Фэя Моран – Плохиш и красотка (страница 15)
— Я просто хочу быть твоим, — признался я, глядя прямо в ее зеленые глаза. — Хочу, чтобы ты смотрела на меня своим командирским взглядом и говорила, что мне делать. Прикажи мне встать на колени прямо здесь, на этот липкий линолеум, и я с радостью угроблю брюки, лишь бы тебе угодить. Прикажи мне убить кого-нибудь, кто тебе не нравится. Скажи мне умолять тебя о поцелуе, и я буду умолять.
Она зажмурилась и с трудом сглотнула.
— Ты пересмотрел порно, — хрипло выдавила она, открыв глаза. В них смешались паника, искреннее желание и привычная бронебойная язвительность. — Я менеджер супермаркета, а не госпожа с хлыстом.
— Можешь относиться ко мне как к банке элитной итальянской фасоли. Указывай, на какую полку мне встать. — Я обожающе улыбнулся, скользнув взглядом по ее губам. — Мне плевать на власть, когда я рядом с тобой. Я хочу принадлежать тебе. Со всеми своими деньгами, пистолетами и заложниками.
Тиган тяжело задышала. Было видно, как внутри нее идет борьба между тем, чтобы вцепиться в мои волосы и притянуть к себе, и тем, чтобы окатить меня кипятком из чайника.
— Хорошо. Тогда вот тебе мой первый приказ. — Она ткнула пальцем с коротко остриженным ногтем мне в грудь. — Отлепись от меня, разворачивайся на сто восемьдесят градусов и выметайся из моей подсобки. И чтобы до конца смены я не видела твою физиономию в моем магазине. Я ясно выражаюсь?
Я накрыл ее ладонь своей, прижал к своему сердцу и, не сводя с нее глаз, мягко поцеловал кончики ее пальцев.
— Более чем, госпожа, — прошептал я, наслаждаясь тем, как она вздрогнула от прикосновения моих губ. — Твои желания для меня закон. Я ухожу.
Я отпустил ее руку, встал, поправил пиджак и пошел к выходу. Но уже взявшись за ручку двери, обернулся, глядя на девушку своей мечты.
— Но в восемь утра моя смена подчинения продолжится на парковке, — нежно добавил я. — И я привезу нормальный кофе и горячий завтрак. Попробуй только сбежать через черный ход, Конфетка. Я все равно тебя найду.
Развернувшись, я зашагал по проходам «Cherry Valley», залитым светом ламп. Брайан — тощий стажер с прыщами на лбу — замер возле пирамиды из туалетной бумаги, провожая меня любопытным взглядом. Вероятно, мой костюм за пять тысяч долларов и охрана, дежурящая снаружи, не слишком вписывались в интерьер бруклинского супермаркета.
Слово «госпожа» все еще горело на моем языке, отдаваясь сладкой пульсацией глубоко внутри.
Мне нравилось в этой девушке все. То, как она яростно защищала свою территорию. Как не велась на мои деньги и статус. Как ее глаза темнели, когда я подходил слишком близко, выдавая, что за этой броней из сарказма и усталости скрывается огонь, который я так отчаянно хотел разжечь.
Я сел на заднее сиденье тонированного «Майбаха», припаркованного у входа. Мой водитель вопросительно посмотрел на меня в зеркало заднего вида.
— Марко, — откинувшись на кожаный подголовник, сказал я и расслабил узел шелкового галстука, — найди мне самую лучшую пекарню в этом районе, которая открывается в шесть утра. Нам нужны горячие сэндвичи и хороший кофе на цельном молоке.
Водитель кивнул.
— Как скажете, босс.
Я прикрыл глаза, вдыхая запах дорогой кожи в салоне, но мысленно все еще чувствовал аромат яблочного шампуня.
Пусть она сопротивляется. Пусть шипит, угрожает канцелярским ножом и пытается меня прогнать. Я готов скупить весь этот супермаркет, весь этот район, весь Бруклин, лишь бы каждое утро видеть, как она выходит ко мне после смены. Я отдам ей все. И буду всегда ждать того дня, когда она велит мне ползать у ее ног.
Оставалось тринадцать часов до конца ее смены. Достаточно времени, чтобы подготовить идеальный завтрак и морально настроиться на то, чтобы с блеском выполнить любой ее приказ.
Но сначала нужно заехать к Дэвлину за жилеткой стажера, который я просил у него достать.
* * *
Едва я переступил порог квартиры Сирши, увернувшись от пролетевшей мимо мягкой игрушки, как мне в ногу врезалось что-то мелкое и очень решительное.
— Дядя Дино! — завопила Ифа, вцепившись в мои идеально отутюженные брюки липкими от кленового сиропа ручками.
— О, Господи, мои бедные штаны! — трагично вздохнул я, подхватывая девочку подмышки и поднимая в воздух. — Привет, гномик. Мимо… Я же учил тебя: если хочешь устранить цель, бей по коленям. А ты бьешь в голень. Это непрофессионально.
— Дино Скальоне, если ты сейчас же не перестанешь учить мою дочь этим грязным приемчикам, я выгоню тебя на улицу, — раздался с кухни грозный голос Сирши.
Она появилась в дверях — растрепанная, в переднике поверх домашнего платья, с кухонной лопаткой в руке. За ее спиной появился Лука и засиял от улыбки при виде меня.
