Филип Квантрелл – Восхождение рейнджера (страница 23)

– Добро пожаловать в Малайсай, – обратилась к ним Богиня. – Веками мы не встречали ваших сородичей, а тут сразу пятеро в один день. Хотя… кое-кто из ваших друзей добрался до моего дворца раньше. – Жестокая улыбка выползла на лицо Богини. Она спустила с трона босые ноги и тихо, как кошка, подкралась к пленникам, обошла их со всех сторон.

– Оказалось, что у вашего вида много талантов, а еще вы такие… – Она соблазнительно скользнула кончиками пальцев по челюсти Фаллона. – …Вкусные.

Эльфы с трудом сохраняли самообладание. Никто не произнес ни слова – о чем разговаривать с людоедами и насильниками?

– Что же вы молчите, древние? Не знаете человеческого языка?

Не дождавшись ответа, Богиня отдала какой-то приказ на языке темнорожденных.

И немедленно здоровяк с маской-черепом впечатал кулак в лицо Эдерона так, что несчастный повалился как камень. Даже человеческого слуха было достаточно, чтобы услышать, как хрустнула, ломаясь, челюсть.

– Нет! – крикнула Лорвана. Стражник дернул ее за волосы.

– Так вы все же говорящие. – Богиня зажала ей рот. – Понимаю, я тоже презираю язык этих жалких существ. Но раз вы не говорите на языке темнорожденных, а я не знаю эльфийского, выбор невелик.

Адиландра сморгнула слезы, навернувшиеся на глаза при виде лежащего на полу Эдерона.

– Вы должны нас отпустить! – взмолилась она. – Наша миссия невероятно важна!

Здоровяк бросился было к ней, занес кулак, чтобы наказать пленницу, болтающую без спросу, но Богиня перехватила его руку и подошла ближе, рассматривая темно-рыжие волосы Адиландры, ее яркие зеленые глаза.

– Говоришь за всех, значит, это ты потащила своих долгожителей в мои земли? – Богиня стерла кровь с рассеченной брови Адиландры и облизнула пальцы.

– Вы должны нас отпустить…

– Зачем? – Богиня склонилась к ней. – Чтобы вы нашли драконов?

Адиландра замерла, не зная, что сказать. Но как эта женщина узнала…

Богиня неприятно рассмеялась.

– Видела бы ты свое лицо, эльфиечка. Помнишь, среди вас был… как же его звали… Толоварн?

Это имя отозвалось в сердце болью. Толоварн стал вторым пленником темнорожденных. Его продавали из клана в клан, и найти его, спасти все никак не удавалось.

Он был самым юным в отряде, Адиландра обещала его матери, что позаботится о нем. Позаботится, чтобы он вернулся живым и здоровым.

– Я поиграла с ним немного, – продолжила Богиня. – Мы знаем много эликсиров страсти и гипнотических зелий, которые даже эльфа возьмут. Как я могла отказаться от такого редкого угощения? К тому же нечасто один-единственный мужчина способен насытить меня.

Адиландре стало тошно, но Богиня не унималась.

– Когда же он мне надоел, я передала его своим палачам. Он продержался дольше, чем обычный человек, но это лишь значит, что с него пришлось срезать побольше плоти, чтобы начал выбалтывать свои секреты.

Адиландра молчала, глядя, как струйка крови бежит от Эдерона к босым ступням Богини.

– Кренорак… – позвала та. Здоровяк-темнорожденный шагнул вперед. – Покажи эльфа моему народу. Поближе.

Адиландра и остальные забились, пытаясь вырваться из хватки охранников, потому что Кренорак схватил Эдерона за горло и потащил куда-то. Движение заставило его очнуться, и по ужасу на лицах друзей он понял, что его ждет.

– Нет! Умоляю! – закричала Лорвана.

Эдерон лишь застонал, не в силах двигать сломанной челюстью. Кренорак же легко поднял его обеими руками и швырнул с балкона.

На зал опустилась тишина. Не слышно было даже, приземлился он или нет, – лететь было высоко.

Адиландра почувствовала, как слезы катятся по щекам. Слишком много эльфов погибло у нее на глазах с тех пор, как отряд вышел из Эландрила. И за каждую смерть она была в ответе. Тронный зал завертелся перед глазами, и Адиландру вырвало Богине под ноги.

– Мои предки рассказывали истории о великих небесных змеях, – спокойно продолжила Богиня, не обратив внимания ни на это, ни на убийство Эдерона, словно не было ничего естественнее. – В историях говорилось, что это ваш народ изгнал темнорожденных с Иллиана. Похоже, предки мои были слабаками.

Адиландра слышала ее, но не понимала смысла слов. Ей хотелось просто упасть и снова погрузиться во тьму, но стражник держал ее за волосы, заставляя стоять. Лорвана повисла в руках другого стражника, не мигая уставившись на перила, Фаллон же продолжал вырываться, гримаса гнева исказила его лицо.

– Не сомневайся, королева эльфов. – Богиня вернулась на трон. – Темнорожденные не слабаки. Скоро весь мир увидит, на что мы способны…

Она зло усмехнулась.

– Кренорак, ты воистину победитель эльфов. Много лун ты преследовал их и заслужил великую награду. Забирай ее. – Она кивнула на Лорвану.

