лабораторию.
— Книги? Картины? — спросил Дэлглиш.
— Все дамские журналы, какие есть в продаже, в том числе журналы мод, — сказала Кейт. — Книги в мягких обложках, в основном популярная беллетристика. Фотографии поп-звезд. Больше ничего. — Потом она добавила: — Мы не нашли ни ежедневника, ни записной книжки. Она могла носить их в своей сумочке. Тогда они у убийцы — если он их не уничтожил. На автоответчике есть сообщение: звонили из местного гаража, сказали, что машина готова и ее можно забирать. Если она приехала не с убийцей, то скорее всего воспользовалась такси. Я не представляю такую девушку едущей в автобусе. Мы побывали в службе такси — в надежде, что они отследят водителя. Не было ни других сообщений, ни частных писем. Странно: такой беспорядок и никаких признаков общественной или личной жизни. Мне жаль ее. Я думаю, она была одинока.
Пирс отмахнулся:
— С какой это стати? Мы знаем, что современная святая троица — это деньги, секс и слава. Первые две составляющие у нее были, она надеялась заполучить третью.
— Беспочвенные надежды, — вставила Кейт.
— У нее были деньги. Мы видели банковские счета и пакет акций. Папочка оставил два с половиной миллиона. Не ахти какая удача по нынешним стандартам, но прожить можно. Девушке с такими деньгами и собственной квартирой в Лондоне не придется долго сидеть одной.
— Хоть она и не нуждалась, однако такие влюбляются, виснут и не отпускают, — сказала Кейт. — С деньгами или без денег — мужчины могли бояться с ней связываться.
— Один из них, чтобы не связываться, действовал на редкость эффективно. — Помолчав, Пирс продолжил: — Ребятам было бы непросто жить в таком бардаке. Кстати, в дверь была просунута записка от уборщицы: она сообщала, что не сможет прийти в четверг, так как ей надо класть ребенка в больницу. Надеюсь, ей хорошо платили.
— Если вас убьют, Пирс, — раздался спокойный голос Дэлглиша, — а это нельзя назвать таким уж невероятным событием, — мы должны надеяться, что отвечающий за расследование офицер, роясь в ваших личных вещах, не будет слишком строгим.
— Я не забываю об этом, сэр, — серьезно ответил Пирс. — По крайней мере они найдут их в полном порядке.
«Я заслужил это», — подумал Дэлглиш. Данная часть работы всегда была для него тяжелой: полное отсутствие дистанции по отношению к жертве. Убийство сдергивает с человека больше, чем жизнь. Тело упаковывали, вешали на него ярлык, расчленяли; записные книжки, ежедневники, конфиденциальные письма — каждая сторона жизни извлекалась и внимательно изучалась. Чужие руки шарили в одежде, вытаскивали и ощупывали всякую мелочь, описывали и приклеивали этикетки, чтобы выставить на всеобщее обозрение печальные свидетельства чьего-то существования — иногда жалкого существования. Эта жизнь, при всей своей привилегированности, тоже оказалась жалкой. Они увидели богатую, но ранимую и одинокую девушку, ищущую вход в мир, который даже на ее деньги не купить.
— Вы опечатали квартиру? — спросил Дэлглиш.
— Да, сэр. И мы поговорили с уборщиком. Он живет в квартире на северной стороне; вступил в должность всего шесть месяцев назад и ничего о Селии не знает.
— Судя по записке в двери, уборщице не доверяли ключи, — заметил Дэлглиш. — Если, конечно, письмо доставила она сама. Уборщица может нам понадобиться. Как там Брайан Кларк со своими ребятами?
— Завтра они первым делом направятся туда, сэр. Простыня — это и в самом деле важно. Она у нас. Вряд ли они найдут что-то еще. Ее там не убивали; место, где произошло убийство, так не выглядит.
— И все же пусть эксперты глянут, — сказал Дэлглиш. — Вы и Бентон-Смит можете встретиться с ними прямо там. Соседи могут что-то знать о посетителях.
Они перешли к полученному час назад заключению о смерти, составленному доктором Кинестоном. Беря свой экземпляр, Пирс сказал:
— Изучая заключение о смерти, созданное нашим доком Кинестоном, можно многое узнать, но как терапевтическое средство оно никуда не годится. Его полнота и дотошность достойны восхищения, хотя главное — это какая ему нравится музыка. Мне показалось, что вы грохнетесь в обморок, сержант.
Глянув на Бентона-Смита, Кейт увидела, как потемнело его лицо, а черные глаза превратились в блестящие угли. Тем не менее он спокойно перенес насмешку и холодно сказал:
— В какое-то мгновение так и случилось. — Он помолчал и взглянул на Дэлглиша. — Я впервые присутствовал на вскрытии молодой женщины.
Глядя в заключение, Адам сказал:
— Да, с ними тяжелее всех: с молодыми женщинами и детьми. Любому, кто может смотреть на их вскрытие без содрогания, стоит спросить себя: не ошибся ли он с выбором профессии? Давайте глянем, что нам сообщил доктор Кинестон.
