Фейт Сондеро – Утро (страница 2)

Утро выдалось свежим, умытым ночным дождем. В кухне суетилась прислуга. Лидии подали горячий чай, предложили булочку, но аппетита не было, и девушка отказалась. Вскоре к ней присоединился Марини, пожалуй, единственный человек, просыпавшийся раньше Ники, раз успевал к ним на завтрак. Брат тихо расспросил о Тео, но Лидия просто ответила, что еще не разговаривала с ним после ужина. Генри быстро отстал.

Вчетвером отправились в контору: теперь кто-то из дядюшек всегда их сопровождал. Сегодня очередь Логрена. Обычный день, полный забот с единственным отличием: сегодня будет демонстрация уже отшитых изделий. Николь едва могла усидеть на месте и щебетала без умолку. Генри не уступал невесте в болтливости, и Лидия тихо улыбнулась про себя: эти двое нашли друг друга, никто другой бы не выдержал такого количества разговоров.

У конторы Марини ее растолкал. Рыжая и сама не заметила, как задремала. Она ощутила ужасную усталость, будто и не спала ночью. Решила, что ей просто нужно время, чтобы проснуться. Однако кипа бумаг на столе совсем не бодрила. Пригласила к себе Смита, чтобы за разговорами взбодриться. Управляющий тепло ее поприветствовал и присел в любимое кресло напротив Лидии. Новости были не утешительными: Гильдия существенно снизила цены на свой табак и специи, так что желающих попробовать новый сорт табака и острейшего перца из-за моря было немного. Неужели Тео напрасно рисковал жизнью? Лидию это разозлило.

– Снизим цены на новые товары. Да, пока придется торговать в убыток, но это поможет нам привлечь покупателей. На какое-то время нам хватит наших накоплений, а когда оценят табак по достоинству начнем повышать цены. – Управляющий согласился, хоть и глядел на нее с сожалением. Ему тоже было обидно вот так отдавать хороший товар за бесценок.

Когда они рассказали о проблеме Марини, тот тоже согласился, что первое время придется работать в убыток. И тоже с сожалением. Теперь Марини воспринимал дела Д’Феррасов ближе к сердцу, и Лидия не могла точно ответить из-за чего: из-за фамилии избранницы или же потому, что делец вложил часть своих средств в развитие компании. Посовещавшись решили, что домашние тоже должны знать об их решении и главным образом Тео. Они не сомневались в том, что парень примет эту новость спокойно, но поступать так за спиной не хотелось. Все же семейные связи усложняют ведение дел.

После полудня отправились в швейную мастерскую. Не без гордости сама Джейн вынесла молодым людям не меньше десятка различных моделей сорочек и несколько мужских рубашек. Были среди образцов и две черные. Тонкий хлопок с добавлением шелка был очень мягким на ощупь. Глубокий черный цвет выглядел невероятно богато. Белые кружева воротничков и жабо выглядели воздушными. Эти рубашки будут стоить целое состояние каждая! Все остались крайне довольными исполнением и качеством материалов, вещи выглядели прекрасно.

Когда они вернулись в контору посыльный привез перчатки. Николь тут же вручила сестра заказанную давно уже восхитительную сапфирово-синюю пару. Лидия дрожащими пальцами развернула оберточную ткань. На глаза навернулись слезы от одного взгляда на прекрасные камни, украшавшие кончики пальцев.

– Примерь! – Не вытерпела сестра. Лидия не хотя надела одну перчатку, та оказалась ей великовата, что расстроило сестру.

– Она исхудала, милая. – Поспешил утешить невесту Марини. Лидия печально кивнула. Она ведь не слепая! И Тео вчера глядел на нее с жалостью. Не нужна ей ничья жалость! Сердито стянула роскошную перчатку с руки и поспешила убрать в коробочку.

– Не верну! – Заявила Лидия, сверкнув наглой улыбкой. Сестра рассмеялась, заверив, что не посмеет отбирать подарок.

К вечеру в контору пожаловали Джек с Тео. Оба зашли к Лидии. Девушка выглядела уставшей и невероятно маленькой на фоне огромного стола и кресла. Смит прервал их беседу, прося Джека подойти на минуту.

Оставшись вдвоем, молодые люди растеряно смотрели друг на друга. Лидия не могла не думать о том, что именно здесь изменила мужу. Тео же вспоминал совсем другие моменты.

– Поедем домой, Лили? – Предложил синеглазый просто. Лидия откинула на спинку кресла, ощущая все ту же усталость, что и утром. – Ты скверно выглядишь, не заболела?

– Чувствую себя так же. – Мягко улыбнулась она, не желая, впрочем, жаловаться. Тео поднялся из кресла и подошел к ней, предложив руку. Девушка удивленно наблюдала за его перемещениями, но тоже поднялась с места и взяла его под руку. Из кабинета вышли все так же, под руку.

Джек, Ники и Марини едва шеи не посворачивали, наблюдая за странной парочкой.

Домой приехали вдвоем. Остальные изъявили желание еще ненадолго остаться в конторе. Большого семейного ужина сегодня не предвиделось, поэтому и ужинать сели вместе прямо в кухне. Аппетит к ней так и не пришел, но рыжая заставляла себя есть.

– Кажется, ты плохо питаешься. – Они сидели друг напротив друга и ели в тишине. Видимо, Тео это не понравилось.

