Филип Дик – Вторая модель (страница 64)

- Сколько именно и каких людей? - поинтересовался Харкаман.

Старик пожал плечами:

- Я не спрашивал. Мне забот хватало с грузом для Морглеса. Почти полную команду он набрал - офицеры, простые космонавты. Немало инженеров и техников.

- Значит, он решил использовать оборудование на борту и устроить где-то базу, - заключил кто-то.

- Если он покинул Кортану тысячу двести часов назад, то он еще в гиперпространстве, - сказал Гуат Кирби. - От Кортаны до ближайшей планеты Федерации две тысячи часов.

- А до Танит? - спросил герцог Энгус. - Я уверен, что он там. Он ожидает, что я построю второй корабль, оснащенный наподобие "Авантюры", и хочет добраться туда первым.

- Я полагал, что Танит - последнее место, куда он может податься, - заметил Харкаман, - но это меняет всю картину. Он и впрямь мог туда направиться.

- Он безумен, а вы оперируете нормальными мерками, - ответил Гуат Кирби. - Прикидываете, что и почему он может сделать. Но ты-то не псих, Отто, хотя временами я в этом сомневаюсь...

- Да, Дуннан безумен, и капитан Харкаман делает на это скидку, - сказал Ровард Грауффис. - Дуннан ненавидит нас всех. Он ненавидит его светлость. Он ненавидит лорда Лукаса и Сезара Карваля, хотя может верить, что убил обоих. Он ненавидит капитана Харкамана. Так как же ему расквитаться со всеми нами разом? Захватив Танит.

- Вы говорили, он закупает боеприпасы и вооружение?

- Верно, - подтвердил капитан грузовика. - Снаряды, патроны, ракеты для наземных зенитных систем.

- И чем расплачивался? Продавал технику?

- Нет. Платил золотом.

- Да. Лотар Фэйл выяснил, что из банков Гласпита и Дидрексбурга на счет Дуннана переведено немало золота, - сообщил Грауффис. - Видимо, при отлете он погрузил его на борт.

- Ладно, - заключил Траск. - Ни в чем нельзя быть уверенным, но есть основания полагать, что Дуннан летит на Танит, а не на какую-то другую планету Старой Федерации. Не стану оценивать наши шансы найти его там, но они явно больше, чем при поисках наугад. Туда и направимся.

Глава 7

Экран внешнего обзора, на протяжении последних трех тысяч часов остававшийся беспросветно серым, расцвел водоворотом красок, неописуемой радугой сжимающегося гиперпространственного поля. Не бывало еще, чтобы два человека видели его одинаково, и никакое воображение не могло помочь его представить. Траск обнаружил, что смотрит, затаив дыхание. Как и стоящий рядом капитан Харкаман. Очевидно, привыкнуть к этому было невозможно. Даже астрогатор Гуат Кирби глядел на экран, забыв про зажатую в зубах трубку.

Потом экран мгновенно заполнила драгоценная пыль звезд на черном бархате нормального пространства. В самом центре горела желтым огнем звездочка поярче - звезда Эртадо, солнце Танит. До нее оставалось десять световых часов.

- Очень неплохо, Гуат, - откомментировал Харкаман, подхватывая кофейную кружку.

- Неплохо? Геенна, да это превосходно, - возмутился кто-то.

Кирби раскурил погасшую трубку.

- Ну, наверное, сойдет, - выдавил он через мундштук. Этого лохматого старика ничто на свете не могло удовлетворить полностью. - Можно было и поближе. Атак нам потребуется три микропрыжка, и последний - довольно рискованный. Так что не отвлекайте меня. - Он принялся подкручивать верньеры и указатели.

На мгновение Траску показалось, что с экрана на него смотрит Андрей Дуннан. Он сморгнул галлюцинацию, потянулся за сигаретами, засунул одну не тем концом в рот, перевернул и щелкнул зажигалкой. Пальцы его дрожали. Отто Харкаман тоже это заметил.

- Спокойно, Лукас, - прошептал он. - Сбавь оптимизм. Мы только надеемся, что он здесь.

- А я уверен. Он должен быть здесь.

Нет. Так мог бы сказать сам Дуннан. Останемся в здравом рассудке.

- Мы не можем думать иначе. Если мы приготовимся, а его не окажется - это разочарование. Если он здесь, а мы не готовы - это катастрофа.

Видимо, не он один так думал - пульт боевого управления сиял алыми огнями полной готовности.

- Ладно, - пробормотал Кирби. - Прыгаем!

Он повернул красный рычаг и резко дернул на себя. Снова экран вскипел красками, снова корабль вздрогнул под напором могучих и недобрых сил, подобных вызванных чародеем демонам. Потом экраны посерели, глянув в лишенное даже измерений ничто, опять плеснули радугой, и в самом центре, как и прежде, вспыхнула звезда Эртадо - диск размером с монетку, окруженный хороводом из семи ярких точек-планет. Танит была третьей, как это обычно для обитаемого мира в системе звезды класса G. Единственную луну - пятьсот миль в поперечнике, пятьдесят тысяч от поверхности - с трудом можно было разглядеть в телескоп.