Отчет патологоанатома подтвердил его первоначальные предположения. Главное давление оказала правая рука. На затылке небольшой кровоподтек, позволяющий предположить, что в борьбе девушку прижали к стене, но на физический контакт между жертвой и убийцей ничто не указывает. Под ногтями не обнаружено ничего, что указывало бы на попытки борьбы со стороны девушки. Важной новостью была ее двухмесячная беременность.
— Возможно, у нас появился еще один, дополнительный, мотив, — сказал Пирс. — Селия могла договориться о встрече с любовником, желая обсудить, что им делать дальше, или собираясь надавить на него с замужеством. Но почему в Дюпейне? У нее же была собственная квартира.
— В случае с такой девушкой, богатой и искушенной, беременность не похожа на мотив для убийства. Это так, неприятность, от которой можно избавиться, оставшись на ночь в какой-нибудь дорогой клинике, — сказала Кейт. — И как она забеременела, если сидела, судя по всему, на противозачаточных таблетках? Она сделала это намеренно или перестала предохраняться. Пачка была запечатана.
— Я сомневаюсь, что ее убили из-за этой беременности, — заговорил Дэлглиш. — Причина убийства кроется в том месте, где она оказалась. У нас есть единственный убийца и вторая жертва — Невил Дюпейн, которого изначально и собирались убить.
Картина, бывшая пока еще не более чем предположением, болезненно-ярко возникла в уме коммандера: человеческая фигура — пол пока неизвестен — открывает кран в садовом сарае. Сильный поток воды смывает следы бензина с одетых в резиновые перчатки рук. Рев огня. Потом раздается неясный звон разбитого стекла и треск первого занявшегося дерева. Что заставило Вулкана глянуть вверх? Предчувствие или опасение, что огонь может выйти из-под контроля? Бросив вверх единственный взгляд, в окне Комнаты убийств он увидел девушку, глядящую на него широко раскрытыми глазами; ее желтые волосы освещены огнем. Был ли это тот самый момент, тот самый единственный взгляд, после которого Селии Меллок было суждено умереть?
Дэлглиш услышал голос Кейт:
— Мы пока не ответили на вопрос, как Селия попала в Комнату убийств. Похоже, единственный путь — через дверь в квартире Кэролайн Дюпейн. А как она попала в квартиру и зачем вообще туда пошла? И как мы можем быть в этом уверенными, если возможно, что она и ее убийца проникли в музей в тот момент, когда на входе никого не было?
Зазвонил телефон. Кейт подняла трубку, выслушала и сказала:
— Правильно, я сейчас же спущусь. — Она повернулась к Дэлглишу: — Приехала Талли Клаттон, сэр. Хочет с вами встретиться. Говорит, это важно.
— Наверняка, если она ради этого сама приехала, — сказал Пирс. — Наверное, не стоит надеяться на то, что мы наконец сможем опознать водителя.
Кейт была уже у двери.
— Будьте добры, Кейт, отведите Талли в комнату для бесед, — сказал Дэлглиш. — Я сразу с ней встречусь. И вы тоже.
Книга четвертая
Третья жертва
Четверг, 7 ноября — пятница, 8 ноября
1
В полиции сообщили, что на осмотр музея уйдет остаток среды и половина четверга. Следователи собирались вернуть ключи к концу дня. Чемодан уже убрали. Проведя осмотр квартиры Кэролайн Дюпейн, коммандер Дэлглиш и инспектор Мискин, похоже, решили не забирать у нее ключи и не лишать ее доступа в собственное жилище.
В четверг Талли встала, как и всегда, рано. Уборка и протирание пыли были отменены; она маялась без дела. День потерял всякую форму. Осталось лишь сбивающее с толку ощущение ирреальности, неузнаваемости происходящего. Талли двигалась машинально. Зловещий мир вокруг казался ей плодом чужого воображения. Даже коттедж перестал быть укрытием: всепроникающий дух распада, крепнущее предчувствие беды ощущались и здесь. Для Талли дом все еще оставался средоточием ее жизни, средоточием покоя, однако с появлением Райана порядок был разрушен. В действиях парня не было ничего злонамеренного; просто для двух столь разных личностей коттедж оказался слишком мал. Один туалет, да еще совмещенный с ванной — более чем неудобное положение. Талли всегда становилось неуютно от мысли, что он сейчас нетерпеливо ждет, пока она выйдет; сам же Райан не выходил оттуда чуть ли не часами, оставляя на полу мокрые полотенца и засохшие следы мыла в раковине. Арчер был очень чистоплотен и мылся дважды в день, так что Талли беспокоилась о счетах за тепло. Зато свою грязную одежду Райан бросал на пол, оставляя Талли подбирать ее и засовывать в стиральную машину. Накормить его оказалось непросто. Она подозревала, что у них разные вкусы, однако требующееся мальчику количество еды оказалось для нее неожиданностью. Райан денег не предлагал, а Талли не могла заставить себя спросить. Он рано ложился и тут же включал свою стереоустановку. Поп-музыка по вечерам была невыносима. Правда, после обнаружения тела Селии Меллок не оправившаяся от потрясения Талли попросила Райана сделать потише, и он без всяких возражений подчинился. И все же шум, хоть и приглушенный, оставался — в виде рвущего нервы ритма, от которого не удавалось спастись, даже накрыв голову подушкой.