Филис Каст – Всадница ветра (страница 31)
– Верно. – Дон повернулась ко Всаднице одного из меринов, одаренной девушке по имени Мист. Хотя ее лошадью была не кобыла, и потому она не могла участвовать в Испытании Кобылицы, у нее был дар чувствовать камни, и Дон не сомневалась, что из нее выйдет великолепная Видящая. – Мист, объясни нам, почему Видящие часто начинают работу с пробуждения чистого кварца.
В отличие от Скай, Мист задумалась, прежде чем ответить.
– Кварцевые кристаллы очищают разум Видящей, позволяя ей лучше работать с другими камнями.
– Это правда. Кварц еще и камень гармонии – и очень могущественный. Кали, что он гармонизирует? – обратилась Дон к юной Всаднице прекрасной гнедой кобылы. Лошадь была настоящей красавицей: длинноногая, с широким лбом и мощной грудной клеткой. Ее Всадница была смышленой девушкой, хотя порой ей не хватало уверенности в себе.
Кали вздрогнула и зарумянилась.
– Э-э… наши мысли и мысли окружающих?
– Ты спрашиваешь или отвечаешь? – беззлобно поинтересовалась Дон. Девушка потупилась, и Всадница Старшей кобылы переключилась на другую ученицу. – Люси, у тебя есть ответ получше?
Люси, порывистая Всадница крупной кобылы с необычными мышастыми отметинами на боках, плечах и вдоль позвоночника и черными полосками на голенях, определенно претендовала на статус Старшей Всадницы. Она ответила без промедления:
– Он гармонизирует энергию: мысли, сознание, эмоции.
– Гармонизирует с чем?
– С людьми.
– Еще кто-нибудь?
Ривер подняла голову. Дон заметила, как взгляд дочери скользнул по двум девушкам, которые еще не отвечали, и, убедившись, что они не собираются отвечать, она сказала:
– Кварц гармонизирует наши мысли, сознание и эмоции со Вселенной, Великой Матерью-Кобылицей и Конем-Отцом. Одаренная Видящая способна с помощью кварца прикоснуться к божественной воле.
– Именно. И как это помогает Видящей?
– Ну, если она чувствует волю Великой Матери-Кобылицы, она может попросить у нее совета и принять мудрое решение, а поскольку кварц – камень взаимодействия, она сможет передать божественную волю другим.
– Верно. – Дон сдержала прилив гордости, исходивший от Эхо, в очередной раз напоминая себе, что она не вправе выказывать дочери особое расположение. – Но сегодня вам не нужно просить божественного совета. Сегодня вам достаточно просто пробудить свой кристалл и с его помощью очистить мысли. Итак, сперва каждая из вас выберет вопрос. Это может быть что-то простое вроде: «С каким мальчиком я поеду гулять в следующее полнолуние?» – несколько девушек захихикали и покраснели, – или что-то более сложное, например: «Как мне стать лучшей Всадницей для своей лошади?» Помните: вопрос должен быть только один.
Она помолчала, ожидая, пока ученицы придумают себе вопросы, а потом продолжила:
– Все готовы?
Они снова закивали.
– Чтобы пробудить кристалл, зажмите его между ладоней и поднимите так, чтобы он касался третьего глаза. – Дон приложила свой кристалл к центру лба, касаясь кожи заостренным концом. – Потом закройте глаза и сосредоточьтесь на своем вопросе. Пробуждаясь, кристалл потеплеет. Когда вы почувствуете тепло, приступайте к очищению разума. Ваша концентрация должна обостриться. Вы можете получить ответ быстро – а может, вам в голову придет новый вопрос, рожденный из первого. Если это произойдет, идите по пути второго вопроса, потому что к нему вас привел кристалл. Можете начинать. Да пребудет с вами милость Кобылицы.
Ученицы в точности выполнили ее указания. Дон внимательно наблюдала за ними, объединив сознание с Эхо и используя обостренные чувства кобылы, чтобы изучить каждую из девушек.
Скай испытывала трудности, что удивило Дон. У девушки был талант, но что-то в ее характере заставляло ее стараться слишком сильно, из-за чего многие ее действия были немного неестественными. Дон видела даже, как над верхней губой девушки выступили капельки пота. Интересно, что за вопрос задала Скай.
Эхо фыркнула, и Дон пришлось закусить губу, чтобы не улыбнуться.
Хотя все Всадники общались с лошадьми на духовном уровне, мало кто мог слышать голос своей лошади. Большинство общалось при помощи эмоций. Если кобыла чувствовала опасность, эту опасность чувствовал и Всадник. Иногда лошадь и Всадник передавали друг другу мысленные образы. С того момента, как Эхо выбрала Дон, она слышала голос кобылы – и, как правило, в виде законченных предложений. Дон спрашивала у дочери, как с ней разговаривает Анджо, и Ривер ответила, что они общаются ощущениями и картинками.