- Знаете, не так и плохо, - опасливо признался Кирби. - Может, в один микропрыжок вложимся.

Когда-нибудь, решил Траск, он тоже сумеет помечать приставкой "микро" прыжок в пятьдесят пять миллионов миль.

- Как ты считаешь, - спросил Харкаман вежливо, словно спрашивал совета у опытного товарища, а не экзаменовал ученика, - где Гуату лучше нас выбросить?

- Как можно ближе, конечно.

Это значит, самое малое в одной световой секунде; если "Немезида" попытается выйти из гиперпространства ближе двухсот тысяч миль от планеты такого размера, само поле отшвырнет ее назад.

- Разумно будет считать, что Дуннан обогнал нас часов на девятьсот. За это время он мог установить на луне локаторную станцию и, возможно, ракеты. На "Авантюре", как и на "Немезиде", четыре пинаса; два я бы на его месте оставил на орбитальном дежурстве. Так что давайте предполагать, что нас засекут, как только мы вывалимся в пространство. Лучше выйти так, чтобы луна оказалась между нами и планетой. Если нас там ждут, мы разделаемся со сторожами на подлете к Танит.

- Многие капитаны вышли бы, прикрываясь планетой от луны, - заметил Харкаман.

- Ты тоже?

- Нет. - Харкаман встряхнул гривой. - Если у них на луне ракеты, они могут обстрелять нас вслепую, наводя по ретранслированным данным, а мы не сумеем ответить. Лучше напрямую. Гуат, ты слышал?

- Слышал. Разумно. Чуть-чуть. А теперь кончайте меня нервировать. Шарль, погляди-ка.

Гуат посовещался немного с астрогатором-нормальщиком и боцманом Каффардом. Наконец он положил руку на красный рычаг, повернул его и со словами "Ладно, поехали" дернул на себя.

- Кажется, я переборщил, - пожаловался он. - Думаю, нас откинет на полмиллиона миль.

Экран озарился радужной вспышкой. Когда он очистился, в середине его сияла планета. Маленькая луна плыла чуть выше и правее, озаренная солнечным светом - прямым с одной стороны и отраженным с другой. Кирби поставил красный рычаг на предохранитель, собрал с пульта кисет, зажигалку и прочие мелочи и захлопнул крышку.

- Теперь твоя работа, Шарль, - сказал он Реннеру.

- Восемь часов до входа в атмосферу, - сообщил Реннер. - Если, конечно, не задержимся, расстреливая малышку.

Ван Ларч глянул на спутник через экран с шестисоткратным увеличением.

- Да что там расстреливать? - фыркнул он. - Четыре-пять термоядерных или один планетолом.

Это нечестно, возмущался про себя Траск. Несколько минут назад до Танит оставалось шесть с половиной миллиардов миль. Несколько секунд назад - пятьдесят с чем-то миллионов. А теперь они восемь часов будут тащиться последние четверть миллиона миль, когда до планеты, кажется, рукой подать. Да на гиперприводе за это время можно пролететь восемь световых лет.

Что ж, и в наше время человеку, чтобы пересечь комнату, нужно столько же времени, что и первому из фараонов. Или первому из людей, если уж на то пошло.

Танит на экране выглядела как любая другая террестроидная планета при взгляде из космоса - смазанные облаками контуры морей и материков, смутные пятна серого, зеленого и бурого, увенчанные белизной полярных шапок. Деталей поверхности, будь то горы или реки, различить пока не удавалось, но Харкаман, Реннер, Каффард и прочие, побывавшие в системе Эртадо, уже указывали знакомые места. Каффард поговорил по интеркому с Полем Коревым, главным радарщиком; тот сообщил, что луна чиста и планета не излучает ничего, что проходило бы через пояса Ван Аллена. [Пояса Ван Аллена - зона заряженных частиц, окружающая планету. Возникновение ее обусловлено взаимодействием космических лучей и солнечного ветра с магнитным полем планеты.]

"Может, мы ошиблись, - подумал Траск. - Может, Дуннана здесь нет?"

Харкаман, обладавший сверхъестественной способностью засыпать в любой обстановке и просыпаться при малейшей тревоге, откинулся в кресле и закрыл глаза. Траск молча ему позавидовал. Прежде чем что-то случится, пройдет несколько часов, и перед этим нужно хорошо отдохнуть. Он пил кофе, курил сигареты одну за другой, расхаживал по рубке, поглядывая на экраны. Радарщики и локаторщики выдавали массу рутинных замеров: плотность поясов Ван Аллена, количество микрометеоритов, напряженность поля тяготения, температура на поверхности Танит, показания сканеров. Лукас уселся в свое кресло и уставился на экран. Казалось, что планета не приближается, хотя они летели к ней на скорости куда больше второй космической. Он сидел и смотрел...

Проснулся он внезапно. Планета выросла на пол-экрана, уже видны были реки и горные хребты. В северном полушарии, вероятно, стояла осень; до шестидесятой параллели лежал снег, южнее зелень уступала бурому потоку. Харкаман в своем кресле пережевывал ленч. Прошло четыре часа.