Фэва Греховны – Наемники бродячих островов. Том 5 (страница 53)

Не послушался лыцара, вот и сгинул.

Затем стали думать думу о заставе у пропасти. Но ничего сверхъестественного так и не надумали. Решили попробовать по уже накатанной — подкрасться ночью и выкосить сколько смогут. Если там и впрямь мало народу осталось, то может и всех приголубят.

Ну а обработку местных, по поводу их дальнейшей судьбы, отложили на последнюю очередь. Причина такой последовательности, всё та же — паника. Если сразу все карты раскрыть, то уже не отвяжутся.

Сначала начнут выть и будут уговаривать остаться, сулить и дома с хозяйствами, и высокие чины, и по десять жён на каждого. А когда не получится соблазнить — насядут с требованием объяснить ратную науку и изобрести какую-нибудь тактику. Да такую, чтобы одним махом весь Архипелаг победить, и чтобы обязательно без потерь.

С планированием разведки катакомб — тоже не торопились. Всё равно вниз не спуститься. Пока пожарища догорают — сквозняк исправно тянет дым в единственный проход.

Оставалось только предаваться отдыху и наслаждаться вниманием местных. Последнее, кстати, было навязчивее некуда! Женщины как будто чувствовали подвох от собственных благодетелей. Не прямую угрозу, конечно, но какую-то странность — уж точно.

Рядовые солдаты от любых разговоров уклонялись и гостинцами не от общего котла брезговали. А ещё — как от огня шарахались от любых знаков внимания.

С офицерами, и вовсе — подвох был очевиден. Они были добрыми и сверх меры вежливыми, но только пока речь не заходила о судьбе острова. Ещё и грамотеями оказались! Тему меняли так, что бабы и сами не замечали, как начинали о жизни трындеть, вместо интересующего вопроса.

Особенно скользким был чужеземец с диковинной внешностью. Начинал что-то рассказывать, но тут же отвлекался и по десять раз подряд переводил речь в разные русла. Честно слово, точно убогий! Да только притворялся, змий-искуситель! Больно уж у него речь заумная и голос красивый: то как кот мяукает, то вздыхает, словно вот-вот любиться полезет…

Атаман залётчиков тоже не простой, хоть и создавал впечатление деревенщины. А про дела, он токмо о небесных торговцах талдычил, но так люто бранился, что бабаньки сами от него сбегали. Его соблазнить совсем не удалось, всё в шутки-прибаутки сводил. Лишь на Марфу-пекаршу загляделся. Бабонька она добрая, но душой и костью — широкая сверх меры. Однако и с ней лишнего себе не позволил, только усы свои облизывал и люльку без табака грыз.

Пробовали и молоденького разговорить. Но без особой надежды. Больно уж юный, чтобы дела командирские ведать. Да и неприветливый совершенно. Аки дикий зверь на всех зыркал и на титьки пялился!

Меньше всего внимания получил могучий лыцар-башта. Как говорят, сила есть — ума не надо. Вот и с ним решили не мудрить. Подослали срамницу, что раньше в доме для охочих работала. Она прям сходу свои юбки задрала и на колени ему плюхнулась. А он возьми и спроси — «Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?».

Тьху! Точно дурной! И ведь взаправду в свою библиотеку умотал!

Ночная вылазка прошла с несколькими неожиданностями. В кои-то веки — с приятными. Даже трудности были таковыми лишь с виду, но охотно вставали на сторону бригады.

Во-первых, началась метель. Снегопад сильно ограничил видимость, надёжно скрыв как выход за городские стены, так и шествие подразделения. А за одно, может и пожар потушит!

Солдаты боялись, что не получится найти позицию противника. Но на помощь пришла хорошая память Даджоя.

Он вёл колонну опираясь на все, даже на незначительные, ориентиры. Тут пара приметных пеньков на опушке, прошли между ними. Там могучий дуб, от него взять немного правее. А чуть дальше должна быть припорошенная полянка, словно сошедшая со страниц детской сказки о добром зимнем духе и его внучке…

Из-за разыгравшейся снежной страсти, головными дозорами пренебрегли в виду их бестолковости. И опасности, учитывая, что собственных людей можно просто растерять. Ну а в случайную встречу лицом к лицу — особо не верилось. Слишком уж большая площадь твердыни. Главное — от края бесплодных земель побыстрее в лес углубиться, а в чаще уже точно никого не будет.

Второй неожиданностью стала абсолютная безалаберность пустынников. Ни осветительных кострищ по периметру, ни хотя бы пары постов на подступах… В том, что их не встречают, наёмники убедились, просто прошерстив все подходы из глубины острова.

Лишь несколько патрулей имелось. Но и эти — через жопу. Бойцы противника даже не пытались скрываться. Наоборот, на фоне сугробов то и дело мелькали тёмные силуэты. В полный рост и чуть ли не бегом!