– Нет! – Фаллон заметался еще сильнее. Кренорак рявкнул, и стражник врезал эльфу по затылку. Не помогло. – Я убью вас всех!

– Этот такой яростный… мне нравится. – Богиня взглянула на Фаллона словно хищная кошка. – Приготовьте его к сегодняшней ночи. И дайте эликсир посильнее, чем прошлому.

Фаллона утащили, Адиландра успела лишь заметить новую кровавую рану на его виске.

Она осталась одна среди врагов. Все расплывалось перед глазами, она едва замечала прижавшийся к горлу клинок, не поняла, как Богиня так быстро оказалась за ее спиной. Когда острый ноготь оцарапал кончик ее остроконечного уха и горячее дыхание обожгло щеку, у нее даже не хватило сил отодвинуться.

– Что же с тобой делать, эльфиечка? В моем королевстве не бывать двум королевам, но ты так долго искала драконов… – Богиня подняла ее подбородок ногтем, как кинжалом. – Почему бы не исполнить твое желание?

Глава 14. Тень во тьме

Еще день безостановочной езды, и к вечеру они перешли наконец на ровную рысь. Натаниэль запрокинул голову, подставляя лицо теплым лучам солнца. После длительного велийского шторма, приятно было путешествовать под голубым небом и пушистыми облачками.

Их поездка оказалась небогата на события: на дороге встретилось лишь несколько караванов да пара странствующих торговцев. Другие Серые плащи ворчали: им не улыбалось подчиняться Эшеру. Но Дариус Деваль держал их в узде, не желая исследовать границы терпения рейнджера: ему нужны были подчиненные с полным набором конечностей.

Натаниэль обернулся к своим спутникам. Да, Эшер совершал ужасные преступления – преступления, которые Серые плащи обязались предотвращать, но стоило рыцарю услышать о порядках в Полночи, и личная история Эшера открылась с другой стороны. Несложно представить, как аракеши промывали детям мозги, растя послушных убийц. Эшер, по крайней мере, осознанно решил уйти из аракешей и послужить людям. Хоть и не безвозмездно.

Собственный потрепанный плащ напоминал ему том, что в его работе все просто, существует лишь черное и белое. Эшер всегда был и будет аракешем, их жестокие тренировки сделали его тем, кто он есть. Каждый Серый плащ инстинктивно должен хотеть только одного: вонзить ему клинок меж ребер. Его знания о Полночи бесценны для Западного Феллиона, только поэтому он до сих пор жив.

Но чем больше Натаниэль на него смотрел, тем меньше взывали к нему собственные инстинкты.

О том, что испытывает смешанные чувства, он, конечно, молчал. Некому было рассказывать. Изгой среди своих да все время в пути – где уж тут найти друзей!

– Знаешь, – начал вдруг Эшер, подъехав ближе, – с твоими умениями необязательно таскать этот плащ. Ты и так всю жизнь в дороге, а рейнджерам платят получше.

– Быть Серым плащом – все, что я умею.

Натаниэль знал, что это в его крови. И не мог иначе.

– Я когда-то размышлял похоже.

– Что же изменилось? – спросил Натаниэль, зная, что касается личного.

– Мне отдали приказ, а я был с ним не согласен.

Ответ разжег любопытство Натаниэля еще пуще, но наседать он не стал, задумался: ведь и ему самому предстоит такой же выбор. О чем бы там Эшер ни сговорился с королем Ренгаром, лорд-маршал все равно прикажет его арестовать.

Натаниэль бросил быстрый взгляд на Деваля. Тот подозрительно уставился в ответ. Когда он отдаст приказ… какой выбор сделать?

– Мой отец тоже однажды не согласился с приказом лорда-маршала. Повинуйся он – мы бы сейчас не разговаривали.

– Где он познакомился с твоей матерью? – Эшер сразу понял, о чем речь. Натаниэль от него почему-то этого не ожидал.

– Чуть севернее, в Лонгдэйле. Его послали вычистить разбойничью банду гномов, грабящую торговцев в Железной долине. Я редко с ним виделся. Мама умерла, рожая меня, так что я рос в доме ее брата, дяди Йова. – Натаниэль взглянул на север, в сторону гряды Врост. Далекие силуэты гор почти растаяли в сумерках. За ними лежал Лонгдэйл. Что-то дядя сейчас поделывает… Натаниэль частенько о нем вспоминал. – Он хороший человек, растил меня как мог на свой скромный фермерский заработок. Отцу приказали никогда не возвращаться в наши края, да только он постоянно нарушал приказ. Навещал меня и каждый раз говорил, что вот это его задание – последнее… Однажды так и вышло.

– Я услышал о его смерти в Карате, – отозвался Эшер. – Говорили, он победил целый отряд скитальцев, напавших на Сноуфелл. Ему вроде даже памятник на главной площади поставили.

– Я его видел, – кивнул Натаниэль. Он избегал Сноуфелла как мог. Каменное изваяние отца слишком ярко напоминало о том, что забрала смерть.

Дальше они ехали в молчании. Натаниэлю ничем не хотелось больше делиться, он и так уже много лет ни с кем не говорил ни об отце, ни о детстве, а теперь вот вновь вспомнил про дядю, и в груди разлилось тепло.