Фэва Греховны – Наемники бродячих островов (страница 41)

Эффект оказался сверх любых ожиданий. Даже просто на глаз — работа ускорилась. Каждый показывал своему куратору, что старается и не отлынивает. А наиболее усердным стал именно нарушитель дисциплины.

В общем-то, самой работы было не сказать, что много. А таким количеством народу — так и вообще ерунда. К обеду, большая часть нарезанных задач была выполнена. Даже подняли на башню самострел. Правда, пока что, он смотрел внутрь острова. Орудие предстояло пристрелять.

С едой лорд Колдролл тоже не подкачал. Перед полуднем прибыл обещанный обоз. Одна телега была нагружена свиными окороками.

Наваристый жирный суп со свининой готовили сразу в пяти котлах на единственном костре. Его развели в яме с прокопанным дымоходом. Такая заморочка позволяла сильно экономить дрова.

На время еды, Венга сняла шлем, отдав свои локоны во власть холодному ветру. Внимание жующих мужиков тут же перешло с похлёбки на барышню. Таких взглядов не удостаивался даже Кеншин. Кстати, к великому удивлению отряда, на степняка вообще особо не смотрели. Такое впечатление, что островитяне не видели в нём ни угрозы, ни диковинки.

— Ух! Горячая баланда! — пробубнил кто-то с набитым ртом.

Венгу передёрнуло. В поисках наглеца, она развернулась так резко, что чуть не выронила свою миску. На благо говорившего, старший наёмник урезонил девушку прежде, чем она схватилась за меч:

— Венга, спокойно! Баланда — это суп.

После приёма пищи, Даджой подсчитал расход провизии. Одной телеги должно было хватить на двое суток. Вывод внушал надежду на избыток продовольствия. Соответственно, с новой силой засияла перспектива торговли.

Первый день подошёл к концу. Свет уже поднялся в незримую высь, его лучи практически перестали давать тепло. Бездна за частоколом стала нежно-розовой и быстро тускнела.

Если холодная погода сохранится и дальше, нужно будет заказывать из города дополнительные дрова. Или просить разрешение на рубку леса, что более предпочтительно. Глядишь и припрятать немного получится, а потом попробовать крепостью пристать поближе. В крайнем случае — нанять сани и возить по ночам!

Перед отбоем первого дня, Батя собрал остальных наёмников в стороне от землянки. Требовали обсуждения насущные проблемы. А конкретнее — хотя бы минимальная подготовка ополченцев.

— И как ты это видишь? — Лайонел со скепсисом отнёсся к идее обучения военному делу. Тем более, за оставшиеся четыре дня.

— Да в том то и дело, что никак. — развёл руками командир.

Почесав подбородок, предложение вынес Даджой:

— Можно сделать как на войне было: первые шеренги снарядить всеми доступными доспехами, а остальным — луки и копья, чтобы из-за спин били.

— Латников на стены, а лучников к бойницам. Кому ни того, ни другого не хватит — в резервную группу. — согласился Батя.

— Представляю, сколько нытья будет… — Лайонел был прав как никогда. Вряд ли далёкие от войны островитяне оценят тактический ход.

— Пускай поноют, за то потом меньше слёз будет. Джой, Кен и Макс, завтра начинаете лупить их. Драться научить точно не успеем, так хоть теряться меньше будут. Ну а мы, с Лаем и Венгой, займёмся стрелками. Малый, вы все бойницы выдолбили?

— Да, дядь Сергий. Каждые пять метров, как Вы сказали.

— Хорошо, молодец… Ладно, перекур и командуйте отбой.

Однако, быстро лечь спать не получилось. К Бате присоединились несколько бойцов. Примечательно, что курильщики были мобилизованы исключительно из города. Среди деревенских любителей пагубной привычки не нашлось.

Мужчины сначала болтали о том, о сём, а осмелев начали расспрашивать своего капитана о делах военных.

— Лук мою кирасу пробьёт?

— А арбалет за сколько шагов пробьёт?

— В контратаку нас поведёте?

Вскоре, у входа в землянку толпилось не меньше двух десятков ополченцев. Между ними затесался и Макс. Парню тоже было интересно послушать своего командира. Хоть он уже и так прекрасно знал ответы на большинство вопросов. В своё время успел донять ими обоих наставников.

— А почему у нас знамени нет? — вопрошал кто-то из толпы.

Батя задумался. А ведь и правда! Целая рота, настоящий форт, пусть и деревянный, даже осадное орудие есть… А флагом не озаботились!

— Завтра придумаем что-нибудь! — отмахнулся наёмник. — Всё, паны милитанты, Отбой!

Следующее утро начали с перераспределения обмундирования. А чтобы у народа было меньше желания протестовать — Кеншин стоял перед строем с раскрытой книгой. С чёрной!