Батя даже предположил, что они не просто так суетятся, а собираются в спешке, чтобы свалить куда-то. Но куда можно валить с острова, окружённого бездной? Ещё и в такую лютую непогоду.

Разгадка этой странности как раз и стала третьим сюрпризом. Первые же снятые часовые оказались матросами.

Воздухоплаватели сопровождали войско как вспомогательное подразделение. Изначально они не собирались ни сражаться, ни торчать на часах… Снаряжение, дисциплина и разумение постовой службы были далеки от уровня, необходимого в условиях зимней компании. Как следствие, холод просто ломал неподготовленных бедуинов, вымораживая им мозги и критически снижая качество их службы.

И именно поэтому пленный офицер сказал, что оставшееся на заставе подразделение — вне его зоны ответственности!

Глава 28

Какой из этого можно сделать вывод? Очень простой! Тот, кто отвечает за воздушный флот, скорее всего, должен был остаться вместе с командами кораблей. И уже он, в свою очередь, может пролить Свет на следующий этап вторжения на Площину. Вдруг этот гад знает, где баржи приземляться будут и сколько людей доставят? А если расскажет, то там уже и местным можно будет что-то подсказать.

Брать пленного изначально не планировали. Да и как его возьмёшь, если летуны живыми не сдаются! Поймёт, к чему всё идёт и саданёт себя кинжалом по горлу. Или подручные помогут…

Идею подал Кеншин. Что правда, сырую и ненадёжную, как тропа через болото:

— Если они по блиндажам сидят, то и отапливать их должны. Дым чуете? Можно дымоходы перекрыть и придушить их немного. Когда угорят — адекватно соображать не смогут. А если спят, то и не проснутся. Останется только войти и забрать клиента.

— А получится ли? Мы же не сможем регулировать степень их удушья. Глав-гад живым нужен, а не синюшным. — выразил скепсис Батя.

— Никаких гарантий. — степняк пожал плечами. — Точно знаю, что один клан таким образом однажды вытравил целый замок. Нашли инженерные схемы и заткнули всю вентиляцию. К утру только несколько солдат выжило, кто под ставнями дежурил. Но тут объём не тот. Минут десять-пятнадцать и надо будет заходить.

— Добре. Тогда командуй.

Для начала разведали место и количество укрытий пустынников. К счастью, воздухоплаватели и на этот раз не проявили предусмотрительности: расположились скучено, в четырёх соседних блиндажах вдоль одной траншеи.

Затем степняк принялся отбирать и инструктировать солдат. Штурм предстоял нетипичный, так что выбор пал на самых низкорослых. Кроме того, они полностью разоблачились от лат. Всего шло по пять человек на каждую землянку. Причина всех решений — простая, для увеличения проворности, и чтобы избежать заминок и толкотни.

Единственная загвоздка была с определением объекта интереса. Очень сомнительно, что он отдыхал в одеждах и доспехах, положенных по чину. Ориентироваться придётся на любое дорогое имущество рядом со спальным местом. А ежели ошибутся… Ну и бездна с ним!

Дымоходы заткнули стеганками, предварительно пропитав ткань водой из бурдюков. Для верности — ещё и снегом сверху затрамбовали. Возможность раннего обнаружения также предусмотрели, входы блокировали стрелки с мушкетонами с картечью.

Кеншин, тем временем, готовился к приёму пленных и приведению их в чувства. Верёвки у нескольких деревьев, пузырьки с вонючими настойками. Даже развёл небольшой костерок в ямке, чтобы вскипятить воду для какого-то отвара. А ещё — строгал ножом какие-то палочки, толщиной с палец.

— Кен, что ты делаешь? — шёпотом поинтересовался Макс.

— Готовлюсь первую помощь оказывать.

Что это такое, парень уже знал. Какую-никакую медицину, Кеншин объяснил ему ещё год назад, во время первых теоретических наставлений. Но вот рукоделие оставалось непонятным.

— А это зачем? — Макс покрутил в руке сучок с вырезанным широким желобом посередине.

— Кляп специальный. Челюсти блокирует, так что они языки себе не откусят, но шевелить ими для разговора смогут. И рвота наружу пройдёт, если тошнить начнёт.

— Ясненько…

Вскоре Батя подал условный сигнал и в окопе тотчас вспыхнули факелы. Солдаты задерживали дыхание, распахивали шкуры-занавески на входах и ныряли внутрь. На всё про всё было отведено меньше минуты, пока не закончится воздух в лёгких. Так что, долго ждать не пришлось.

Обошлось без инцидентов, никого вытаскивать и спасать не пришлось. Однако, улов оказался больше ожидаемого. Бойцы спешили, адреналин кипел. Хватали и волокли к выходу всех, чьё спальное место хоть немного отличалось от соседних. Даже на второй заход пошли, чтобы кого-то добрать или перепроверить.

После стремительной акции — шкуры вернули обратно на их места, и оставили матросов засыпать вечным сном.