Филип Дик – Золотой человек (страница 23)
– Обо всем этом. Скажем, об этом заведении. Что, если копы заявятся? Да и вообще. Азартные игры, безделье… Нет, так не годится. Подобная жизнь не по мне. Знаешь, что мне представляется? – Взгляд Ларри устремился куда-то вдаль, лицо озарилось внутренним светом, светом далекой мечты. – Небольшой домик, детка. За городом. Далеко за городом. Ферма среди бескрайних полей… может, в Канзасе, или там в Колорадо. Бревенчатая избушка. Колодец. Коровы.
Эллисон нахмурилась.
– Вот как?
– И знаешь что еще? Вот я, на заднем дворе. Вскапываю огород. Или… или даю корм курам. Ты когда-нибудь кормила кур? О-о! – Ларри, сияя от счастья, покачал головой. – Это ж так здорово, детка! И белки. Ты хоть раз в жизни, гуляя по парку, белок кормила? Серых таких, с пушистым длинным хвостом? Хвосты у них, знаешь, длинней самих белок!
Эллисон зевнула, вскочила на ноги и подхватила сумочку.
– По-моему, нам пора.
Ларри неторопливо поднялся с кресла.
– Ага. Похоже на то.
– Завтра нас ждет много дел. Нужно начать пораньше, – сказала Эллисон, пробираясь сквозь толпу к выходу. – Во-первых, нам, думаю, надо бы начать поиски…
– А фишки? – напомнил Ларри, придержав ее за локоть.
– Что?
– Фишки. Выигрыш твой. Сходи, обменяй.
– На что?
– На деньги… по-моему, так эти штуки теперь принято называть.
– Вот еще, возиться!
Эллисон свернула к грузному человеку за столом для блек-джека.
– Вот, – сказала она, вывалив фишки ему на колени. – Возьмите себе. Все, Ларри, идем!
Кеб затормозил у подъезда Ларри.
– Здесь ты и живешь? – спросила Эллисон, оглядывая дом. – Не слишком-то он современен…
– Это точно, – подтвердил Ларри. – И трубы водопроводные уже так себе, но… какая, к дьяволу, разница?
Распахнув дверцу, он опустил ногу на тротуар, но Эллисон придержала его за плечо.
– Постой, Ларри.
– Да?
– Ты ведь не забудешь про завтра?
– Про завтра?
– На завтра у нас запланировано множество дел. Будь добр, встань пораньше и приготовься к разъездам. Хорошо бы завтра же все и успеть.
Ларри душераздирающе зевнул. Час был поздний, вдоль улицы веяло холодом.
– Как насчет шести вечера? Достаточно рано на твой вкус?
– О нет. Я заеду за тобой в десять утра.
– В десять?! А как же работа? Мне в это время на работе быть нужно!
– Завтра не нужно. Завтрашний день принадлежит только нам.
– Но на какие шиши я, черт побери, буду жить, если меня…
Изящные тонкие ручки Эллисон обвили его шею.
– Не волнуйся, все будет в порядке. Вспомни: это же мой мир.
Притянув Ларри к себе, Эллисон поцеловала его. Губы ее оказались нежны и холодны. Крепко прижавшись к Ларри, девушка сомкнула веки.
Наконец Ларри отстранил ее и высвободился из объятий.
– Ладно, хватит уже.
Выйдя из машины, он поправил съехавший на сторону галстук.
– Значит, до завтра. А о своей старой работе не беспокойся. Спокойной ночи, дорогой.
Эллисон хлопнула дверцей. Кеб тронулся с места и умчался в ночную тьму. Ошеломленный, Ларри проводил его взглядом, пожал плечами и двинулся к подъезду.
В холле, на столике, его дожидалось письмо. Поднимаясь по лестнице, Ларри вскрыл конверт. Письмо оказалось с работы, из «Брей Иншуренс Компани». Графиком ежегодных двухнедельных отпусков, выделяемых каждому из работников от щедрот владельца. Когда начинаются его две недели, Ларри понял, даже не потрудившись отыскать в перечне собственную фамилию.
Ну да. Эллисон же сказала: не беспокойся…
С печальной улыбкой сунув письмо в карман пальто, Ларри отпер дверь квартиры. Стало быть, в десять утра? Ладно. По крайней мере, он успеет выспаться.
День выдался теплым и солнечным. В ожидании Эллисон Ларри Брюстер, присев на ступени, ведущие к двери подъезда, закурил и задумался.
Везет ей, конечно, дьявольски, что да, то да. Чего ни пожелает, все, можно сказать, само в руки валится, словно спелые сливы… так правда недолго поверить, будто весь мир принадлежит тебе! И пользуется она этим везением при любом удобном случае. Ну что ж, бывает. Бывают на свете такие, везучие. На каждом шагу им удача: в телевикторинах выигрывают, бумажники в придорожных канавах находят, на верную лошадь ставят… Бывает. Случается.
Но чтоб ей принадлежал весь мир?
Ларри усмехнулся. Очевидно, Эллисон верит в это всерьез. Интересно… Ладно, он подыграет ей еще чуточку: в конце концов, девчонка она ничего.
Автомобильный гудок отвлек его от размышлений, и Ларри поднял взгляд. Прямо перед ним, у обочины, остановился двухцветный кабриолет с опущенным верхом. Сидевшая за рулем Эллисон помахала рукой:
– Привет! Садись, едем!
Ларри поднялся и подошел ближе.
– Откуда у тебя такой?
Распахнув дверцу, он неторопливо опустился на сиденье.
– Машина? – Эллисон завела мотор, и кабриолет с ревом влился в поток транспорта. – Не помню. Кажется, подарил кто-то.
– Не помнишь? – Невольно подняв брови, Ларри взглянул на нее и откинулся на мягкую спинку кресла. – Итак? Что у нас первым в списке?
– Едем смотреть наш новый дом.
– Чей новый дом?
– Наш. Наш с тобой.
Ларри вжался в сиденье.
– Что? Но ты…
Эллисон, не снижая скорости, свернула вправо.
– Он замечательный, тебе непременно понравится. Вот у тебя квартира большая?
– Три комнаты.
Эллисон от души расхохоталась.
– А там одиннадцать. Три этажа. И участок пол-акра. По крайней мере, так мне было сказано.
– Так ты сама его еще не видела?