Филис Каст – Богиня по крови (страница 23)
«Да, да, это я», – подумала Морриган, посасывая распухшие от поцелуев губы Кайла. Она терлась о него грудью и прижималась бедрами, налегая на горячую твердую выпуклость в его брюках. Она не закрывала глаз и видела, как искрятся кристаллы, озаряя все вокруг ярким светом, словно в ответ на ее страсть.
– Боже! Все это кажется сном, чертовски горячим сном, – выдохнул Кайл, приникая к ее губам. Он обхватил ладонями ее ягодицы и прижал к себе сильнее.
Где-то на задворках разума Морриган поражалась своим действиям, но остановиться, похоже, не могла. Она не хотела останавливаться. Ее мерцающая кожа горела от желания и вожделения. Ее переполняла сила. Она чувствовала себя богиней!
– Морриган Кристина Паркер, какого черта тут происходит?
Голос дедушки подействовал на нее как холодный душ. Морриган отскочила от Кайла и вскрикнула:
– Дедушка!
Ее лицо горело, голова кружилась, а тело пульсировало от неутоленного желания. Через плечо Кайла она видела деда, похожего одновременно на медведя-гризли и обозленного морского ежа огромных размеров. Он был одет в старую охотничью куртку и держал в руке тяжеленный фонарь, который обычно хранил в сарае. И (о, нет!) рядом с ним стояла бабушка. Они оба хмурились и сурово смотрели на Кайла.
– Молодой человек, кто вы такой и по какому праву распускаете руки?
Морриган чуть не засмеялась. Как это типично для деда – проигнорировать все, что можно: переживания из-за того, что она практически сбежала из дома, кристаллы, которые были повсюду и светились магической силой, и даже тот факт, что в общем-то она тоже «распускает руки» с Кайлом. Если судить по сузившимся глазам деда и мрачному выражению его лица, не имело значения, что ему уже семьдесят пять. Он явно желал (и был вполне способен) надрать задницу парню, который, по скоропалительному выводу деда, соблазнял его предположительно невинную внучку.
– Извините, сэр. – Кайл провел по волосам трясущимися руками. – Думаю, я… наверное, меня занесло. Она так прекрасна, и я… – Он замолчал, совершенно сконфуженный. – Я не собирался выказывать ей неуважение. – Потом он откашлялся и шагнул вперед, протягивая деду руку. – Сэр, меня зовут Кайл Камерон. Я – главный гид и куратор этого парка. Я познакомился с вашей внучкой сегодня днем на экскурсии, когда она приезжала сюда со своими подругами.
Дедушка что-то проворчал и неохотно пожал руку Кайла, все еще меряя его взглядом прищуренных глаз. Морриган не сомневалась, что сейчас он со всей силы сжимает кисть Кайла.
– Ну, Кайл Камерон, вы что, всегда так ведете себя с молодыми особами в первый же день знакомства или подобное «джентльменское» обращение, – дедушка вложил в это слово максимум сарказма, – вы приберегли специально для моей внучки?
– Сэр, я… – начал было Кайл.
– Дедушка, он… – Морриган наконец тоже обрела дар речи.
– Дорогой, посмотри на эти кристаллы. Думаю, это Морриган заставила их светиться. – Бабушка, как всегда, смотрела в корень.
К огромной радости Морриган, дедушка прервал свою тираду, которая, в чем она нисколько не сомневалась, должна была вылиться в лекцию о том, что надо уважать невинность юных благовоспитанных девушек. Он наконец увидел, что в пещере есть что-то еще, кроме целующегося с Морриган Кайла. Она смотрела, как дед оглядывает Лагерь снизу доверху: начиная от поблескивающих кристаллов на потолке и заканчивая ярко-сверкающим валуном.
– Селенит, – пробормотал он и задумчиво кивнул. – Поселенцы использовали его, чтобы вставлять в окна в качестве прообраза оконных стекол.
– Да, сэр, все верно, – с энтузиазмом подтвердил Кайл.
Дедушка глянул на него, словно тот сморозил какую-то глупость.
– Я бывший учитель биологии, сынок. Я знаю об экосистемах Оклахомы больше, чем ты мог выучить в переполненных классах по биологии своей захолустной школы.
– Сэр, я уже заканчиваю магистратуру.
