Филис Каст – Богиня по выбору (страница 21)

Свидетелем собственной смерти я не стала, но видела, как когти и зубы фоморианцев раздирали Аланну, Каролана, Викторию и Дугала. Однако битва не прекращалась, потому что все они оживали и продолжали драться. Внезапно вдалеке пронесся над горами вождь фоморианцев Нуада. На этот раз мой муж не смог одолеть его. Я видела конец Кланфинтана.

Потеряв интерес к телу поверженного кентавра, Нуада переключился на одинокого воина, в котором я узна ла отца Рианнон – зеркальное отражение моего папы. Набросившись на него с диким шипением, чудовище вцепилось ему в горло и разорвало голову на части.

Я закричала так громко, что имя моего отца, ставшее звуковым фоном страшных картин, эхом пронеслось над горами. Вождь демонов насторожился и стал озираться по сторонам, словно искал кого-то. Со злобным прищуром он вытянулся в полный рост и расправил крылья. Из пасти его стекала пена и кровь.

– Да, женщина! Я слышал твой зов. Нам никогда не избавиться друг от друга, я найду тебя, где бы ты ни была!

Застрявший в горле крик заставил меня проснуться. Я с трудом хватала ртом воздух, чувствуя, как меня трясут чьи-то сильные руки, а встревоженный голос твердит:

– Шеннон, Шеннон! Проснись!

Я заставила себя поднять веки и увидела растерянное лицо Клинта. Черты лица были такими родными, что сердце невольно сжалось от боли. Как же я скучаю по Кланфинтану.

– Все хорошо. Хорошо… – Я постаралась растянуть губы в улыбке и освободилась от его рук.

Он отпустил меня с неохотой.

– Дурной сон?

– Да, – кивнула я. – Ужасный кошмар. – Губы плохо слушались меня, слетавшие слова казались непонятными и чужими.

– Принести тебе что-нибудь? Воды или, может, чай? – Он навис надо мной, явно не собираясь оставлять в покое.

– Нет-нет, я в порядке. – Увидев разочарование в его глазах, я поспешила добавить: – Спасибо за заботу, но я правда очень устала. Мне лучше поспать.

Клинт взглянул на циферблат.

– У тебя есть еще несколько часов до рассвета.

– Хорошо. Спасибо. – Я отвернулась лицом к стене и спиной к нему, но слышала, как он вернулся в кресло. Интересно, он так и собирается всю ночь просидеть надо мной? Разумеется, он вправе поступать как пожелает, в скором времени я вернусь к своему мужу, друзьям и народу. Но охватившее душу беспокойство поколебало мою уверенность.

Мне никогда не снились кошмары. Никогда.

Еще в третьем классе я поняла, что не все люди могут управлять своими снами, как я. В стране сновидений все происходило только так, как я хотела, только Эпоне удавалось отправлять мое эфирное тело в путешествие по Партолону. Лишь сегодняшняя ночь была исключением. То, что со мной произошло, не было Волшебным сном, посланным Эпоной. В этом я была уверена. События, поразившие мой спящий разум, на самом деле никогда не происходили. Ни в каком измерении. Это всего лишь кошмар, дурной сон, видения нереальны, как супергерой Бугермен и Зубная фея. На меня подействовало перемещение между мирами, потому мне и снятся кошмары, как многим людям.

Вот и все. Других причин нет.

Я зажмурилась, стараясь навсегда забыть о зле, напавшем на Партолон. То же зло было рядом со мной, когда Клинт вытянул меня через деревья в Оклахому. Похоже, именно это зло собираются использовать в своих делах Рианнон и Брес. Сейчас мне не удастся что-либо изменить. Я должна выспаться, перестать нервничать и накопить сил. К счастью, усталость заставила меня забыть о паническом беспокойстве, и я опять погрузилась в сон. Я не буду думать о зле и одолевавших меня кошмарах. Буду следовать принципу Скарлетт О’Хары и подумаю об этом завтра…

Глава 4

Меня разбудила беспрерывная трескотня пересмешника.

– Бог мой, какое несносное существо, – проворчала я, потирая глаза. Надо сказать, эти птицы были в списке вещей и реалий Оклахомы, по которым я совсем не скучала.

– Доброе утро, милая моя Шеннон!

Клинт, выглядевший свежим и бодрым, натягивал толстый свитер.

– Я не твоя милая! – набросилась я на него.

Он лишь рассмеялся.

Ясно. Передо мной любитель вставать рано. Еще одна схожая черта между ним и моим мужем, только этот тип был назойливым, а не ласковым. Я осторожно поставила ноги на пол и завернулась в одеяло.

– Где здесь ванная комната?

– За кухней. – Клинт махнул головой в сторону стены. – На полку я положил новую зубную щетку. Еще там кое-какие вещи Рианнон. – Он критически оглядел меня, словно пытался проникнуть сквозь плотную защиту, скрывающую половину обнаженного тела, и добавил: – Тебе они тоже подойдут. Будь как дома.

Я хмыкнула, тщательно запахнула одеяло и двинулась в указанном направлении.

– Я приготовлю кофе и яичницу.

