Филип Пулман – Команда сорванцов: Музей восковых фигур. Бал газовщиков (страница 40)
Громче всех пел – вы подумайте! – Дик, и к тому времени, как песня подошла к концу, он непонятным образом успел сделать предложение и даже получить ответ, и теперь они с Дейзи стояли, красные, как два помидора, и выглядели совершенно счастливыми.
– Ну что ж, мои поздравления двум счастливым парам! – сказал, улыбаясь, принц Уэльский.
И он пожал руки Дику, и Дейзи, и мисс Уиттл (обе леди, конечно, сделали реверанс), и затем протянул ладонь Орландо.
– Ах, – пробасил силач, – как бы мне хотелось с вами поручкаться, сэр, да только я не осмелюсь. Видите ли, сия длань запросто крошит камень.
– Вы, что же, крошите камни голыми руками? – удивился принц Уэльский. – Бьюсь об заклад, у вас не получится.
– Я тут слышал слово «заклад», Ваше Королевское Высочество? – произнес характерно сочный и сладкий голос. – Могу я предложить свои услуги?
– Змееглаз-Мелмотт! – ахнула Анжела.
Откуда ни возьмись рядом образовался знаменитый ламбетский букмекер со своей маленькой черной книжечкой.
– Я готов предложить ставки на крошение камней любым присутствующим здесь леди или джентльменам, – объявил он, и не прошло и минуты, как его уже обступили со всех сторон, и завязалась оживленная торговля.
Принц Уэльский лично поставил десять гиней, что у Орландо ничего не получится, а мистер Уиттл – столько же на то, что получится. Помимо этих крупных пари книжечку в считаные мгновения испещрили десятки других ставок. Анжела и Зерлина пристально наблюдали за процессом. Вскоре стало ясно, что в способности Орландо не верит куда больше народу, чем верит, так что, если у него все же получится, Змееглаз выиграет. А поскольку он практически никогда не проигрывал (старожилы, во всяком случае, такого не помнили), ставить надо именно на это – если у банды вообще еще найдется, что ставить.
– Хорошо бы он сначала расплатился по первому пари, – проворчал Гром. – Я бы все деньги поставил на Орландо и выиграл целое состояние.
Когда ставки были сделаны, в центре танцевальной площадки расчистили место. На него торжественно вышел слуга с серебряным подносом, покрытым белоснежной салфеткой.
На подносе красовался булыжник размером с добрый апельсин.
– Хорошо, – сказал Орландо. – А теперь вы лучше отойдите немного назад – мало ли, вдруг щебенка полетит.
Мисс Уиттл поцеловала его в щеку на счастье, а он закатал рукава Генриха Восьмого – показав самые большущие мускулы, какие вы только в жизни видели! – взял камень в руку и задумчиво взвесил.
Оркестр услужливо раскатил барабанную дробь.
Орландо воздел длань с камнем.
Барабан взял громче.
Орландо скрипнул зубами. Вены вздулись у него на лбу.
Он начал сжимать кулак.
Мускулы вдоль всей руки вспухли еще сильнее.
Барабан еще наддал.
И камень начал крошиться! Струйка пыли потекла на пол… – и вот уже в кулаке силача остались только песок и куски щебня.
Оглушительно грохнули тарелки, за ними последовал еще более громоподобный аккорд в до мажоре, и публика разразилась восторженными воплями! Все кричали и хлопали – даже принц Уэльский.
Орландо отряхнул руки и поклонился.
К Змееглазу-Мелмотту потянулись выигравшие.
– Гммм, – сказал Бенни. – Ну, что ж, а мы хотя бы получим свой выигрыш за Дика.
И пока гости в большинстве своем вернулись к танцам, угощениям и напиткам – тосты за обе новообрученные пары звучали поминутно! – вдоль стены зала выстроилась очередь счастливых ставщиков, желавших поскорее получить свой выигрыш.
Все, кто ранее поставил на Дика, тоже были там – от Сида Шведа до ламбетского викария.
Гром едва владел собой от возбуждения.
Такая куча денег! И побить самого Змееглаза-Мелмотта!
