Филип Квантрелл – Восхождение рейнджера (страница 78)
Рейна уже едва сдерживала Элайт, сама понемногу сдаваясь, но Эшер быстро воплотил идею Фэйлен. Он представил, как невидимое заклинание атакует их, и воздвиг против него щит. Открыв глаза, он увидел, что четверо его спутников пришли в себя и Натаниэль не знал куда девать глаза от стыда.
– Серьезная защита у этой гробницы, многим бы поучиться, – заметил рыцарь.
Отряд собрался на краю болота, оценивая расстояние до главных ворот. По прикидкам Эшера, идти было не больше полумили.
– Давайте уже снесем этому типу голову и покончим со всем, – проворчал он и зашагал вперед.
Пробираться через цепкую грязь по колено в холодной воде было сложно, но еще сложнее оказалось сбросить неприятное ощущение, что за ними наблюдают. Эшер привык полагаться на выработавшееся за долгую жизнь чутье, не единожды спасавшее его. Ощущая спиной чужой взгляд, рейнджер потянулся за луком и заметил, что все его товарищи похватались за оружие.
Их шаги были единственным звуком здесь: улегся ветер, все вокруг замерло, словно прислушиваясь. А ведь они прошли только половину пути…
Позади кто-то достал меч, но не нужно было даже оборачиваться, чтобы понять, в чем дело: воды бесшумно расступились, и древние эльфийские воины медленно поднялись из болота. На одних были черные плащи и такие же черные доспехи, на других грязно-белые доспехи и поблекшие голубые плащи. Лица у утопленников были одинаково раздутые, покрытые сеткой темных вен. Кто-то щеголял ужасными шрамами, у кого-то не хватало конечностей… Эльфы все поднимались и поднимались, разбуженные движением. Белые глаза равнодушно уставились на прибывших, раздутые руки потянули из ножен скимитары.
Эшер, недолго думая, наложил стрелу на тетиву раскрывшегося лука. Все, кроме Элайт, доставшей меч, сделали то же самое.
– Их слишком много, нам не выстоять. – Голос Фэйлен дрожал от едва скрываемого страха.
Стоило им сделать пару шагов назад, как мертвецы остановились. Эшер нахмурился, не уверенный, что ему не показалось. Он шагнул вперед, и мертвецы тут же потянулись к нему.
– Назад! – догадалась Фэйлен. – Чары срабатывают, когда мы двигаемся к крепости!
– Ну… отсюда нам Валаниса не убить, – пробормотал Натаниэль сквозь стиснутые зубы.
– Бежим… – сказал Эшер, глядя, как мертвецы бредут через болота. – Бежим!
Он сорвался на самый быстрый бег, на который только был способен, и остальные рванули за ним к городу, стреляя во всех направлениях. Мертвецам это не мешало: они продолжали размеренно шагать сквозь топь, не обращая внимания на торчащие из глаз и шей стрелы. Если их и сшибало на землю, полежав, они вновь вставали, присоединяясь к собратьям.
Эшер всадил стрелу прямо в лоб воину в белых доспехах. Тот повалился в воду, но тут же сел. Стрела так и осталась торчать у него в голове.
Элайт взмахнула мечом, обезглавив очередного мертвеца, но и это не помешало ему встать.
– Бегите, не стойте! – крикнул Эшер.
Чем ближе они подбирались к цитадели, тем быстрее становились и мертвецы, тоже переходя с шага на бег…
Ворот у Элетии не было. Может, они ушли в болото, а может, тысячу лет назад их разнес лук Аделлума. Арку входа охраняли двое шестидесятифутовых каменных воинов в доспехах. За тысячу лет детали резьбы сгладились, стерлись, у одной статуи и вовсе не хватало головы.
Не обращая внимания на подкрадывающуюся усталость, отряд пробежал мимо двух статуй в тень коридоров Элетии.
– Они не отстают! – крикнула Рейна, бежавшая последней.
Фэйлен дождалась, пока все промчатся мимо, и развернулась к орде нежити. Вскинув руки, она выпустила в потолок десятки сверкающих голубых молний, и камень начал крошиться, сеть трещин побежала по арке, словно та была стеклянной. Стиснув кулаки, Фэйлен с силой опустила руки, словно тянула за собой что-то, и потолок рухнул, огромные плиты завалили проход.
Наступила тьма.
С минуту отряд стоял, замерев и вслушиваясь, не ломится ли нежить, гадая, сможет ли пробиться через эту стену, но единственным звуком было их собственное загнанное дыхание.
Во тьме все пять чувств Эшера ожили: он слышал, как бьются сердца товарищей, как вода капает с одежды. Кровью не пахло, значит, никого, к счастью, не ранило. Но вот другой запах его удивил. Вернее, отсутствие запаха.
Он ожидал, что Элетия будет вонять смертью и разложением, но пахло лишь влажным мхом. Эшер создал шар света, подняв повыше, чтобы освещал туннель… и понял, почему не было гнили. Фэйлен и Рейна тоже запустили шары, помогая ему пролить свет на происходящее.
Эшер мысленно скомандовал шару следовать за ним и подошел к одинокой фигуре, замершей в коридоре. Остальные сгрудились за ним.
