Фейт Сондеро – Грани (страница 19)

– Когда-нибудь я покажу тебе, как я умею убивать. Может, хоть тогда ты возненавидишь меня. – Девушка обернулась: Ле́о лежал на боку, подперев голову локтем, и улыбался. Как же он был красив! Как ему шла это очаровательная, немного детская улыбка! Растрепанные волосы и блестящие глаза – сейчас он был похож не на бога, а на ангела…

– Проснулся уже? А я тут рассказывал Ли, как ты решил нашу проблему… Ты много услышал?

– Все. – Друзья засмеялись. – Вы даже не представляете, как я рад, что расквитался с ними. Теперь все будет по-другому. Вчера я кое-что понял. – Джек и Лилит заинтересованно смотрели на Ро́джера.

– Во-первых, я никуда не отпущу Лилит; во-вторых, Джек был прав вчера. – Ле́о лег на спину, потянулся. – Как только мы окажемся в Порту, я найду какой-нибудь скромный домик, и тебя начнут учить защищаться. – Глаза Лил засияли.

– Ты хочешь сказать, что Джек будет учить меня? – Ее голос дрожал от радости.

– Угу. – Роджер снова отвернулся и затих через полминуты, а Джек с Лилит так и смотрели на обнаженную белую спину.

– Ты слышал это?! – Счастье переполняло рыжеволосую изнутри, – А он снова уснул? – Изумилась она.

– Похоже, да, – засмеялся Джек, – что ж… Учти, я буду очень стараться.

Глава 7. Учитель

Через полтора дня, как и было обещано, «Смерть» вошла в Порт Роял. День клонился ко сну, солнце сдавало позиции, но до того момента, когда тьма затопит улицы, оставалось еще несколько часов. «Пиратское гнездо», так называли порт королевские морские военные, встретило фрегат множеством звуков, цветов, запахов, лиц, накрыв прибывших с головой своей пестротой и хаосом. Было довольно жарко, ветер хоть немного лениво, но все же обдувал людей, спасая от солнца. Страшно представить, что было тут в полдень – наверняка, ужасно жарко.

Лилит была поражена: все вокруг беспрерывно двигалось, кричало, стучало, мелькали пронырливые торговцы и носильщики, корабли поражали своими орудиями, величием, красотой, а еще говором и бранью. Ругань слышалась отовсюду, кто-то кого-то обзывал, кто-то зазывал, кто-то выгонял… Тут можно было и оглохнуть.

Девушке стало даже страшно, она почувствовала себя истинной аристократкой, хотя ей это было и неприятно. Инстинктивно взяв руку Ро́джера, Лилит поспешила прибавить шагу: она боялась потеряться в этой безумной толчее. Оглянувшись, она заметила, что вокруг них с Роджером идут Джек, Ловалонга, Логрен, Стерт и еще кто-то из матросов «Смерти», образуя довольно плотное кольцо. Роджер шел быстро и уверенно, не отвлекаясь на многочисленные оклики.

– Господин! Роджер! Роджер! Пройдите в мою лавку! – слышалось со всех сторон, когда они проходили мимо небольшого рынка. Его имя повторялось бесчисленное количество раз, словно только он и был единственным прибывшим.

Так же Лилит пугали косые, иногда даже откровенно пожирающие взгляды, ее рассматривали, словно она было аномалией природы, как двуглавый теленок, например. Ее смущало это разглядывание: ее платье было в крови, волосы не вымыты, хоть и собраны в элегантную прическу. Да, когда на тебя в открытую пялятся, неприятно в любом случае. Тем более, когда это делают сомнительной репутации люди.

Роджер был раздражен, он замечал, как все смотрят на Лил, чувствовал, как она нервничает…, было жарко, а он этого не любил. Крики… Как же это раздражало: все зовут тебя, предлагают что-то, ругают, проклинают – в результате эти слова смешиваются в ужасающий гам, и он оглушает тебя. Они отвлекают, твоя реакция замедляется… Ты хуже соображаешь, ты менее внимательный, а значит, более уязвимый.

Тара, как всегда, шла навстречу Роджеру: женщина знала, что он прибыл в Порт, она соскучилась, поэтому неслась сюда, как безумная. Черные глаза сияли, но вот цыганка заметила рядом с Роджером какую-то рыжеволосую девицу, едва достававшую ему до плеча, та крепко вцепилась в его руку. Их сопровождали ребята Ро́джера. Сердце обожглось об раскаленные угли ревности. Вот и радости как ни бывало. Улыбка слетела с лица, как ненужный аксессуар.

Роджер тоже заметил подругу. Он знал, что Тара придет встретить его. Но надеялся, что цыганка не устроит скандал, только вот надежда умирала буквально на глазах.

Джек занервничал: приближалась Тара, она уже заметила Лилит, и неизвестно, что взбредёт бандерше в голову…

Логрен ускорил шаг, обогнал Ро́джера и Лил, отделился от кольца, едва не побежал к Таре.

– Здравствуй, – Мужчина обнял цыганку за плечи, – Что с тобой? Не рада видеть нас живыми и здоровыми? – Тара улыбнулась Логу.

– И тебе здравствуй. – Ее приятный, бархатистый голос не выдавал эмоций. – Как поживают ваши карманы? – женщина перестала, наконец, смотреть на Лилит, все расслабились.

