Фэва Греховны – Наемники бродячих островов (страница 32)
— И что, прям сильно больше нашей эта крепость была? — Батя прищурился.
— Да! Когда мост опустился, на нём люди — как чёрные точки выглядели. Целая толпа!
Описание чудовищной силы взрывов, скорее всего и послуживших причиной обрушения твердыни, вызвало улыбки на лицах. Но, внезапно для всех, Даджой начал уточнять подробности.
Какой высоты были облака дыма после взрывов? Сколько домов сметала ударная волна? Как часто стреляла пушка?
Интерес гиганта не был праздным ровно на столько, на сколько и не был удовлетворён ответами. Макс попросту был шокирован творящейся бойней и таких деталей не запомнил. Пушки, кроме той страшной, стреляли часто. Вот, собственно, и всё, что он мог сказать наверняка.
— Да ну! Джой, не гони! Малый напуган был! Привиделось, нафантазировал. Сам знаешь, в бою время быстро летит. Пушки так часто не стреляют! — хоть Лай и не верил, но его интерес к теме беседы выдавал горящий взгляд. В конце концов, на Архипелаге все любят послушать истории о чудесах технологий былых времён
— Казнозарядные стреляют.
— Это какие?
Великан замялся, подбирая простое сравнение:
— Как его двустволка. Снаряд вместе с порохом подаётся в виде единой конструкции с обратной стороны ствола и запирается затвором.
Даджой вёл речь уверенно, так что всем было понятно — он прекрасно знает тему разговора, и фантазия мальчишки тут ни при чём!
Поучаствовать в расспросе решил и Кеншин:
— А пустынники у вас не появлялись перед нападением?
— Появлялись. — наёмники подобрались, предвкушая новую порцию странностей о небесных торговцах, но Макс их разочаровал, — На следующий день праздник должен был начинаться, так что они на недельную ярмарку прилетели.
— Ты уверен, что они не за продовольствием в этот раз наведались?
— Не знаю… Всего три лодки на шарах прилетело. Так что не думаю, что они могли нагрузить туда столько, чтобы наша деревня это ощутила. Тем более, на острове три посёлка было.
— Ну да, точно. Вы же там богато жили… — на лицах товарищей проступило недоумение и Кеншину пришлось объяснить свой вывод, — Он как-то обмолвился, что в родной деревне школа была.
После такой подробности, с удивлением смотрели уже на мальчишку. А всё дело в том, что на Архипелаге, учебные заведения имеются только в больших городах. Школы и училища являются скорее прихотью местных правителей, чем реальной необходимостью жителей.
— Хорошо, молодец малый, выпускной экзамен сдал на отлично! Но на хрена кому-то рушить остров? — Батя подал голос впервые за весь разговор.
— Я думаю это случайно вышло. — предположил Макс. — Когда всё случилось, много их солдат ещё в деревне были.
— Значит мы не одни такие умные. Вот только они в методах не заморачиваются. Лай, бездельник! Раз пришёл — садись картошку чисти!
— Картошку, картошку… Страшно мне теперь картошку чистить! Что если встретим этих чертей с пушками, а я не на стене?
— Та хоть и на стене! Что ты им сделаешь? Сракой своей голой напугаешь? — шутки-шутками, а вопрос озадачил, как командира, так и остальных бойцов.
Дальнейшие посиделки у огня превратились в напряжённые обсуждения и даже фантастические предположения. В итоге, сошлись на необходимости ненавистной всеми дисциплины и повышенной бдительности во время караулов. Никакого сна и блуждания во дворе. А приём пищи — прямо на посту.
Теперь Бате предстояло самое трудное: заставить придерживаться этих правил Венгу.
Как оказалось, ясной погоды не стали ждать не зря. Дождь шёл не прекращаясь ещё неделю. И всё это время ничего интересного не происходило.
Распорядок Макса представлял собой череду сна, приёмов пищи и физических занятий. Тренировки были перенесены в холл храма и свелись к силовым упражнениям пополам с фехтованием и рукопашным боем.
Оба наставника тоже маялись. От скуки они откровенно измывались над пацаном, да так, что к середине занятий он еле держал в руках меч, а к концу — с трудом стоял сам.
А потом растяжка… И ещё «Мне кажется ты стал меньше отжиматься! Сделай больше!», или «Сегодня я был какой-то добрый, давай дополнительный подход приседаний!», ну и как же без «Не снимай доспехи, проведём ещё один спарринг. Готов? Джой! Мочим его!».
И каждый раз что-то новое в таком духе.
Вообще, Макс заподозрил, что его не сражаться учат, а пытаются заставить начать материться. Причём, так же забористо, как иногда выдаёт Батя.
За скукой и избиениями, наряды на стене стали настоящими отдушинами. Ну и что, что холодно! За то горячая еда с доставкой! Нельзя прилечь? Ну хотя бы никто не лупит ржавым мечом по шлему!
