Филип Киндред Дик – Вспомнить всё (страница 8)

– Ничего себе! – едва не задохнувшись от возмущения, воскликнула Джин Риган.

На том разговор и закончился.

Однако вечером, после ужина, в своем отсеке, оставшись наедине с Сэмом, Джин снова заговорила о Компанейской Конни.

– Сэм, я должна взглянуть на нее! – выпалила она.

Сэм как раз влез в оцинкованную лохань принять еженедельную ванну, так что деваться ему было некуда.

– Уж если мы о ней знаем, нужно хотя бы сыграть с кем-нибудь из оклендского флюк-бункера! Это-то нам по силам? Прошу тебя! – взмолилась Джин, крепко сцепив пальцы под подбородком и беспокойно зашагав взад-вперед, из угла в угол тесной клетушки. – Может, у Компанейской Конни найдется станция «Стандард Ойл», и аэровокзал с посадочной полосой для реактивных лайнеров, и цветной телевизор, и французский ресторан, где подают улиток по-бургундски, совсем как тот, где мы с тобой ужинали в честь свадьбы… мне очень, очень нужно взглянуть на ее диораму!

– Даже не знаю, – неуверенно промямлил Сэм. – Эта Компанейская Конни… понимаешь, что-то меня в ней настораживает.

– Да что в ней настораживать-то может?

– Не знаю, – отрезал он. – Настораживает, и все тут.

– Наверное, ты просто понимаешь, что ее диорама куда лучше нашей и сама она куда лучше Прелестницы Пат, – горько вздохнула Джин.

– Может, так все и есть, – проворчал Сэм.

– Но если ты не раскачаешься, не попробуешь выйти на связь с оклендским флюк-бункером, тебя непременно опередят те, кто смелее, амбициознее. Например, Норман Шайн. Он-то уж точно не так боязлив.

Сэм, не ответив ни слова, продолжил мытье. Руки его тряслись мелкой дрожью.

Не так давно очередной благ-курьер сбросил невдалеке от бункера снаряд с какими-то хитроумными агрегатами вроде электромеханических счетных машинок. Недели три счетные машинки, если это действительно были они, так и валялись в пыли без дела, но с утра Норману Шайну пришло в голову, к чему можно их приспособить – если не все, то хотя бы одну. Выпотрошив механизм, он отобрал самые мелкие шестерни и принялся собирать из них измельчитель мусора для кухни Прелестницы Пат.

Склонившись над моделистским верстачком, разложив перед собой набор особых крохотных инструментов, придуманных и сработанных обитателями флюк-бункера специально ради изготовления новых и новых деталей для мирков Прелестницы Пат, он с головой погрузился в работу. Настолько, что далеко не сразу заметил подошедшую вплотную, остановившуюся прямо за спиной Фрэн.

– Не сопи в затылок. На нервы действует, – буркнул Норм, подцепив щипчиками миниатюрное зубчатое колесо.

– Послушай, – заговорила Фрэн, выложив на верстак один из транзисторных радиоприемников, доставленных благ-курьером только вчера. – Есть идея. Тебя эта вещица ни на какие мысли не наводит?

– Наводит. Дистанционное отворение ворот гаража на очереди, – раздраженно откликнулся Норм и продолжил работу, умело сооружая из миниатюрных деталек измельчитель мусора под мойку для посуды на кухне Прелестницы Пат.

Такая тонкая работа требовала полной сосредоточенности.

– А вот мне она подсказывает, что где-то у нас, на Земле, наверняка есть радиостанции, передатчики, иначе благ-курьеры не возили бы нам приемники.

– И что с того? – безо всякого интереса пробормотал Норм.

– Передатчик может найтись у нашего мэра, – подсказала Фрэн. – Прямо под боком, здесь, в бункере. Если так, с Оклендом можно связаться прямо отсюда. Пускай их представители встретятся с нами на полпути… скажем, у берклийского флюк-бункера. Там можно и сыграть. И тащиться в такую даль, за пятнадцать миль, ни к чему.

Норман, прервав работу, отложил щипчики.

– Пожалуй, ты абсолютно права, – задумчиво проговорил он.

Но если у мэра бункера, Хукера Глиба, действительно есть радиопередатчик, позволит ли мэр им воспользоваться? А если позволит, то…

– Попробовать-то можно, – поторопила его Фрэн. – Попытка, как говорится, не пытка.

– О'кей, – согласился Норм, поднимаясь из-за моделистского верстака.

Невысокий, продувного вида человечек в армейском мундире, мэр пинольского флюк-бункера безмолвно выслушал Норма Шайна до конца и понимающе, с хитрецой улыбнулся.

– Разумеется, рация у меня есть. Уже десять лет как. Пятьдесят ватт на выходе. Но для чего тебе вдруг потребовалась связь с оклендским флюк-бункером?

– А это уж мое дело, – не спеша раскрывать карты, ответил Норм.

– Ладно, – согласился Хукер Глиб, задумчиво подняв взгляд к потолку, – пользуйся. С тебя пятнадцать долларов.

