Филипп Краснов – Денетория. Золотой дракон (страница 3)

— А что же людской король? — поинтересовался Форин.

— К сожалению, монархам никогда не было дела до междоусобных войн эльфов, — с грустью проговорил Килан.

— Да и тем более Даринор очень щедро заплатил королю, — добавил Тардор. И тут же продолжил: — Эльфы готовы поднять восстание хоть сейчас, им плевать за кого сражаться, лишь бы против Даринора.

— Рвение их похвально, но пока они ещё слишком слабы, им нужно время на то чтобы восстановить былую мощь… Правда, у нас времени этого, увы, нет, — подытожил Килан.

На несколько минут разговор смолк, но нить тишины вскоре опять разорвал Килан:

— Каковы были твои поиски, Меагорн?

Маг медленно пошевелился на стуле, отхлебнул из своей кружки и вступил в разговор:

— Мне предстояло действовать инкогнито. Потому что маг, который направо и налево расспрашивает о бунте против короля, да ещё и в самом центре королевского оплота в Гельавэне, очень сильно рискует быстренько лишиться головы. Я действовал скрытно и незаметно, но, хоть мне и не довелось повстречаться с летучем, и не пришлось спасаться от гнёта стихии в первом попавшемся селении, проблемы всё равно не обошли меня стороной. Как-то раз, сидя в захудалой таверне, где собирается один только сброд, я собирал новые слухи, как неожиданно нагрянули стражники. Они мгновенно преградили путь к выходу и их командир начал обыск. Оказывается, какой-то прохиндей уворовал у его жены деньги на дневной ярмарке, и теперь этот вояка обходил со своими головорезами все таверны и притоны, пользующиеся дурной славой. К сожалению, по какому-то нелепому стечению обстоятельств, на воре был точно такой же плащ, как у меня. Это единственное, что смогла тогда увидеть жена командира, и этого единственного вполне хватило, чтобы меня, невиновного человека, взяли под стражу. Естественно, о сопротивлении не могло быть и речи, я не мог себя выдать. Меня отвели в камеру пыток, где я поклялся на чём свет стоит, что не воровал никаких денег ни у какой дамы, и вообще не находился в то время даже близко с ярмаркой. Естественно, мне никто не поверил. Меня кинули за решётку и оставили ждать до утра вердикта командира. Увы, я прекрасно понимал, что вердикт будет вынесен самый что ни на есть строгий. И вот тут, как всегда со мной бывает в тревожных и опасных ситуациях, мой мозг начал лихорадочно анализировать ситуацию и искать пути к спасению. Крепкая решётчатая дверь, четыре стены непробиваемой толщины, и… о моё спасение, окно! Я быстро влез на подоконник, окно представляло собой кривую дыру, которую обрамляли три вертикальных прута. Не нужно было использовать много магии, чтобы выломать их, однако же, без неё эти хлипкие на вид прутья едва ли поддались бы мне. Я высвободился, и напоследок, дабы перекрыть всё моё вечернее невезение, удача вывела моё окно прямо на тропу к небольшому леску в пригороде. Насколько я знаю, командир пришёл в ярость, но найти меня тогда они, конечно, уже не смогли. Если вернуться к нашей теме, то боюсь, что у меня плохие новости. Благородные эльфы и душой, и кошельком за короля, и вероятнее всего — скорее солнце упадёт на землю, чем они поднимут против него восстание.

— Ну что ж, я ожидал такой ответ, — вздохнул Килан, — но ведь никто не говорил, что будет просто…

— Милсдари, я надеюсь, теперь вы уступите место даме в качестве главного рассказчика? — мягко проговорила Анария.

Все кивнули.

— Так вот, я была в Порт-Калорне. И скажу вам, гиблое это место. Если твой кошелёк не набит досами, там делать нечего. Этот прибрежный городок — просто золотая жила, он как отдельное государство под протекторатом пиратов. Эти головорезы вроде бы и не признают королевскую власть, но и идти против неё не решатся. У них всё предельно просто: король не лезет к ним — они не лезут к нему, правда, за это они и отстёгивают его величеству сорок процентов от общей добычи, но никто не жалуется. Все говорят, что лучше уж пусть будет так, чем он соберёт армию и разгонит их славное береговое братство ко всем тварям морским. Я боюсь, что у меня вряд ли найдётся какая-нибудь занятная история наподобие ваших. Да, не всё прошло гладко, девушке вообще не особо просто приходится столь долгий период времени рядом с таким отродьем как калорнские пираты. Они пытались как-то приставать, но после того как я пришила нескольких мерзавцев, они эту практику живо прекратили и начали меня бояться, или, по крайней мере, в какой-то степени уважать. И да, ещё я очень рада, что вновь встретила вас, мне очень сильно не хватало весь этот долгий год нашей весёлой компании, — сказав это, Анария выразительно посмотрела на Килана.