– Ты совсем не злишься на меня? – Казалось, кусок встанет поперек горла, если она не поговорит с ним обо всем. Тео отложил приборы и не спеша отпил из бокала.

– Я злился на тебя. Даже не представляешь, как. – Она напряженно слушала его, а Тео все больше поражался, какие огромные у нее глаза. – Думал, прибью тебя, едва увижу.

– И что изменилось? – Запнувшись, спросила девушка. Тео пожал плечами. – Я так жалко выгляжу? – Первая слеза бросилась вниз и упала на столешницу у самой ее руки.

– Ты будто таешь у меня на глазах, Лидия, и я боюсь тебя потерять. – Пронзительная синь притягивала взгляд, ей казалось, что не спрятаться никуда от этих глаз.

– Тео, мне кажется, я умираю. – Сказала и сердце провалилось в пустоту. Она уже несколько недель думает об этом, но только сказав вслух, испугалась.

– У тебя что-то болит? – Встрепенулся парень. Рыжая медленно покачала головой, все больше теряясь под его обеспокоенным взглядом. Он протянул к ней руки, взял ее ладони в свои и слегка сжал.

– Я не знаю, как это объяснить. – Слезы бежали по худощавому лицу. Бледные губы были приоткрыты. Ресницы дрожали.

– Мы едем к Филлипу. – Вскочил он с места, утягивая ее за собой. Все так же держа ее за руку, вывел на улицу и поймал возницу. Весь путь они держались за руки, но не проронили ни слова, оба слишком испуганные, чтобы даже думать о чем-то.

Брат удивился, увидев своих посетителей вместе, тем более держащимися за руки. Он внимательно выслушал сестру, а затем попросил Тео выйти. Ее худоба давно начала смущать Фила, но он не решался приставать к ней с расспросами, уверенный, что дело в тоске. И если недавно ее похудение можно было списать на переживания, то сейчас перед ним стояла совершенно точно больная девушка. Ребра легко просматривались даже над грудью, от которой тоже мало что осталось. Ноги и руки состояли из дряблой кожи и костей. Спина выглядела так же страшно. Брат послушал ее дыхание, сердцебиение, осмотрел ее язык и глаза. Никаких внешних признаков болезни, кроме пугающей худобы. Синюшные вены проглядывали под серой кожей. Руки и ноги холодные. Поэтому она постоянно кутается в шаль! Ему давно следовало обратить на нее внимание!

Филипп обещал подумать и попросил немного времени. Видя его беспокойство, посетители вовсе расстроились. В экипаже Лидия отвернулась к окну и тихо плакала. Тео не выдержал и сгреб ее в объятия. Девушка уткнулась ему в плечо и снова тихо плакала. Она шепотом попросила никому ничего не рассказывать, когда они подъехали к дому. Тео не хотя пообещал молчать.

Первая волна печали схлынула ночью. И Тео ощутил гнев. Что с ней стало? Это вина Роджера? Хотелось убить проклятого предателя. Лидии тоже не спалось. Она прислушивалась к своему телу. Казалось, оно ее предало. Сначала ей разбили сердце, а теперь… Будто жизнь покидает ее. До боли хотелось увидеть Лео. Лишь мгновение, но оно бы спасло ее! Где его искать? Как он сумел уйти? Как может теперь жить без нее? Она видела в нем такую же безумную любовь, но как же он ушел? Заскулила в подушку, стесняясь стенать в открытую.

Едва открыв глаза утром, увидела сидящего рядом Тео. Он с нежностью смотрел на нее. Лидия села.

Его теплая ладонь нежно коснулась ее щеки. Девушка непонимающе смотрела на него, но страшно ей не было. А в следующий миг он схватил ее за подбородок и повернул к себе, его жадные губы больно впились в ее. Девушка пыталась оттолкнуть его от себя, но ее попытки выглядели жалко и ощущались такими же слабыми. Она исхитрилась укусить его за губу, Тео отпрял, но Лидия и рта раскрыть не успела, как он повалил ее на постель и прижал ее тонкие руки к подушке. Запрыгнул сверху и снова принялся целовать. Рыжая слабо билась и пыталась кричать, но не получалось, его язык будто полностью занял ей рот. Она начала задыхаться от этого дикого поцелуя. Мычала и пыталась вертеть головой, но силы быстро покидали рыжую. Еще пара минут бесплодной борьбы и она уже не могла пошевелиться, а вот Тео мог… Он не спеша, видя, что жертва уже не может сопротивляться, задрал подол ее ночной рубашки, раздвинул ее ноги и плавно начал входить в нее. Смочил пальцы слюной и увлажнил ее между ног. Лидия не могла поверить в то, что это происходит на самом деле. Она начала задыхаться от ужаса. Тео же воспринял ее всхлипы за попытки кричать и снова впился в ее рот безжалостным поцелуем. Он двигался в ней будто бы целую вечность, когда же закончил, поднялся довольный и потянулся. Девушка села в постели, натянув простыни по самый подбородок. Ее оглушило все произошедшее. Она смотрела на него снизу-вверх, на его широкие плечи и сильные руки, тронутые легким загаром, который плохо приставал к белой коже. На его мускулистые бедра и длинные ноги. Неужели это Тео сделал? Девушка даже и не плакала, так и сидя в постели. Она на ощупь провела самыми кончиками пальцев по лицу. Вздрогнула, ощутив влагу на щеках. Слезы. Внизу живота болело. Зажала нос пальцами, а ладонь прижала ко рту, чтобы не закричать.