Дон надеялась, что со временем, когда они узнают друг друга лучше и их связь упрочится, они разовьют и мысленную речь, хотя для Старшей кобылы и ее Всадницы это не было обязательным.
Дон переключила внимание на Кали, Всадницу соловой красавицы Виксен. Девушка была очень мила и, независимо от того, станут ли они лидерами Табуна, Дон надеялась, что в пути Видящей Кали привлечет роль духовной советчицы: ее доброта и мудрость стали бы настоящей находкой для их маленькой команды Видящих, которые заботились о душевном здоровье Всадников, – хотя для того, чтобы добиться успеха в качестве советчицы, Кали придется обрести уверенность в себе. Виксен подняла голову, и Кали открыла глаза. На ее прелестном лице расцвела улыбка, и Дон жестом велела девушке и кобыле выйти вперед и встать рядом с ней перед остальными ученицами. Кали быстро повиновалась, хотя ее щеки снова залились румянцем.
– Помог ли пробужденный кристалл найти ответ на твой вопрос? – спросила Дон негромко, чтобы не потревожить остальных Всадниц.
– Да, – шепнула Кали.
– Тогда на сегодня ты свободна. Завтра принеси на урок кварц снова.
– Спасибо, Старшая Всадница. – Кали почтительно поклонилась, и они с Виксен зарысили прочь.
Дон мысленно согласилась и вернулась к ученицам. Люси и ее мышастая Блю стояли не шевелясь и изо всех сил пытались сконцентрироваться. Даже кобыла закрыла глаза и опустила голову в подражание своей Всаднице.
Дон собиралась согласиться с кобылой, когда услышала судорожный вздох, и ее внимание метнулось к дочери. Большие темные глаза Ривер были распахнуты, а лицо обмякло то ли от ужаса, то ли от удивления. Дон жестом подозвала Ривер к себе.
Анджо подбежала к ней, приветственно боднув Эхо лбом, но Дон смотрела только на дочь.
– Твой кристалл не пробудился? – зашептала она ей.
– Нет, пробудился. Почти сразу.
– Ты нашла ответ на свой вопрос?
Ривер вздохнула, а Анджо всхрапнула и беспокойно мотнула головой.
– Да.
– Почему тогда ты выглядишь так, будто кто-то обрезал Анджо хвост?
– Потому что тебе не понравится ответ, который я получила, – неохотно отозвалась Ривер.
– Не хочешь поделиться? Мы можем об этом поговорить. Возможно, ты ошибаешься. Возможно, я буду удивлена, а не расстроена.
Ривер закусила губу.
– Старшая Всадница, я бы хотела разобраться с этим сама.
Дон подавила раздраженный вздох.
– Тогда можешь идти. Возвращайся завтра и не забудь кварцевый кристалл.
– Спасибо, Старшая Всадница.
Дочь скрестила запястья на груди и почтительно поклонилась, после чего Анджо развернулась, и они ускакали прочь.
Дон посмотрела вслед старшей и, чего таить, любимой дочери
Эхо фыркнула, и Дон захлестнула исходящая от нее волна веселья.
– Уходишь одна? Снова?
Ривер закончила привязывать седельную сумку и повернулась к Клэйтону.
– Да. Сегодня ученицам-Видящим дали задание, и мы с Анджо идем его выполнять.
– Если хочешь, я могу помочь, – предложил Клэйтон. Одной рукой он обнимал за шею Барда, племенного жеребца Табуна. Хотя конь был всего на два года старше Анджо, он уже выделялся крепкой шеей, развитой грудной клеткой и мощным крупом. Его вороная шкура с белой звездой на морде и четырьмя белыми носками сияла здоровьем.
– Бард замечательно выглядит, – ушла от ответа Ривер. – С ним сложно будет тягаться в Забеге Жеребца.
– Я думаю, он победит. – Клэйтон с любовью потрепал жеребца по шее. – А твоя Анджо наверняка выиграет Испытание Кобылицы.
– Спасибо, конечно, но это вилами по воде писано. Я рада, что у нас есть еще полтора года. Забег Жеребца и Испытание Кобылицы пройдут в один год. Разве ты не рад, что у вас будет время подготовиться?
Клэйтон пожал широкими плечами.
– Не знаю. Иногда я этому рад: подготовка – это хорошо. Забег будет сложным, и неизвестно, сколько сильных жеребцов и Всадников будут в нем участвовать, но, с другой стороны, хочется, чтобы все это волнение поскорее осталось позади.