Но, кажется, впереди возникла проблема. Гром перестал ухмыляться и прислушался.
– Леди и джентльмены, – громко говорил Мелмотт. – Позвольте представить вам всем известного и уважаемого хронометриста, мистера Белла, которого члены боксерского братства знают под именем Динь-Дон. Наблюдения за временем мистера Динь-Дона Белла славятся своей безупречной точностью. Именно по этой причине я пригласил его на этот вечер, так сказать, для ведения протокола событий – специально на тот случай, если относительно точного времени их завершения возникнут какие-то разногласия. Итак, мистер Белл – вам слово.
Динь-Дон Белл оказался субтильным мужчиной ученого вида – и при себе у него было не много не мало трое разных часов! Все их он положил на стол перед собой.
– Эти часы, – объявил он во всеуслышанье, – синхронизированы мною лично с часами на Биг-Бене сегодня, ровно в шесть часов вечера. Согласно им, предложение руки и сердца, сделанное молодым Диком, зафиксированное двумя независимыми свидетелями, случилось в пять минут первого ночи!
– Какая досада, леди и джентльмены, какая досада! – тут же подхватил Змееглаз-Мелмотт. – Все вы помните условия пари: Дик должен был сделать предложение, а Дейзи – принять его до двенадцати часов. Боюсь, вы все проиграли. Однако есть и хорошая новость. Сегодня я открываю ставки на вероятность обнаружения живых динозавров в джунглях Южной Америки, куда отправляется Королевская Географическая Экспедиция. Предлагаю вам сто к одному против птеродактиля! А? Как вам такое? Честнее и быть не может. Сто к одному, господа! Кто желает поставить?
С негодующими и разочарованными возгласами люди отворачивались от него, рвали свои билетики и качали головами – надо же так опростоволоситься!
– Это надо было предвидеть, – мрачно прокомментировала Анжела.
– Я готова была поклясться, что на этот раз он у нас в руках! – вздохнула Зерлина. – Но ничего, мы его еще достанем. Ему нас так просто не обставить…
Гром с Бенни тоже обменялись взглядами. В них читалось отвращение – слишком, пожалуй, сильное для любых слов.
– Дьявол, – сказал, наконец, Бенни. – Ну, то есть, я хочу сказать,
Гром просто молчал. Будущее простиралось перед ним, ясное как никогда: азартные игры, выпивка, падшие женщины, тюрьма, виселица. Если бы только он прислушался к тому, о чем предупреждала его «Тропа, усыпанная цветами».
Если б он только знал!
Гром тяжело сглотнул. Нелегко будет объяснить мисс Уиттл, что он не в состоянии заплатить ей за уроки… А уж папе-то рассказать…
Позади кто-то деликатно кашлянул.
Мальчишки обернулись.
За ними стоял мистер Уиттл, а вместе с ним – Достопочтенный Мастер Древней и Достопочтенной Компании Газовщиков.
– Юные джентльмены, – сказал этот самый Мастер, – и юные леди, насколько я понимаю, тоже. Похвальная изобретательность и инициатива! Решительность и хитроумный план! От имени Древней и Достопочтенной Компании Газовщиков я горд вручить вам награду в размере десяти фунтов каждому и пригласить отведать мороженого в обществе Его Королевского Высочества принца Уэльского. Соблаговолите проследовать сюда…
И все сразу стало хорошо. Вот так запросто.
А дальше Нью-катская банда сидела за столом с принцем Уэльским и глядела, как Орландо танцует с мисс Уиттл, а Дик танцует с Дейзи, и сбоку на специальном отдельном столе блестит серебро, и мистер Миллер демонстрирует троим молодым людям, как охлаждать себя в жаркую погоду с помощью огурца, и все вообще шикарно проводят время.
– Полагаю, это лучший прием всего сезона, – сказал принц. – Благодарю, что пригласили меня на Бал газовщиков.
– Мы сами были очень рады, – ответила Анжела. – Кстати…
– Вы случайно не знаете, где можно раздобыть птеродактиля? – с надеждой спросила Зерлина.