Выяснилось, что бойцы больше переживают не из-за собственной защищённости. Доспехи и оружие лорд выдал им под роспись. Вернуть тот или иной элемент снаряжения предписывалось даже в случае гибели защитника острова. В противном случае компенсация должна была взыматься с его семьи.

— Колдролл… Бухгалтер, что б ему! — но Батя легко нашёл выход из ситуации. — Кен, пускай твой блокнот хоть раз делу послужит. Запиши фамилии, кто кому и что передаст.

По итогам перетасовки доспехов, удалось собрать двадцать полных комплектов. В наличии было всё, кроме латных рукавиц.

Одевать решили самых крепких и тех, кто участвовал в обороне в прошлом году.

Панцири были в общей сложности на половине вояк, а трое из них укомплектовались и полной защитой рук. На всех хватило только шлемов. Да и те — по большей части без защиты лица. Похоже, что некоторые котелки наспех склепали ремесленники.

— Надо будет намекнуть лорду, что к войнам готовятся заранее. — равнодушным тоном рассудил Даджой, отдавая на растерзание свой плащ. Из него вырезали чёрный прямоугольник и закрепили на Т-образной перекладине.

После торжественного поднятия флага над стенами, начались маневры и упражнения.

У Джоя и Кена тренировки свелись к избиениям палками. Вся идея была в том, чтобы выработать у ополченцев стрессоустойчивость и привычку к приближающемуся и неотвратимому тычку по шлему.

Первый час бойцы или избегали ударов, или терялись после первого же пропущенного. Им не возбранялось пытаться ответить своим «учителям», но… Надо ли говорить о количестве успешных контратак?

Каждый, рискнувший поквитаться с наёмниками, немедленно опускался лицом в снег! Уже скоро на месте учебного боя (вернее, побоища) была вытоптана двадцатиметровая площадка. А народ не уставал вытряхивать снег из-под доспехов.

Издевательство продолжалось целый час. Кеншин крутился как юла, и умудрялся выскальзывать, даже будучи полностью окружённым. А Даджой бил с такой силой, что к нем просто стали бояться подходить, уже после первых взмахов. Одного смельчака он схватил за края кирасы и метнул в его же товарищей. Самый высокий из латников не доставал гиганту даже до плеча, так что для удержания их на дистанции хватало и рук с ногами.

Когда ополченцы устали и обозлились, Кеншин приказал им атаковать Макса. Мужчины заулыбались и заулюлюкали. Они предвкушали, как сейчас отыграются за собственные синяки. Но, к вящему удивлению, мелкий сопляк на деле оказался злым демоном.

Мальчишка вспомнил собственные уроки, наполненные болью и издевательствами. Каждым ударом он старался если не убить, то уж наверняка вышибить дух из подвернувшегося ополченца. Постоянно меняя позицию, Макс так и не дал себя окружить. Бойцам удалось свалить юного наёмника, только когда его руки окончательно устали. Шутка ли? Пытаться отбить головы сразу целой ораве настырных взрослых!

Всё это время, чуть поодаль, упражнялись в стрельбе все, кому хватило луков и арбалетов.

По сравнению с латниками и резервом, их занятие выглядело практически медитацией. Батя и Лайонел необычайно спокойным тоном объясняли премудрости стрелкового дела. С какой стороны от лука держать стрелу. Где лучше всего иметь на себе колчан с боекомплектом. Как удержать тетиву на морозе.

Венга тоже была неплохо знакома с лучным мастерством. Она попробовала продемонстрировать скоростную стрельбу. Дополнительные стрелы взяла в руку которой натягивала тетиву и выстрелила их одну за другой. Вот только в столб в тридцати шагах, попала лишь одна из четырёх. Из ружья или пистолета она могла бы обойтись без промахов, сколько угодно выстрелов подряд.

А вот Лаю с Батей навыков не доставало. Мишень получала в лучшем случае одну из пяти стрел.

С арбалетами всё было куда проще, но и у них было слабое место. Перезарядка требовала значительной сноровки и силы.

Единственной радостью стал осадный самострел. Приноровившись и поняв, как летят снаряды, удалось добиться чтобы каждый второй попадал в столб с полста шагов. С ядрами дело обстояло несколько печальнее, но всё ещё лучше, чем с луками. Пристрелка на дистанции в сто и сто пятьдесят шагов результативностью не отличалась, и требовала скорее удачи, чем практики. Точности метания препятствовало низкое качество стрел и неидеальная обточка каменных шаров.

Когда объявили обед, со всех сторон послышались вздохи облегчения и счастливые возгласы.

— Так и без пальцев остаться можно! Видал, красные какие?! — хвастался кто-то из лучников.

— Да что ты говоришь?! Давай поменяемся! — воскликнул латник с разбитыми губами и синяком под глазом.

— А ну-ка угомонились! Каждый в свою миску смотрите! — спору не дал разгореться обладатель личного обмундирования. Мужчина вообще показал себя более дисциплинированным и умелым, чем остальные. От наёмников это не скрылось и его сразу стали называть сержантом.