Ах да! Ещё и банный день приближался как самый настоящий праздник! Оказывается, что отмачивать синяки и ушибы в горячей воде — ни с чем не сравнимое блаженство!
Из интересного — Батя устроил пересчёт продовольствия и трофеев на продажу. Хотя, кажется, ревизия тоже была проведена от безделья.
Выяснить удалось следующее:
Закрома пока что не грозили продемонстрировать дно. Сильно меньше стало только картофеля — всего два мешка осталось от пяти. Также закончилась копчёная курица. А вот небольших мясных брикетов было чуть меньше трёхсот. Из-за жёсткости они шли только в суп и редко в каши. Куда охотнее наёмники уплетали сало! Но его тоже пока было достаточно.
Военные трофеи представляли собой пятнадцать ржавых мечей, четыре копья (одно из которых было древком без наконечника) и великое множество топоров! Топоры новые и старые, на коротком топорище и на длинном, тяжёлые колуны и крохотные для мяса. Была даже одна совсем уж монструозная секира, с которой смог бы нормально обращаться только Даджой. Но оружие его не заинтересовало. По случаю заменили на более новые два собственных топора в сарае.
С доспехами всё было совсем плохо. Битые, дырявые, ржавые… А вонючие то какие! Порядка пятнадцати комплектов, разной степени собранности и целостности. Но такое только какой-нибудь неграмотной деревенщине и впаривать, типа того бургомистра с чумного острова. Или кузнецу на лом сдать, правда тогда совсем смешные деньги выйдут.
Учитывая новую появившуюся опасность, часть запасов решили переместить в донжон.
Высокая квадратная башня имела на каждом этаже отдельный изолированный укрепрайон. Толстые железные двери на спрятанных в стенах петлях, сложные запирающие механизмы с дублирующими задвижками, скрытые бойницы на уровне пола и потолка… Всё это обещало существенно увеличить шансы небольшого отряда в случае традиционной осады. Вот только артиллерия нивелировала весь оборонительный потенциал сооружения.
На последнем этаже донжона было расположено сердце крепости. В первую очередь Макс обратил внимание на странное устройство в центе помещения. Круглая колонна, высотой до груди и шириной не меньше метра, была сложена из блестящих золотом квадратов. При ближайшем рассмотрении оказалось, что каждая «плиточка» — это основание пирамиды, смотрящей вершиной внутрь устройства. В щелях между ними были видны ещё какие-то объёмные детали геометрически правильной формы. За вторым слоем едва просматривались переплетающиеся прутья и жилы разной толщины. Сверху, колонну венчала плита с большим крестообразным отверстием, из него то и торчали единственные видимые элементы управления — три рычага.
И всё это сделано из металла, блестящего как…
— Золото? — спросил Макс, не веря своим глазам.
— По всей видимости — да. — Батя пожал плечами.
— А как… — парнишка растерялся, не сумев подобрать правильного слова.
— Управлять? Проще простого. Рычаги видишь? Тот, что с кругом и чёрточками во все стороны — переход на малые орбиты, ближе к Свету. Противоположный, со снежинкой, наоборот — на дальние. А вот этот — для перемещения между плоскостями. Только без календаря, всё это — одна сплошная угадайка.
— Знаю, Даджой рассказывал. Но неужели управление такое простое?
Ранее Макс не думал и не представлял себе механизм, заставляющий крепость двигаться. Но три педали, торчащие из груды золотых кубиков и пирамидок, удерживаемых вместе сплетенными прутьями… Разочаровывали. Небесная навигация бедуинов, даже по поверхностному описанию, казалась куда как интереснее.
— А чёрт его… Думаю нам ума не хватает, чтобы суметь увидеть в этом что-то сложное. — пожал плечами Батя.
Два ящика, с запасами еды на случай осады, поставили прямо на пол и накрыли мешковиной. Ни мебели, ни чего-то другого в помещении больше не было. Только лестница, ведущая на крышу, и узкие вертикальные окна, больше напоминающие щели. Да ещё — перекрытое досками круглое отверстие в потолке, аккурат над золотым устройством.
— Короче, понятно, что ничего не понятно! Пошли, малый! В следующий раз — сам нажмёшь, если захочешь.
Ни приоткрытая завеса тайны управления крепостью, ни даже привилегия — сдвинуть твердыню с места, когда это потребуется в следующий раз, не подарили Максу никаких эмоций. За то, доброму расположению духа способствовал очередной спокойный день. Заступил в караул и знай себе — стой, расслабляйся.
«Кажется, старею…»— мысленно заключил парнишка.
Вывод подтвердился, когда из облаков вынырнуло тёмное пятнышко. Вместо любопытства и предвкушения приключений, пробудилось огорчение от грядущего беспокойного дня и, может быть, ночи. Ведь караульный остаётся на стене до самого возвращения сошедшей группы.