Желудок встрепенулся при упоминании о пище – это вызвало у меня счастливую улыбку – ребенок в порядке.

– Мне будет достаточно тоста и чая. И я сама в состоянии себе их приготовить. Не стоит беспокоиться. – Я повернулась через плечо и с удивлением отметила, что Клинт уже убирает за мной постель. Он зациклен на порядке?

Так и не дождавшись ответа, я миновала маленькую аккуратную кухню и прошлепала босыми ногами по прохладному деревянному полу в ванную.

Эта комната, напротив, оказалась неожиданно просторной, вмещавшей душевую кабину, красивую ванну на изогнутых лапах, и, главное, здесь была туалетная бумага.

Я подавила вздох.

В Партолоне я больше всего скучала по комфорту цивилизованного мира. На полке лежала аккуратно сложенная одежда. Даже на ощупь было ясно, насколько она дорогая. Я взяла первое, что лежало сверху: брюки из тончайшей кожи Джорджио Армани, кашемировый свитер цвета осенней листвы, отделанный мехом, разумеется норкой. Похоже, Рианнон наведалась в «Сакс, Пятая авеню» в Талсе. Был здесь и комплект черного кружевного белья. Я повертела в руках крошечный треугольник ткани – трусики – и покачала головой:

– Ах, Рианнон, да у тебя страсть к стрингам.

Это было одно из качеств, нас отличавших. Рианнон обожала откровенное белье, нарочито сексуальные наряды и глубокие вырезы. Я же точно не была эксгибиционистом. Нет, я люблю красивое белье, но кому приятно, когда что-то постоянно врезается в задницу? Душ манил меня, и я провела дольше обычного под струей теплой воды, а потом дважды почистила зубы пастой «Крест», испытав при этом почти религиозный экстаз.

Под раковиной нашелся фен и набор косметики Рианнон. Похоже, она опустошила в магазине все запасы Шанель. К моей огромной радости, на дне внушительных размеров несессера я обнаружила заколку для волос, с помощью которой смогла наконец усмирить свои непослушные рыжие кудри.

Надев брюки, обтянувшие мое тело, словно вторая кожа, я стала нащупывать молнию и рассмеялась. Вместо нее спереди была шнуровка. Похоже, Рианнон шила их на заказ. Что ж, видимо, можно вытащить девушку из Партолона, но Партолон из девушки никогда. Свитер сидел, как и брюки, идеально. Я оглядела себя в зеркало и улыбнулась отражению. Да, одного у Рианнон бесспорно не отнять – она знает, как одеться, чтобы подчеркнуть наши достоинства.

Жалея, что так и осталась без носков, я вышла из ванной комнаты в ярко освещенную кухню. Клинт стоял ко мне спиной у плиты и готовил, по определению моего возмутившегося желудка, яичницу с сыром.

Я села за большой дубовый стол, на котором увидела тосты, горячее печенье, сладкие соусы, джем и прочее. Клинт поднял голову, посмотрел на меня через плечо и застыл. Улыбка сползла с его лица, словно капля воска по стенке свечи. Взгляд затуманился, потом глаза вспыхнули и обожгли меня страстным желанием. Рука замерла на полпути, тост я так и не донесла до рта, пораженная ответной реакцией тела. Ничего удивительного, ведь сейчас я вижу перед собой лицо любимого мужа.

Нет! Я быстро взяла себя в руки. Этот мужчина лишь похож на Кланфинтана. Я поспешила отвернуться и впилась зубами в тост.

– А чай будет? – спросила я с набитым ртом.

– Да. Я вскипятил чайник.

Сделав вид, что не заметила дрожи в его голосе, я прощебетала:

– Отлично. Налей мне, пожалуйста.

Он вздрогнул, снял с крючка за плитой прихватку и поставил чайник рядом с моей кружкой.

– Чай в кладовке. – Он сделал шаг к двери в углу, но, спохватившись, вернулся к плите помешать яичницу.

– Спасибо, – сказала я и откусила еще кусок тоста.

– Будешь яичницу?

– Думаю, мне достаточно тоста и джема, может, съем пару печенек. Мой желудок все никак не успокоится.

Не знаю, по какой причине, но я была уверена, что говорить ему о беременности пока не стоит.

– Тогда прошу. – Клинт жестом указал на стол и принялся перекладывать яичницу в свою тарелку.

Приглядевшись, я увидела в желтой массе кусочки ветчины, грибов, а также немало сыра – все это великолепие источало искушающий аромат, ставший теперь для меня зловонием. Я не буду обращать внимания на запахи, надеюсь, мой желудок тоже.

Повисла неловкая тишина. Мы ели, стараясь не смотреть друг на друга.

Клинт налил себе вторую кружку кофе, а я принялась намазывать клубничный джем на печенье и случайно перехватила его взгляд.

– Вкусно? – вежливо спросил он.

Я пробормотала в ответ похвалу.

Клинт вздохнул. Все, пора прекращать эту игру и поговорить начистоту.

– Наверное, я еще больше похожа на Рианнон в ее одежде. Ты шокирован?

Он отвел взгляд:

– Шокирован – не то слово.