– Идем, ты сама проверишь это. – Логрен обнял цыганку за плечи, после нескольких мгновений та подчинилась. Вскоре они скрылись из виду.

Роджеру стало легче: от выяснений отношений с Тарой он спасен, хоть и ненадолго, зато хоть не на глазах у Лилит и членов команды…

– Куда мы идем? – Роджер крепче сжал руку рыжеволосой.

– Пока я не нашел дом, поживем в таверне.

– Кто была эта женщина? – «Ох…»

– Это Тара, она бандерша, – Ле́о понял, что бывшая аристократка не поняла, что подразумевает слово «бандерша», – владелица борделя. – пояснил он. – Моя давняя знакомая. – услышав это, Лилит хитренько усмехнулась.

– Твоя любовница… Красивая. – Рыжеволосая испытывающее посмотрела на пирата.

– Она не в восторге… – тихо проворчал Родж.

– Если бы она умела сжигать взглядом, от меня остался бы только прах… – Пират засмеялся.

– Ну это да… – Он мягко улыбнулся. – Не обращай внимания. Она скоро успокоится.

– А Логрен молодец, что увел ее. – Пират кивнул.

– Это точно. – Он оглянулся. Да, порт был по-прежнему прекрасен. – Не нервничай. Это только кажется, что это место ад на земле. Порт – одно из интереснейших явлений на всем белом свете. Я может и не очень много повидал, но из тех, что видел – тут веселее всего.

– Для пирата… – Добавила девушка, он кивнул.

– Ну да… – лукаво улыбнулся мужчина. – Завтра я покажу тебе не только это безобразие, а красоту всего острова. – Он мечтательно задумался, – Ты даже не представляешь, какие тут леса и озера… – помолчал. – А корабли! – Вновь оживился Роджер. – Здесь продают лучшие корабли и очень недурное оружие… Хотя ты этим не интересуешься. – Добавил он с сожалением, – В любом случае, здесь каждый найдет, чем восхищаться и за что полюбить это проклятое местечко…

– Ты любишь этот ад во плоти.

– Еще как: моя молодость как-никак.

– Ты и сейчас молод.

– Сейчас я стар: я попробовал тут едва ли не все, что только можно было, я излазал все окрестные и отдаленные территории, перезнакомился со всеми красавицами, великими и не очень великими людьми тут… Я стар, Лил. – Девушка смеялась.

– А я, получается, младенец: это новый мир для меня, со своими законами и правилами.

– Я покажу тебе все, что ты захочешь. – Сколько энтузиазма было в пронзительно-синих глазах! – Но не сегодня. Мы подыщем сначала пристанище. – Хитрый взгляд скользнул по плечам девушки, а потом пониже… – И одежду для тебя. – Добавил он.

– Есть, капитан. – Они улыбнулись.

Помывшись, приведя себя, наконец, в порядок, Лилит довольная сидела на огромной кровати в гостинице. Роджер ушел по делам, как он сказал, и пообещал скоро прийти.

Наслаждаясь спокойствием уютной, хоть и довольно скромной спальни, девушка отбросила все мысли о туманном будущем и прошлом, так же скрытым в тумане времени. Вот она и уснула.

Роджер вошел в комнату, увидел полуобнаженную возлюбленную, лежащую на постели. Тонкие кружева нижнего платья не скрывали, а только подчеркивали прелести девушки. Ее лицо было безмятежно. Он наслаждался ей: каждая черточка обожаемого лица, тела была знакома ему, но он вновь и вновь упивался этой красотой. Медные волосы царственно лежали на подушке, вокруг головы, руки необъяснимо элегантно и очаровательно покоились одна на животе, другая – на постели.

Мужчина лег рядом с ней, повернулся на бок и все смотрел, смотрел на своего спящего ангела…

– Ле́о, давно ты тут? – спросила она, проснувшись.

– Нет, совсем недолго… Какая ты у меня красавица, – он поцеловал ее. Девушка обняла его, притянула к себе…

Одежда, не в силах сопротивляться ловким, отработанным движениям Ро́джера, быстро обнажала молодое, прекрасное тело девушки. Каждое его прикосновение отзывалось в ней, каждый поцелуй обжигал кожу и заставлял трепетать. Послышался едва слышный стон… его сильные, властные руки, жадные губы и неутолимое желание доставляли неповторимое наслаждение, сладкую муку, он делал с ней все, что только хотел, но он в любом случае делал ей приятно… Стоны сменились криками, почти мольбами. Они были в сладком аду. Это могло продолжаться вечность, и они бы не отказались от этого, но все же они были людьми и их тела, изнеможенные этим безумством, были высушены, выпиты до дна страстью.

Снова внизу живота болело. Это вошло в привычку – терпеть боль.

Они нежились в постели, Роджер блаженно раскинулся на огромной кровати. Сейчас он был измотан и доволен. Сейчас ему было плевать на дома, корабли, на Порт, на весь белый свет. Сейчас он лежал в постели с той, о которой мечтал, которой бредил, которую почти ненавидел. И вот она лежит рядом! Она кричала, стонала, она целовала его! Его мечты, желания осуществились, он только сейчас понял это. Только сейчас дал себе волю: ни экипаж, ни море – ни что не угрожало ей.