– Янтарные чары… – прошептала Фэйлен.
Перед ними стоял, вернее бежал, эльф в черном доспехе и таком же плаще. Его белые волосы разметались, замерев в воздухе, вскинулся за спиной плащ, на лице было написано отчаяние. Эльф словно замерз на месте, но с таким же успехом мог и замереть в позе бегуна – ни чар, ни странной ауры вокруг него не ощущалось.
– Он пытался сбежать, – заметила Элайт.
– Не только он. – Натаниэль указал на дюжину таких же «замерзших» эльфов. Они бежали вперемешку – и светлые, и темные.
– Они стоят так уже тысячу лет… – Рейна обошла ближайшего эльфа.
Эшер вынул из ножен сильвировый меч и одним махом снес «бегуну» голову. Эльф подался вперед, сделав шаг, который не успел сделать тысячу лет назад, и повалился на пол. Голова его откатилась, кровь полилась из обрубка шеи. Значит, не заморожен он был все эти годы…
– Похоже, убить Валаниса будет легче, чем я думал, – подытожил Эшер и направился дальше по коридору, не замечая пораженных взглядов.
– Следуйте за мной. – Фэйлен обогнала его. – Эландрил был выстроен по подобию Элетии, во всех хрониках говорится, что Валанис в момент применения Янтарных чар находился в Зале Жизни. Это в центре.
Чем глубже они заходили в древний город, тем яснее становилось, что никто не скрылся от заклинания. Улицы были заполнены сотнями эльфов: одни сражались, другие пытались сбежать. Замерли, плача, потерявшиеся дети, родители съежились по углам, прижимая к себе младенцев…
Эшер осторожно обошел эльфа в белом доспехе – из его груди тысячу лет бил замерший фонтан крови, на лице застыли боль и удивление.
Отряду пришлось подняться по множеству лестниц, пройти множество башен и зданий, но все время за ними неотступно следовали некие тени. Эшер, не выпускавший их из виду, решил, что это еще одно существо, призванное охранять город, и не убирал меч в ножны.
Фэйлен налегла на створки двойных деревянных дверей, и скрип громким эхом раскатился по пустым коридорам. За дверями оказалась величественная библиотека с высокими потолками и винтовыми лестницами. Сотни полок ломились от свитков и книг, длинный деревянный стол пересекал овальный зал, оканчиваясь у противоположных дверей…
– Что с тобой? – спросил Натаниэль, заметив, как Эшер смотрит на четверых мертвых эльфов в черных доспехах. Трое лежали на столе, четвертый – на полу, рядом валялась тяжелая книга. Капли крови, падающие со стола, зависли в воздухе.
Эшер замер, не зная, что сказать.
Он уже был в этой комнате. Видел и этих эльфов, и книгу. Книга ударила эльфа по голове и отвлекла, чтобы кто-то другой смог убить…
Над дальним концом стола воздух колыхался, словно там завис шар горячего пара. Это, к счастью, сбросило оцепение с Эшера.
– Что это? – спросила Рейна.
Эшер подобрал книгу и швырнул ее в шар. Книга, попав в колеблющийся воздух, зависла. Шар исчез, но она так и осталась висеть, замершая во времени.
– Странно… – протянула Фэйлен. – Словно Янтарные чары… прохудились от времени.
Эшер вновь почувствовал, что за ним наблюдают, но, обернувшись, увидел лишь своих спутников, с любопытством смотрящих на него.
– Идем, – бросил он, отворачиваясь. В глубине души он радовался, что не нужно задерживаться в этом странно знакомом месте.
Не прошло и получаса, как Фэйлен привела их к высоким двойным дверям, украшенным изысканной резьбой: кроны двух деревьев на створках переплетались в середине. Перед дверями валялись мертвые эльфы в белых доспехах, на лицах павших навечно застыли ужас и боль, алая кровь расплескалась по стенам.
Фэйлен остановилась у двери.
– Это Зал Жизни.
Она покрепче стиснула скимитар и отворила скрипучие двери. За ними оказался величественный круглый зал с огромными колоннами, поддерживающими высокий купол. На дальнем конце комнаты, сквозь арку, способную пропустить самого высокого гиганта, виднелся балкон размеров не меньших, чем сам зал.
Приглядевшись, Эшер понял, какому именно гиганту все это предназначалось, и раскрыл рот от удивления: окаменевший дракон огромных размеров кольцами обвил зал. Его исполинская голова зависла над возвышением в центре. Вокруг возвышения замерли шестеро каменных эльфов, посохи их направлены были в пустоту.
– Гарганафан… – прошептала Рейна, со слезами глядя на дракона. Фэйлен же огромный змей не интересовал.
– Где Валанис?! – Она выбежала в центр, взволнованно вглядываясь в лица эльфов.
Эшер почувствовал, как сердце упало куда-то в желудок. Оторвав взгляд от дракона, он подошел к статуям. Шестеро эльфов явно целились во что-то на возвышении.
Или в кого-то. В эльфа, которого там больше не было.
– Он исчез… – прошептала Рейна, испуганно глядя в пространство.