Он же был ещё более задумчив, чем раньше, и прошло немало времени, прежде чем до него дошли слова Анарии, и он ответил:

— Я думаю, что все мы снова рады видеть напротив лица своих друзей.

Мужчины поддерживающе загалдели.

— Однако же, на пиратов у меня было больше надежды. Но ладно, с ними, я думаю, мы ещё разберёмся, но немного позже. Форин, будь добр, не напивайся в хлам, покуда не расскажешь свою историю.

Килан с улыбкой взглянул гнома, который от его слов мгновенно преобразился, протёр развеселевшие от хмеля глаза и с лёгкой ноты прокряхтел:

— Братья и ты, сестрёнка, ох какое у меня было путешествие… Если бы вы знали, где я был! Если бы вы знали, что я видел!

Форин старался каждое своё слово подкреплять жестом, что выглядело очень комично.

— Ох, а видел я такое… Сейчас вот только допью это проклятое пойло, которое никак не может отпустить мой разум на волю, и сразу же всё расскажу.

Форин ухватился за бутыль пива и начал жадными глотками поглощать пенистый напиток. Допив, грохнул пустой бутылкой о стол и тут же завалился на бок. Через какое-то время из-под стола раздался оглушающий храп.

— Да, наш любимый гном, увы, не изменяет своим привычкам, — пробасил Экрон, и все остальные дружно поддались влиянию заразительного смеха.

После того как приступ веселья прошёл, Килан, который вмиг посерьёзнел и шёпотом проговорил:

— Я всё это время гонялся за одной легендой, и смею предположить, что она реальна.

Все внимательно уставились на Килана.

— Да, друзья, я был в очень многих местах, и иногда лишь чудом избегал смерти… Она гналась за мной по пятам, преследовала за каждым поворотом, за каждым горным уступом. Сведения, которые были мне нужны, стоили немалых стараний, и добывались потом и кровью, — воин отхлебнул из кружки. — Но я не буду забегать вперёд, а начну свой рассказ с самого начала. Эта легенда, которая так сильно меня заинтересовала, не отпускала меня ни днём, ни ночью. Сказать честно, после того как мы с вами расстались, я собирался отправиться в Доротос, дабы следить за настроением народа в столице.

— Но ведь это же очень опасно, Килан! — буквально взорвалась Анария. — Ты ведь прекрасно знаешь, что увидь тебя король или кто-то из его приближённых…

— То не сносить мне головы, — с лёгкой усмешкой закончил за девушку Килан. И тут же добавил: — И хоть планы мои и поменялись, в столице я всё равно побывал, только по иной причине. Я не думаю, что вы знаете эту легенду, её мне как-то в детстве рассказывал отец, и я бы вряд ли о ней вспомнил, если бы не сон. В первую же ночь после нашего расставания я спал в какой-то разбитой, захудалой таверне. Мне приснился дракон — огромный золотой дракон, наделённый даром говорить с людьми. Я проснулся весь в поту, и тут же мне в голову пришла сцена из детства, в которой отец рассказывает мне легенду о нём. Я не буду сильно заострять внимание на подробностях этой легенды, расскажу в общих чертах, основную суть.

В далёкие времена, когда остров Горос ещё был цветущей долиной, Денеторию населяли драконы…

— В принципе, это известный факт. Сохранилось множество признаков того, что они на самом деле были на земле, только вот куда делись, неизвестно, — мягко, профессорским тоном вставил Меагорн. — Извини, Килан, я тебя перебил.

— Так вот, драконы на земле были, и именно эта легенда рассказывает о том, куда они исчезли. Золотой дракон Галадорикс был прародителем драконьей расы, он был их вожаком. До появления на земле людей её полностью заселяли драконы, но, увы — катаклизм, который, как говорят, привёл к нашему появлению, почти полностью истребил драконов, но… — Килан выразительно поднял указательный палец, — Галадорикс выжил. Он был настолько мудр, что сумел пережить катастрофу. Позже выбравшись на свет, он увидел, что все его родичи мертвы, а землю начинают заселять совершенно непонятные ему существа, скрылся от глаз мира, спрятался в отдалённой пещере.

Килан поднял голову и медленно оглядел каждого из своих спутников.

— Я знаю, где находится эта пещера.

— И ты думаешь, что эта легенда реальна? — удивился Экрон.

— Я не думаю, я знаю. Она реальна. Я разговаривал с очень мудрыми людьми, читал манускрипты в забытых библиотеках, лазил по таким местам, что у нормального жителя столицы волосы бы на голове встали дыбом, но я узнал всё, что мне нужно… И теперь главное: я отправляюсь на поиски золотого дракона, дорога к его логову терниста и трудна, но я считаю, что дело стоит свеч. Галадорикс может стать очень сильным союзником в борьбе против короля…

— Ты думаешь, что ему есть дело до людей? — вопросил Тардор.