Филип Фармер – Пробуждение каменного бога (страница 30)

Улисс покинул Великого Визиря чуть навеселе. Он оптимист, но, конечно, понимал, что Шегниф обязательно поговорит еще раз с летучими, и неизвестно, как они на него еще повлияют.

Провожавший офицер провел его вместо казармы в отдельные апартаменты. Улисс спросил, почему его отделили от остальных.

— Я не знаю, — ответил офицер. — Я получил приказ, а он гласит, что твой дом здесь.

— Я предпочел бы остаться с моими людьми.

— Не сомневаюсь, — сказал офицер, глядя на него вдоль своего неуклюжего хобота, вытянутого под углом в сорок пять градусов к плоскости лица. — Но мой приказ утверждает обратное. Однако я могу передать вашу просьбу начальству.

Апартаменты создавались для нешгаев, а не для людей. Обстановка была громадной и для него неудобной. Тем не менее, он оказался не один. К его услугам были две человекоподобные женщины.

— Я не нуждаюсь в этих рабынях, — сказал Улисс. — Я сам могу о себе позаботиться.

— Не сомневаюсь, — ответил офицер. — Я передам вашу просьбу начальству.

И на этом все кончится, подумал Улисс. Рабынь приставили ко мне не просто для комфорта. Они — шпионки.

Нешгай остановился в дверях, положив руку на круглую ручку, и сказал:

— Если вам что-либо понадобится, а эти женщины не смогут помочь, то скажите в этот ящичек на столе. Вам ответит охрана.

Он открыл дверь, отдал честь, коснувшись указательным пальцем правой руки поднятого хобота, и закрыл дверь. Громко щелкнул замок.

Улисс попросил женщин назвать свои имена. Одну звали Луша, вторую — Зеби. Обе были молоды и привлекательны, если закрыть глаза на полулысые головы и сильно выступающие подбородки. Луша была тоненькой, с маленькими грудями, но грациозной и с красивыми бедрами. Зеби была полногрудой, почти на грани полноты. Ее глаза казались ярко-зелеными, и она очень много смеялась. Она напоминала ему прошлое. Вполне возможно, что она произошла от его жены и, конечно, от него самого, так как у них было трое детей. Но сходство с Кларой наверняка было только внешним. У нее не могло сохраниться генов таких отдаленных предков.

Луша и Зеби имели густые, темные, почти курчавые, начинавшиеся на затылке волосы. Они ниспадали до талии и украшались маленькими фигурками, кольцами и несколькими яркими гребнями. Они носили серьги, их выпуклые губы были накрашены, глаза подведены голубой краской. Вокруг шеи они носили нити цветных камней, а на животе были нарисованы какие-то символы. Они, как потом выяснилось, были клеймом их хозяина, Шегнифа.

Их юбки были ярко-красными с зелеными пятиугольниками. Узкие черные полоски сбегали по обеим сторонам их ног и заканчивались кольцами вокруг лодыжек. Сандалии были золотыми.

Они проводили его в ванную, где пришлось всем троим вскарабкаться по приставной лестнице, предусмотрительно оставленной мажордомом. Улисс уселся в раковину, где нешгаи обычно мыли свои лапы, а две женщины встали по краям и устроили ему настоящую ванну.

Потом Зеби принесла заказанную еду и темный напиток — амузу, на языке аурата. Он забрался по приставной лестнице в постель и заснул в головах кровати, в то время как женщины свернулись калачиком на коврике рядом с кроватью.

Утром после завтрака он вскрыл ящичек на столе и исследовал его содержимое. В нем были плотные листочки растений, похожие на две оттиснутые круглые картонки, но остальные детали устройства были совершенно твердыми, хотя и неметаллическими. Оно казалось живым и соединялось с питающим ящиком растений с помощью трех проводников. Возможно, это были растительные питательные клетки. Управления не было. Очевидно, организм содержал какой-то биологический механизм, управлявшийся автоматически, как приемник и передатчик, скорее всего, повинуясь произнесенным командам.

После исследования устройства он решил расспросить женщин. Они, несомненно, были шпионками: но тоже могли дать ему информацию. Они отвечали довольно охотно. Да, они — рабыни и происходят от древнего рода рабов. Да, они знают о захвате врумау. Здесь есть несколько врумау. Часть их сдалась без боя, потому что им нравилось служить нешгаям. Остальные были захвачены силой после столкновения с превосходящими силами нешгаев. Потом врумау привезли или пригнали на границы нешгаи, где они со своими семьями обосновали военизированные поселения, которые защищают нешгаи от нападений с Дерева. Они свободны, но им запрещено находиться в центральных районах. У них мало контактов с рабами. Зеби не сказала прямо, но выразила идею, что между рабами и военными поселениями существует связь более тесная, чем об этом знают нешгаи.