Ричард Паркер поднял брови.
– Скажите пожалуйста. И в какой области?
– Геология.
Морриган с трудом скрыла усмешку. Дедушка был доктором зоологических наук.
– Ха, – фыркнул он. – Тогда тебе должно быть чертовски больше восемнадцати.
– Двадцать два, сэр. Я сдал большую часть экзаменов по основным предметам и досрочно получил степень бакалавра.
– Тогда у тебя должно хватать здравого смысла, чтобы не начинать лапать мою внучку, – проворчал дедушка.
– Дорогой, Морриган и кристаллы… – толкнула его локтем Мама Паркер.
Тот снова что-то проворчал, но перенес внимание на внучку.
– Малышка Морги, это ты сделала?
Она кивнула:
– Да, дедушка.
– О, так, значит, мы все-таки твои бабушка и дедушка?
Морриган опустила голову.
– Прости меня за это, дедушка. – Она застенчиво посмотрела на Маму Паркер. – Бабушка, прости.
– О, милая, все в порядке! Я знаю, тебе было трудно принять то, что ты сегодня узнала.
Морриган выпрямилась и встретилась глазами с дедом.
– Да, на меня много всего свалилось, но я не должна была срываться на вас и пускаться во все тяжкие. Вы всегда будете моими бабушкой и дедушкой, что бы ни было.
– Конечно, будем, малышка Морги, – хрипло сказал Ричард и откашлялся. – Значит, ты можешь заставить кристаллы светиться. А еще что ты можешь делать?
– Со мной говорят камни. Я слышу их.
Мама Паркер задумчиво кивнула:
– Твоя близость к духам земли. Говорят, такие вещи могли делать кельтские друиды и индейские шаманы.
– Шеннон слышала духов деревьев. Они приветствовали ее, как Избранную Эпоны, и давали силу, когда она их призывала, – сказал Ричард.
– Они называют меня Несущая Свет, – тихо призналась Морриган.
Дедушкин острый взгляд буквально сверлил ее.
– Они называют тебя богиня? Приветствуют как Избранную?
Морриган хотела покачать головой, но Кайл не дал ей этого сделать.
– Она в самом деле богиня! – выкрикнул он. – Вы бы поняли, о чем я, если бы видели ее чуть раньше. Ее кожа в буквальном смысле светилась. – Он на полшага приблизился к Морриган и убрал с ее лица волосы. – Она, наверное, богиня, спустившаяся с небес на землю.
– Сынок, она не богиня, а только дочь ее жрицы, – поправил его Ричард.
Морриган попыталась не обращать на него внимания, но от слов деда в ней начал подниматься гнев. Что бы она совсем недавно ни думала, сейчас ей казалось, что он говорит о ней пренебрежительно… крадет нечто, что принадлежало или должно было принадлежать.
– Моя мать была не просто жрица, – произнесла вслух Морриган то, что носилось в ветре вокруг нее. – Она была Избранной жрицей и имела ту же власть, что и ее богиня.
Она заметила, что дедушка обеспокоенно нахмурил лоб, но в его ответе она услышала только отрицание своего наследия и отторжение только что приобретенных сил.
– Морриган, твоя мать, Рианнон, возможно, и была когда-то Избранной Эпоны и ее Верховной жрицей, но она потеряла эти титулы и силу, которая к ним прилагалась.
– Она потеряла или их у нее украли? – Свой голос показался Морриган чужим и холодным.
Ричард замолчал и сузил глаза.
– А с кем я говорю? С Морриган или с Рианнон?
– Теперь ты сам не знаешь, я твоя внучка или кто? – Слова деда, казалось, разрывают ее на части. Но вместо слез в ее душе распространился гнев и чувство, что ее предали. Они превратились в такой горький эмоциональный коктейль, что в душе у Морриган все заклокотало, как при землетрясении.
– А, черт подери! Естественно, я знаю, что ты моя внучка! Просто я хочу, чтобы ты разговаривала со мной как внучка, а не как безумная и жадная до власти незнакомка.
Морриган дернулась назад, словно он дал ей пощечину.
– Всю жизнь ты говорил мне, что я не сумасшедшая. А теперь внезапно изменил мнение?
– Морриган Кристина, я не называл тебя сумасшедшей.