Филис Каст – Всадница ветра (страница 42)

Зора устремила на него пронзительный взгляд серых глаз.

– Ты ведь понимаешь, что я могу случайно приправить твое рагу травами, от которых у тебя расплавятся внутренности?

Ник нырнул Мари за спину.

– Спаси меня, Жрица Луны!

О’Брайен повернулся к Нику спиной.

– Не обращай на него внимания. Ты покажешь нам движения?

– Не обращать внимания на кого? И да, разумеется, я вас научу.

О’Брайен ликующе заулюлюкал и потащил Зору к костру и группе ожидающих их Псобратьев.

– К Жрице Луны следует проявлять больше почтения, – заметила Адира.

– Он не пытается ее принизить, – мягко объяснила Мари. – Он просто не считает ее далекой Богиней, требующей поклонения. – Мари демонстративно взяла руку Ника в свои, тесно переплетя с ним пальцы. – Ты знаешь, что такое, когда тебе поклоняются?

– Разумеется. К тебе относятся с величайшим почтением.

– Не совсем. Я понимаю это как никто другой, потому что, сколько я себя помню, постоянным спутником моей матери было одиночество. Когда тебе поклоняются, ты остаешься одна. Ты неприкасаема – неприступна. Ты знаешь, что я была единственной ее подругой?

Адира удивленно подняла брови.

– Это невозможно! Мы все очень любили твою мать.

– Я это знаю. И она это знала. Но вы поклонялись ей так сильно, что никто из вас не был ей по-настоящему близок. Наша нора была в стороне от других – и мы тоже держались обособленно. Я выросла в уверенности, что обречена на одиночество, и не потому, что была наполовину Псобратом, наполовину Землеступом. Я считала так, потому что все наши Жрицы и их дочери были отделены от Клана. Но это осталось в прошлом. – Мари подняла глаза на Ника и сжала его ладонь. – Я предпочитаю счастье, а не поклонение.

– Я тоже, Жрица Луны. – Ник поднял ее руку к губам и поцеловал.

Адира внимательно смотрела на них.

– Мне нужно обдумать твои слова. Я не могла даже представить, что Леда или другая Жрица могли испытывать одиночество. Мысль об этом меня удручает.

– Не грусти, Адира, – сказал Ник. – Эти времена прошли. Никто в Стае больше не будет одинок.

– Ты хочешь сказать, что Жрицы Луны будут жить среди нас, когда мы обустроим новые норы? – спросила Адира.

– О, мы с Зорой – а также Данитой с Изабель – непременно будем жить среди Стаи, но будут ли это норы, нам предстоит решить, когда мы доберемся до равнин.

– Было бы здорово придумать вариант, который устроит всех, – заметил Ник.

– Об этом стоит подумать, – кивнула Мари и повернулась к Адире. – Спасибо за то, что заботишься о растениях. Мы ценим твои таланты. – И они с Ником зашагали к костру.

– Кажется, все прошло неплохо, – сказал Ник.

– Теперь остальным женщинам-Землеступам, особенно пожилым, будет о чем посудачить.

– И именно поэтому ты завела этот разговор.

Мари подняла на него глаза.

– Откуда ты знаешь?

Ник обнял ее за плечи и притянул ближе к себе.

– О, я многое знаю, Жрица Луны. Очень многое.

– Неужели?

– Да-да. Например, ты хочешь, чтобы женщины обсудили изменения, которые вы с Зорой задумали, чтобы они не стали для них слишком большим потрясением.

– Надеюсь, это правильная тактика, – вздохнула Мари.

– Я думаю, да.

Они присоединились к собравшимся у костра, которые наблюдали за тем, как Зора пытается научить Псобратьев сложным движениям «Пляски плетельщицы», которые О’Брайен, похоже, схватывал на лету.

– У твоего кузена талант, – заметила Мари. – Это довольно сложный танец.

– Подозреваю, что этот талант как-то связан с его прелестной наставницей.

– Ты считаешь Зору привлекательной?

Мари задала этот вопрос не из ревности. Ей действительно было интересно. Землеступы и Псобратья отличались внешне. Землеступы были коренастыми, со смуглой кожей, темными волосами и глазами и более грубыми чертами лица. Члены Древесного Племени были высокими и, как правило, светловолосыми, с более тонкими чертами. Мари считала красивыми оба народа, но с самого детства она слышала, как члены ее Клана сравнивают «белокожих великанов» с длинноногими богомолами и даже пауками цвета рыбьего брюха. Псобратья же не воспринимали Землеступов всерьез, называя их землерылами и считая животными, слишком уродливыми, чтобы жить на поверхности.

– Конечно. Зора симпатичная, а мой кузен и вовсе называет ее красавицей. У тебя странный вид. Что-то не так?

– Нет, я просто вдруг подумала о том, как вы, Псобратья, видите Землеступов.

Ник нежно повернул ее лицо к себе и положил руки ей на плечи.

– Я вижу в тебе необыкновенную прекрасную девушку красивее самой луны.

– Но я наполовину Псобрат. Я отличаюсь от остальных Землеступов. Из-за этого я годами скрывала свою настоящую внешность.

– О’Брайен считает Зору невероятной красавицей. И я слышал, как Сара и Лидия сегодня открыто заигрывали с Мэйсоном. Это отвечает на твой вопрос?

– Вообще говоря, это полностью закрывает мой вопрос. – Ее руки заскользили по его широким плечам. – Хочешь, я покажу тебе, как танцевать «Пляску плетельщицы»?

Ригель и Лару, покончив с ужином, подбежали к ним. Они оживленно виляли хвостами, а Ригель и вовсе повизгивал, с тоской глядя на танцующих и посылая Мари волны эмоций, которые означали примерно: «Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, давай танцевать!»

– Как думаешь, ты сможешь научить и эту парочку? – Ник почесал овчарок за ушами.

– Их – смогу. А вот насчет тебя я не уверена…

Стая не стала танцевать ночь напролет, как поступила бы в родных краях, но расходились они с ощущением радостной надежды; те, кто шел спать, быстро и крепко заснули, а те, кто заступал на первую вахту, улыбались и оживленно болтали.

Поэтому все были потрясены, когда среди ночи, в безмятежной тишине, раздался душераздирающий вопль Голубки.

Дальше произошло одновременно несколько вещей. Собаки, все как одна, вскочили, задрав хвосты и насторожив уши. Лагерь наполнился рычанием, а чуткие носы принялись вынюхивать чужаков.

Баст, прильнув к Даните, уставилась в темноту желтыми глазами и угрожающе зашипела.

Антрес выкрикивал указания, призывая Стаю собраться вместе спиной к огромному каменному монолиту, который возвышался на берегу.

Мари в сопровождении Ригеля и Лару кинулась к Голубке и Лили, которые разместились на ночлег недалеко от костра.

– Что случилось? Где опасность? – выпалила Мари.

Голубка слепо потянулась вперед, и Мари схватила ее за руки.

– Прости меня, Жрица Луны! Опасность не в мире живых. Прошу тебя, скажи всем вернуться на места. Мне очень, очень жаль.

– Не в мире живых? – К ним подбежал Ник. – Объясни!

Голубка подняла на него бледное лицо.

– Духи. Они пришли ко мне во сне. Они окружили нас – и наблюдали.

– Но они были мертвы, так? – спросила Мари.

– Да, мертвы. Клянусь.

– Они могут причинить нам вред?

– Я… наверное, могут, но я чувствую, что они не станут этого делать, – взвешивая каждое слово, ответила Голубка.