О настроениях рабов Зеби умолчала. Наконец, до Улисса дошло, что здесь дело не в честности. Возможно, она боялась, что он доложит хозяевам или, скорее всего, что апартаменты прослушиваются. Он поискал подслушивающее устройство и ничего не обнаружил, но незнакомый с живыми приборами, он мог увидеть их и не узнать.

К тому же, Зеби могла быть не осведомлена о недовольствах среди рабов или отсутствие оных. Она могла быть слишком изолированной за стенами дворца, что, кстати, казалось мало вероятным, потому что она знала довольно много о происходящем на границе, хотя могла, конечно, и подслушать это во время разговоров своих хозяев.

Получилось, что рабы жили счастливо. Не то чтобы он вынашивал планы склонить их к революции или присоединиться к какому-нибудь существующему подполью. Он не доверял рабам, но не собирался нарушать без определенных причин сложившийся статус-кво. Его первейшей задачей сейчас было найти людей для борьбы с Деревом.

Оставалась также проблема найти постоянную супругу, которая станет другом и матерью его детей. Генетическое строение гуманоидов несколько отличалось от человеческого, но Улисс надеялся, что оно не было настолько чуждым, что они превратились в отдельный вид. Даже если у него появятся дети, он не узнает, будут ли его потомки бесплодными или нет, пока они не вырастут.

Посреди утра его вызвали в кабинет Шегнифа. Великий Визирь не стал тратить время на приветствия.

— Оба дулулика сбежали. Как птицы из клетки!

— Они, должно быть, решили, что ты поверил в мою историю, — сказал Улисс. — Они знали, что правда рано или поздно восторжествует.

В действительности он в это не верил, но решил произвести на Шегнифа впечатление.

— Ответственный за них офицер открыл дверь, чтобы войти в комнату и они вылетели через дверной проем, прежде чем он попытался остановить их. Они куда проворнее нас. Летучие пролетели в зал, который оказался достаточно просторным для их крыльев. Им повезло: зал был пуст и они протиснулись в окно, которое, к несчастью, оказалось незарешеченным. И теперь мне придется объяснять Шаузгрузу обстоятельства этого бегства.

Под Шаузгрузом подразумевался правитель, король, султан, наместник всевышнего. А дословно это значило — Длинный нос. Сейчас Шаузгрузом был Зигбруз IV, но ему не хватало двух лет до совершеннолетия, так что фактически правил Шегниф, но его в любой момент могли сместить по приказу Зигбруза. Правда, у того были веские причины не выживать Великого Визиря. Согласно Зеби, здесь и раньше происходили дворцовые перевороты, когда визири вырезали правящие фамилии и основывали собственную династию. Это случалось не часто, так как нешгаи были терпимее и менее агрессивны по сравнению с людьми, но все равно достаточно, чтобы каждый правитель дважды подумал, прежде чем смещать своего визиря. Особенно, когда племянник Шегнифа был главнокомандующим армии, а также владельцем множества ферм, рабов и торговых кораблей.

— Мотивом их бегства послужило то, — сказал Улисс, — что дулулики знали о моих намерениях. И они посчитали само собой разумеющимся, что ты согласишься с моими идеями. А это значит, они собираются напасть, прежде чем мы воплотим наши проекты в жизнь. И нападут, неважно, примешь ли ты мои предложения или нет, поскольку уверены, что так оно и будет. Значит, единственный выход предупредить их неожиданную атаку — согласиться с моими идеями.

— Не надо так уверенно, — сказал нешгай. — Думаешь, ты схватил меня за нос и можешь делать все, что тебе заблагорассудится, но ведь я мор решить иначе. Мы — древний народ и единственный народ, далеко продвинувшийся в науке и технике, и мы не станем полагаться на коротконосых фокусников, чтобы обуздать врагов.

Улисс не возражал. Шегниф был расстроен, даже испуган бегством обоих летучих и его последствиями. Он отлично знал, что ему чертовски необходимо Обещанное Улиссом, но надо было поддержать собственную репутацию, набраться храбрости и заставить человека поверить в могущество нешгаи. Он будет хвастать и заливать сколько заблагорассудится, а потом они с Улиссом обсудят, что предстоит сделать. Собственно, минут через пятнадцать так и произошло, когда у Шегнифа, наконец, иссякло дыхание и воображение.

Наступила долгая тишина. Потом Шегниф рассмеялся, поднял свой хобот так, чтобы Улисс мог в полной мере оценить его удовольствие, и произнес:

— Однако это ни в коей мере не помешает обсудить, что тебе потребуется. Собственно, существует такая вещь, как реализм. А ты вышел из народа более древнего, чем нешгаи, хотя я бы не хотел, чтобы ты говорил об этом нашим рабам или кому-нибудь из нешгаи.

Было очевидно, что Шегниф не захочет изготавливать порох, поскольку не желает, чтобы о нем знали люди, рабы и вольнонаемные.