— Сирша, свет моих очей, ты разбиваешь мне сердце! — Я прижал свободную руку к груди. — Я учу ее выживать в суровых джунглях Бруклина... Привет, мой мини-бро! — Я пожал руку Луке, как настоящему мужчине, а потом потрепал по его светлой голове. — Как ты?
— Привет, Дино, — поприветствовал он меня. — Хорошо… Мы давно тебя не видели.
— Да, были дела.
Сирша закатила глаза.
— Дэвлин! — крикнула она вглубь дома. — Забирай своего друга, пока он не научил моих детей рэкету.
Я усмехнулся и прошел дальше.
Дэвлин обнаружился в гостиной. Мой лучший друг сидел на розовом детском коврике и с абсолютно страдальческим лицом пытался собрать замок из лего.
— Неужели ты все-таки приперся, — произнес он, увидев меня. Затем поднялся, отряхивая колени, и кивнул на пакет, валяющийся на диване. — Твой заказ. Хотя я до сих пор считаю, что ты окончательно поехал крышей, Дино.
Я опустил Ифу на пол, сунул ей в карман стодолларовую купюру со словами: «Купишь себе что захочешь» и схватил пакет. Разорвав пластик, я вытащил на свет бесформенную, жутко скрипучую жилетку с пластиковым бейджиком «СТАЖЕР».
— Вау, она прекрасна! — восхищенно выдохнул я, прикладывая этот кусок дешевого полиэстера к своей груди. — Как думаешь, она подчеркивает цвет моих глаз?
Дэвлин уставился на меня как на умалишенного.
— Меня интересует только одно. Нахрена она тебе сдалась?
— Ты ничего не смыслишь в романтике, дружище. Женщины любят работящих парней. Моя будущая жена, например, очень трепетно относится к субординации. Если я приду к ней как мафиози снова, она опять пошлет меня к черту. Но если я приду к ней как стажер, обязанный выполнять ее приказы… — я мечтательно закатил глаза. — О-о-о, бро. Она заставит меня перебирать помидоры, а я буду томно вздыхать. Мы будем играть в «строгую начальницу и нерадивого подчиненного» прямо на ее территории.
Сирша, которая как раз зашла в гостиную, резко затормозила.
— Дино! — сморщила она нос. — Здесь дети. Попрошу без подробностей о своей личной жизни.
— Но это не то же самое, что и всегда! — запротестовал я. — Это серьезно! Она будет моей женой, вот увидите!
Дэвлин фыркнул.
— Только в твоих мечтах… Из всех девчонок Нью-Йорка ты всерьез выбрал эту стерву…
— Эй! — Я предупреждающе выставил палец, и мой голос мгновенно потерял добрую половину шутливых ноток. — Следи за языком, брат. Она не стерва. Она... великолепная, безжалостная валькирия с бейджиком менеджера и доступом к канцелярским ножам.
Дэвлин переглянулся с сестрой.
— Я хочу добиться, чтобы Тиган пообещала проткнуть мне шею степлером. Разве это не любовь?
— Это диагноз, — констатировал друг, потирая переносицу. — У тебя стокгольмский синдром наоборот. Ты добровольно лезешь в заложники к девчонке, которая торгует консервами. Тебе просто нравится, когда тебя ставят на место.
— И что в этом плохого? Я устал быть главным везде и всегда. Хочу быть ее личным подчиненным. Хочу, чтобы она командовала мной. Жестко.
Сирша, которая до этого момента молча слушала мою тираду, задумчиво прикусила губу.
— Честно говоря, Дино, — медленно произнесла она, опираясь бедром о дверной косяк, — если в Нью-Йорке действительно нашлась девушка, способная заставить тебя замолчать и строиться по струнке, я лично испеку вам свадебный торт. Трехъярусный. С шоколадной крошкой.
— Ловлю на слове, Сирша! — Я подмигнул ей и накинул скрипучую полиэстеровую жилетку прямо поверх своего пиджака. Попытался застегнуть пластиковую пуговицу, но ткань угрожающе затрещала на плечах. — Ну как? Выгляжу достаточно покорным и готовым к наказаниям?
Дэвлин тяжело вздохнул.
— Ты выглядишь как идиот, который напрашивается на пулю. Причем от собственного отца.
— Завидуй молча, — отмахнулся я, поправляя бейджик. — Ладно, мне пора. Нужно еще купить нормальный кофе, сэндвичи и выучить пару фраз, которые говорят идеальные стажеры.
— Например? — скептически хмыкнул Дэвлин.
— «Да, мэм», «Как скажете, мэм» и «Наказать меня прямо сейчас или дождаться закрытия магазина, мэм?», — радостно перечислил я, направляясь к выходу.
Сирша с театральным стоном закрыла уши маленькой Ифе, а Дэвлин просто махнул рукой в сторону входной двери.
— Иди уже. И если она все-таки забьет тебя до смерти банкой какой-нибудь фасоли, я похороню тебя прямо в этой жилетке. Так и знай.
— Поверь мне, бро, — бросил я через плечо, распахивая дверь и выходя на залитую утренним солнцем улицу, — если Тиган решит меня убить, это будет самая лучшая смерть!
С ЛЮБОВЬЮ, ТВОЙ ЛИЧНЫЙ МАЗОХИСТ
Любой, кто когда-либо работал в розничной торговле, знает этот звук.