Филип Фармер – Мир одного дня (сборник) (страница 131)

Дункана встревожило бы присутствие столь иррациональных субъектов в рядах СК, если бы он не знал покойного падре Кабтаба. Лесной священник исповедовал еще более причудливую религию, чем Клойды. Однако во всех других отношениях он действовал вполне рационально и умело.

Субботние жильцы, Шербер и Тэн, вернулись с работы в 4.30. Шербер, оглядев многочисленные светящиеся экраны, спросил:

— У вас только один канал работает?

— Да, я и его-то почти не смотрю, — сказал Дункан. Каждый из работающих экранов был подключен к одному из секретных каналов. — Я общаюсь с нашими собратьями, рассеянными по всему свету.

— Никак не могу привыкнуть к этой мысли, — потряс головой Шербер. — Мне все кажется, что сюда вот-вот ворвутся ганки.

— Все возможно, — пожал плечами Дункан. — Но если они и засекут эти передачи, то лишь по чистой случайности.

— Такая случайность тоже вероятна. Или один из тех, с кем ты говоришь, может оказаться провокатором.

Дункан не считал это таким уж вероятным. Все члены подпольных групп допрашивались под ТП до введения противоядия.

— Так вот, насчет новостей, — сказал Шербер. — Мы с Сарой-Джон прямо взбесились. В 3.30 передали, что правительство решило не объявлять результаты референдума до окончания теперешней чрезвычайной ситуации. Теперь результаты точно подтасуют!

Дункан не спрашивал, какой референдум имеет в виду Шербер. Несколько обнедель назад гражданам отдельных городов разрешили проголосовать по поводу проведения референдума по снижению надзора правительства над населением. Сторонники референдума победили с небольшим перевесом. Теперь по закону требовалось провести этот референдум в мировом масштабе. Если победят сторонники меньшего надзора, они же и будут разрабатывать детали его уменьшения. А затем их программу снова выдвинут на голосование.

Дункан знал, что если граждане и добьются победы, то небольшой. Правительство, отказываясь отключить спутниковое наблюдение, руководствуется логикой и здравым смыслом. Небесные глаза абсолютно необходимы для регулирования товарного движения, для наблюдения за погодой, для уведомления властей о несчастных случаях или преступных действиях. Все это делается для блага общества. Спутники не могут делать все это, не отмечая одновременно, чем занимается каждый гражданин, пребывающий под открытым небом.

Однако города-башни отличались от горизонтальных городов. И многие их граждане не понимали, зачем нужно просматривать каждый квадратный фут улиц в башне с помощью монитора. Возможно, это делалось для их же блага, но их это возмущало. Недовольные предлагали выключить мониторы и включать их только в случаях происшествий, преступлений или домашних свар, когда в определенный район вызываются органики или медики.

Это было бы не столь уж большой уступкой со стороны правительства. Можно ведь заявить, что мониторы не работают, а на самом деле держать их включенными. Когда комиссия горожан придет с инспекцией в органический участок, она увидит, что мониторы отключены. А как только комиссия уйдет, мониторы возобновят наблюдение.

Пока что полную нагрузку мониторов оправдывали розыски Дункана и Сник, а также недавние стихийные демонстрации и мелкие беспорядки, о которых рассказывали выпуски новостей. Оправдывали, во всяком случае, с точки зрения правительства, а именно эта точка зрения и решала все.

— Говорят, вечером будет демонстрация в разных районах города, — сказал Шербер. — К нам ближе всего Блю-Мун-плаза. Нам с Сарой-Джон хотелось бы пойти. Только вот ганки…

— …могут, чего доброго, вас забрать, — вмешалась Сник.

Клойды вошли в комнату как раз в конце разговора, и Барри сказал:

— Нам-то точно нельзя идти.

Сник взглянула на Дункана:

— А мне так надоело сидеть взаперти…

— Нет, тебе идти слишком рискованно.

— Да вы прямо телепаты, — сказала Донна, — читаете мысли друг друга. Это потому, что вы так долго были вместе?

— Во многом, особенно когда надо действовать, мы думаем одинаково, — сказала Сник. — Но частенько я не могу понять, кой черт у него на уме. Он ведет себя как экстраверт, хотя по натуре и интроверт.

Дункан пожал плечами и повернулся к экрану. Это был последний на сегодня сеанс связи. На другом конце, в Сингапуре, глава тамошних подпольщиков получит распечатку программы перемен, выдвигаемой революционерами. Самый радикальный ее пункт — требование отменить систему мира дней. Нет больше необходимости делить население на семь частей. На Земле осталось всего два миллиарда человек, а не десять, как лживо утверждает правительство. Человечеству давно пора вернуться к древнему ежедневному образу жизни. Но в манифесте говорилось также, что все хорошее в Новой Эре будет сохранено. К тому дурному, что было в прежние времена, возврата быть не должно.

Лемюэл Шербер дождался, когда Дункан выключил последний канал, и сказал:

— Нам с Сарой-Джон надо пойти за покупками. Мы ненадолго.

— Только не приближайтесь к Блю-Мун-плаза, — сказал Дункан.

— Мы и не собирались. — Шербер с женой ушли, и дверь за ними закрылась.