Пораженный таким коварным поворотом, Норм вскинул голову, поднял брови. Боже правый, это же все их с женой сбережения, и все они, до единой бумажки, необходимы для игры в Прелестницу Пат! Деньги… в них ведь и заключен весь смысл игры: без денег не определить выигравшего и проигравшего!

– Не многовато ли? – возразил он вслух.

– Ну, пускай десять, – пожав плечами, уступил мэр.

После долгого торга оба сошлись на шести долларах плюс монетка в пятьдесят центов.

– Устанавливать связь буду я: ты все равно не умеешь, – решил Хукер Глиб и принялся накручивать ручку на боковой панели питавшего рацию генератора. – Дело это небыстрое. Свяжусь с ними – дам тебе знать… но деньги вперед!

С величайшей неохотой вложив деньги в протянутую мэром ладонь, Норм отправился восвояси.

Выйти на связь с Оклендом Хукеру удалось только вечером. Изрядно гордый успехом, лучащийся самодовольством, мэр явился в жилой отсек Шайнов посреди ужина.

– Все готово, – объявил он. – Кстати, ты в курсе, что на месте Окленда не один, а целых девять флюк-бункеров? Я вот не знал. Тебе который нужен? Я достучался до какого-то, с позывным «Красная Ваниль»… а вообще народец там, как на подбор, несговорчивый, себе на уме. Насилу хоть от кого-то ответа добился.

Разом забыв о недоеденном ужине, Норм со всех ног поспешил в отсек мэра. Хукер, пыхтя, отдуваясь, засеменил следом.

И вправду, рация работала: в динамике приемника вовсю трещали помехи. Неуклюже, с опаской подсев к микрофону, Норм оглянулся на Хукера Глиба.

– Просто вот сюда говорить? – спросил он.

– Да. Просто скажи: «Говорит пинольский флюк-бункер. Прием». Повтори пару раз, а как только ответят, излагай суть дела.

Склонившись над передатчиком, мэр принялся с важной миной подкручивать ручки настроек.

– Говорит пинольский флюк-бункер. Прием, – громко сказал Норм в микрофон.

Ответ не заставил себя ждать.

– Красная Ваниль-три на связи, – отчетливо раздалось из динамика.

Голос откликнувшегося звучал холодно, жестко, поражал отчуждением… да, очевидно, насчет несговорчивости оклендцев Хукер не врал.

– Скажите, есть у вас, там, где вы находитесь, Компанейская Конни?

– Есть, – подтвердил флюкер из Окленда.

– Тогда я вызываю вас на состязание, – объявил Норм, чувствуя, как натянулись, как пульсируют от волнения жилы в горле. – У нас здесь играют в Прелестницу Пат, и мы готовы сыграть Прелестницей Пат против Компанейской Конни. Где можем встретиться?

– Прелестница Пат, стало быть, – повторил за ним оклендский флюкер. – Как же, слыхал, слыхал… Что ставить думаете?

– Среди своих мы обычно играем на бумажные деньги, – признался Норм и тут же устыдился явного убожества ответа.

– Бумажных денег у нас – хоть отбавляй, – резко, язвительно сообщил оклендский флюкер. – Ими никого не заинтересуешь. Еще предложения?

– Даже не знаю…

Вести разговор с тем, кого не видишь, оказалось неожиданно тяжело: к подобному Норм не привык.

«Разговаривать нужно лицом к лицу, глядя в глаза», – раздраженно подумал он. Происходящее казалось все более противоестественным.

– Давайте встретимся на полпути и все обсудим в подробностях, – предложил он. – К примеру, у берклийского флюк-бункера… как вам такой вариант?

– Далековато, – ответил флюкер из Окленда. – Вы что же, предлагаете весь мир Компанейской Конни туда тащить? Тяжеловат он для этого, да и в дороге с ним всякое может случиться.

– Нет, пока я предлагаю просто встретиться, ставки и правила обстоятельно обсудить, – уточнил Норм.

– Что ж, это, наверное, можно, – не без колебаний решил оклендский флюкер, – но зарубите себе на носу: для нас наша кукла, Компанейская Конни, – дело чертовски серьезное, так что подготовьтесь к переговорам как следует.

– Подготовимся, не сомневайтесь, – заверил его Норм.

Между тем мэр Хукер Глиб, все это время накручивавший ручку генератора, изрядно вспотел, побагровел от натуги и наконец зло замахал Норму рукой: закругляйся, мол, кончай треп!

– Значит, возле берклийского флюк-бункера, – подытожил Норм. – Через три дня. И присылайте лучшего игрока, хозяина самой большой, самой достоверной диорамы. Знайте: каждый из наших миров, миров Прелестницы Пат, – произведение искусства.

– Вот поглядим на них, тогда и оценим, – хмыкнул оклендский флюкер. – У нас как-никак для строительства диорам имеются и столяры, и электрики, и лепщики-штукатуры, а из ваших, держу пари, ремеслам никто не обучен.