Фэва Греховны – Наемники бродячих островов. Том 2 (страница 66)

Это Арканджело запоздало шлёпнул себя по пятой точке, словно пытаясь прибить комара.

После этого, чиновник преспокойно направился в дом.

Лишь больше двух часов спустя, Кеншин вышел на берег перед позицией для наблюдения.

Даже в кромешной тьме было видно, как его трусит от холода. Шест в руках ходил ходуном, а шаги были непривычно громкими. По крайней мере, как для обычной манеры передвижения степняка.

— Ко… Ко… Костюм протёк. — сообщил он дрожащим голосом. И, едва зайдя в кусты, принялся развязывать шнуровку на манжетах и стягивать с себя кожаный комбез.

Макс помог, где видел узлы.

— Так разминался бы под водой, чтобы согреться.

— Не… Не… Нельзя. Потребность в воздухе выросла… Бы!

— И что ты там делал?

— Медитировал.

Такой ответ несколько удивил Макса.

В принципе, он и раньше видел, как наставник замирал и глубоко медленно дышал, находясь при этом в определённой позе. Якобы это помогало ему лучше почувствовать себя, избавиться от отрицательных эмоций и понять окружающий мир.

Но как можно было заниматься этим замерзая и еле дыша?!

— Ра… Расстегни пояс. — попросил Кен.

— Сейчас.

Вопреки стараниям, бляха никак не хотела отпускать язычок застёжки.

— Надо, чтобы ты сам. — юноша вспомнил специфику работы древней сбруи. Почему-то она не позволяла снять себя кому бы то ни было, кроме самого носителя.

— Бездна… — чуть ли не впервые Макс слышал, как ругается его наставник. — У меня руки так не изогнутся сейчас.

Тем не менее, спустя несколько попыток, пальцы Кеншина сомкнулись на бляхе, и она послушно расстегнулась. Вот только пояс не спешил покидать его талию.

— Зараза! За что-то зацепился. Помоги. — попросил он.

Увы! Несколько попыток оторвать металлические трапеции от кожаного комбинезона ни к чему не привели.

— Боюсь порву. — доложил Макс.

— Ладно. — Кен всё-таки стащил с себя верхнюю часть костюма. — Придётся с ним бежать.

— Да какая разница? Ты хоть так, хоть так — с ним бы и побежал.

— Ага, конечно! С ним побежал бы ты. Забыл, что ли? Тройные нормативы.

Повезло, так повезло!

— Ты ничего тут не оставил? Не забудь мой маскхалат.

Удалившись от городской черты на пару сотен метров, две тени побежали по ночным полям. Где-где, а среди зелёных ржи и пшена, ночью горожанам делать было нечего.

Ещё через два часа, парочка вышла на холм, на склоне которого находился их дом.

Там Кеншин заставил ещё пол часа просидеть в кустах. Следовало убедиться, что на улице нет бодрствующих соседей.

И вот, наконец, они зашли на чердак своих временных чертогов. Снизу раздался стук. Кто-то из товарищей бил в потолок.

Кен тут же дал ответный сигнал, протопав незамысловатый ритм.

— Спускайтесь. — донёсся шёпот Даджоя.

Ну как шёпот… Его шёпотом в пору стада медведей распугивать!

Но соседи всё равно вряд ли услышали через стены.

— Ну шо? — с ходу вопросил Батя.

Никто из наёмников не спал. А, на всякий случай, ещё и при доспехах все были. И это — в абсолютной темноте.

— Всё. — коротко доложил Кен.

— Ай, молодэць! — расщедрился на похвалу командир отряда. — Так, вы вдвоём спать, остальные по очереди караулим. Из дома в снаряжении не выходим. Рассветёт — вообще снять, не приведи Свет, кто-то заметит.

Попав в спальню, наёмники закрыли ставни и рискнули зажечь лампадку. Только тогда Макс понял, на сколько тяжело его наставнику далось длительное погружение. Белки глаз Кеншина были полностью красными!