— А нам; пожалуй, пора назад в каменаторы, — сказала Донна. — Было бы здорово пообедать всем вместе, но кормить нас всех им не по карману. Увидимся во вторник.

Дункан не пытался удержать их, хотя ему не хватало их веселой болтовни. Он посмотрел, как они идут рука об руку по коридору, и сказал Сник:

— Демонстрацию посмотрим по телевизору. Увидим, привела наша бурная деятельность к чему-нибудь стоящему или это так, променад.

— Ты хочешь проверить, хватит ли у молодежи духу полить краской мониторы? А может, и ганков?

Субботний командир уведомил их, что несколько молодых людей похитили баллоны с краской со склада. У них только и разговору, как они зальют уличные мониторы черным аэрозолем. Пока экраны не заменят, эти мониторы будут слепы. Командир сказал, что в этой группе был член СК, он-то и подал эту идею. Юнцы горячо его поддержали, но дело может ограничиться хвастовством.

Но если они сделают, как хвалились, им, быть может, начнут подражать и другие жители Лос-Анджелеса. А молодых людей могут арестовать, и они понесут наказание. Молодежь не так задумывается о последствиях, как более старшие и консервативные люди.

В дверь позвонили. Дункан и Сник на миг замерли. Клойды остановились на пороге каменаторской. На стенных экранах по всей квартире вспыхнули оранжевые надписи: В ДВЕРЬ ЗВОНЯТ. Звонили громко, настойчиво — стало быть, это были не Шербер и Тэн, те открыли бы дверь, сунув в щель одну из карточек, дав сначала возможность тем, кто внутри, посмотреть на них по монитору. Дункан включил монитор. За дверью стояли низенький мужчина и высокая женщина, Пат и Паташон, оба в пурпурных комбинезонах с алыми полосками — униформе Санитарного департамента штата Лос-Анджелес. На погонах у них были золотые метелки — знак отличия бытового отдела. Значки в виде совков для мусора указывали, что эти двое — инспекторы.

Дункан отрывисто бросил Клойдам, повернувшим по коридору обратно:

— Давайте-ка займитесь ими. Сделайте вид, что вы — сегодняшние жильцы.

Барри посмотрел на экран над дверью.

— Какого черта им надо?

— Не знаю. Какое-то бытовое нарушение, наверно. Если только это не ганки, которые хотят проникнуть сюда и взять нас без шума.

Клойды побледнели, но Донна твердым голосом сказала:

— А если просто притвориться, что нас нет дома?

— Граждане Шербер и Тэн, — заговорила инспекторша. — Пожалуйста, впустите нас. Мы пришли проверить межтемпоральную жалобу воскресных жильцов. Нам ее оставил воскресный Органический департамент. У нас ордер на инспекцию. Вот наши удостоверения.

На экране монитора появилось изображение женщины и ее служебные данные. Это была капрал-инспектор Рани Ису Уильямс, имеющая все необходимые полномочия. Убрав с лица улыбку, она сказала с решительным и суровым видом:

— Нам известно, что вы допустили перерасход энергии и что вы сейчас дома. Откройте!

— О Господи! — сказала Донна.

Дункан тихо выругался. То, что он вел отсюда передачи, не поддавалось обнаружению, но приборы зарегистрировали расход энергии, намного превышающий среднюю величину. Обычно в таких случаях достаточно уплатить штраф по своей карточке. Вряд ли Энергетический департамент станет заявлять органикам о таком перерасходе. А вот если инспекторов не впустить, они уж обязательно доложат об этом ганкам. И те явятся с ордером на обыск или установят специальное устройство для наблюдения за этой квартирой.

Возможно, конечно, что эти двое — тоже переодетые органики. Или убийцы, посланные Дишно.

Этой вероятностью тоже не следовало пренебрегать.

Сник, не дожидаясь указаний, деактивировала все экраны, кроме телевизионных и декоративных. Дункан рявкнул:

— Донна, Барри! Ответьте кто-нибудь! Скажите, что прилегли отдохнуть. А потом впустите их!

Сник уже стояла с пистолетом у двери в каменаторскую.

— А вдруг они знают Шербера и Тэн в лицо? — сказала Донна.

— Скорей всего нет. И вряд ли будут проверять вас на этот предмет. Отвечайте!

Еще не дойдя до коридора, он услышал, как Донна говорит:

— Извините, мы тут немного вздремнули. Вчерашняя вечеринка затянулась допоздна!

Дункан ушел в каменаторскую как раз в тот момент, когда входная дверь начала отодвигаться.

Глава 15

Он спокойно активировал экран, чтобы видеть и слышать происходящее в гостиной. Уильямс говорила, что департамент вынужден был отреагировать, получив три междудневные жалобы от воскресных жильцов. Жалобы заключаются в следующем. Первое: суббота не убирает все свои вещи в персональный шкаф перед каменированием. Второе: в северо-восточном углу кухни воскресниками обнаружена грязь, оставленная субботними жильцами. Третье: в мусоропроводе обнаружен пакет с некаменированным мусором. Четвертое: суббота не сменила постельное белье. Суббота не принесла извинений в ответ на выговор, оставленный ей воскресеньем. Мало того, она ответила посланием оскорбительного и непристойного содержания, а именно: «Не пошли бы вы в задницу со своими претензиями».