Что до пояса, степняк так и не сумел отцепить его себя и теперь планировал разобраться, в чём же дело. Но, ни на первый взгляд, ни на второй, обнаружить проблему не удалось. Сегменты, те самые трапеции, словно заклинили кожу комбинезона между собой. При этом — всеми стыками одновременно! В подвижности звенья не потеряли — болтались всё также свободно. Но и сидели так плотно друг к другу, что не давали рассмотреть, что же там могло зацепиться…

Внимательно изучив странность, наёмники не нашли очевидных подсказок к её разрешению. Кожу решили просто выдернуть силой. В конце концов, что с ней может случиться?

Увы, случилось.

Макс тянул за конец пояса, а Кен придерживал комбинезон. Там, где пластины зажевали кожу, обнаруживались небольшие рваные отверстия. Продолговатой формы, примерно три на пол сантиметра каждое.

— Как это? — не понял парнишка, рассматривая дыры. Ну хоть стало ясно, почему комбинезон дал течь.

Вместо ответа, степняк достал нож и попробовал поковыряться между сегментами. Проверил один, другой, третий… Ничего. По очереди прошёлся между всеми пластинами. Результат — тот же, ни кусочка вырванной кожи.

— Смотри! — чуть не в полный голос воскликнул Макс и ткнул пальцем в ровный рядок дырочек на исподнем. Порванными оказались два слоя из трёх, а отверстия в точности повторяли имеющиеся на коже снаружи

Кен поднял пояс перед собой, бляхой до уровня глаз и придирчиво осмотрел с обеих сторон. Затем, предложил его ученику. Парень принял сбрую, но его рука тут же просела вниз, от неожиданной нагрузки. Веса стало раза в два больше!

— Похоже, он полый внутри. Воды набрался. — предположил Кеншин.

Макс сразу потряс поясом. Звука бултыхающейся жидкости не раздалось, только металлическое позвякивание звеньев. Мужчины переглянулись.

— Значит, внутри пористый наполнитель. — снова заключил степняк. — Бездна с ним, брось. В баню пойдём завтра, если сильно потел — мокрым полотенцем оботрись…

Юноша принял совет к исполнению. Только раздеваясь, он обратил внимание, что глаза потяжелели, а рёбра болят от долгого лежания на земле. А стоило сесть на кровать, как силы и вовсе стали утекать неудержимой рекой… Одной из тех, про которые рассказывал наставник.

Тот, в свою очередь, полностью разделся и ещё с десяток минут обтирал тело от жира. Когда были испачканы два полотенца, в ход пошло какое-то ароматное спиртное, настоянное на травах. И затем ещё одно полотенце.

— Всё. Спокойной ночи. — Кен задул лампадку, скрипнула его кровать.

В темноте, Макс начал буквально проваливаться в забытье. Дало о себе знать нервное напряжение за день. Да и за все прошедшие недели тоже.

Не было ни тяжёлых размышлений, ни фантазий с грёзами. Вместо них, головой овладела самая приятная из возможных мыслей: больше не нужно следить за кем-то ночами на пролёт… Не нужно… Нужно только спать…

Сквозь дремоту, Макс услышал, как снова скрипнула кровать наставника. А затем раздался какой-то шорох.

— Что ты делаешь? — спросил в темноту парень.

— Пояс в твою кольчугу заматываю.

— Зачем?

— Не знаю. Странный он.

А затем и вовсе вынес свёрток из комнаты и оставил лежать в коридоре.

Кена с Максом разбудили только к завтраку.

— Вы чего железками разбрасываетесь? — спросил Батя, вытирая тарелку хлебным мякишем.

Джоя вопрос тоже заинтересовал. Ночью, в свою смену караула, он обнаружил в коридоре свёрток. Трогать по темноте не стал, подозревая какие-нибудь фирменные штучки Кеншина.