Феофан Затворник – Письма к разным лицам о разных предметах веры и жизни (страница 62)
Но что вы при этом сказали: «Нарушается молитвенный порядок, когда кто приходит», — се не добре. Вы так наладьтесь думать, что когда кто приходит, то Господь посылает его, чтоб вы чрез него службу сослужили Господу. Чем? Сообщением пришедшему своего благонастроения, данного вам Господом. Если будете принимать приходящих в этом духе, то тут не будет нарушения молитвенного порядка, а продолжение его, только в иной форме. То и другое — служба Богу. Имея сие в цели, принимайте всех с радостью, как посланцев Божиих, несмотря на их внешность, а об одном заботьтесь, как бы вам не уклониться от того, чего желает от вас Господь в сем случае. Приняв так, все внимание свое устремляйте в сердце их, чтоб из слов их догадаться, что можете вы сделать во благо душ их, и затем всю речь свою направляйте на это, так, однако ж, чтоб не казаться учительницей, а говорящей будто о стороннем. И главное, всячески старайтесь достигнуть того, чтоб приходящий отходил с умиренным сердцем.
Захотели в затвор. Придет время, и в затвор можно. Надо прежде приготовиться. И вообще мне думается, что затвор полный для вас неудобен; а так по временам уединяться хорошо. Больше этого вам желать нечего. Когда огонек загорится в сердце, и вы там станете жить вниманием, тогда это будет — внутренний затвор. Он потребует затвора внешнего; но мне думается, что и тогда лучше уединяться только по временам.
«Когда же я о себе думаю?» Мне же думается, что вы много о себе думаете, и думаете высоко. Только при этом стараетесь принижать себя, нудите себя быть смиренною. Смирение ищется, но еще не найдено. — Ищите усерднее, и обрящете.
«Мне кажется, я не жалею себя». — Если правда, то это очень хорошо. — Но вот доктор наговорил вам, что и там-то болит, и то-то нездорово, и вы чуть не расплакались, что уж слишком безжалостны были к себе. Нет; лечиться лечитесь, а саможаления все же не допускайте. — Несаможаление есть внутренний акт, который уместен и при таких внешних действиях и положениях, которые на вид кажутся саможалетельными. Есть некая внутренняя бодренность, — телесная же, — в напряжении мускулов состоящая. Она всегдашняя спутница несаможалению.
Поминая о болезнях своих, прибавляете, что видите в них нечто о вас промыслительное. И хорошо делаете. Болезнями нередко Бог прикрывает Своих рабов от искушений, которых без этого не миновать бы им. А то — своим чередом, что они сами по себе смирительны. В смирительных же средствах едва ли кто не имеет нужды. Пребывайте в сей вере.
56. Об утешениях от Святого Причащения. О радостном плаче, или радостопечалии. Похвала — дело небезопасное. О выписках из читаемых книг
Причастились Святых Христовых Таин и по милости Божией получили мирное и утешительное настроение духа. Затем прибавляете, что, приготовляясь к Святому Причастию, довольно потрудили себя. — Се добре! И никогда не забывайте сего делать, по силе и сверх силы. За то и утешение дается причастникам. Не будь труда и лишений, и утешение не будет дано, разве по особой какой милости Божией. Так Бог устроил. Не забывайте, однако ж, что не один труд достигает сего, но в соединении с истинным духом, в каком надлежит обращаться к Богу. То и другое нужно.
Сказав это, жаление изъявляете, что это райское состояние не остается навсегда, и желание питаете, чтоб оно пребывало неизменным в вас. — В нынешнем состоянии вещей, изменчивом, — трудно достигнуть чего-либо неизменчивого. Однако ж это не невозможно. Ибо Бог неизменчив и делает неизменчивыми всех, с кем благоволит соединяться живым союзом. Сочетайтесь с Господом, — и получите от Него многое в неизменчивом виде, что теперь подается и преходит. Поелику Господь благоподатлив, то могу вам прописать:
«Наконец то, — говорите, — поняла я, что есть радостотворный плач, или радостопечалие», — и решаетесь развивать в сердце сильнейшее и сильнейшее сокрушение. — Се добре, и предобре! Бог благословит. Однако ж ведайте, что это радостопечалие подается, а не приобретается. Состояние это похоже на то, какое испытываем, увидавшись с родными после долгой разлуки: и радостно и жалостливо, — слезы текут. Радостопечалие бывает, когда Господь свидится с душой и душа с Господом. От Святого Причастия можно этого ожидать. И бывает. Увидьте из сего, что сокрушение надо развивать, но оно не есть радостопечалие, а пролагает к нему путь. Радостопечалие подает Господь душе, а Господь в действиях Своих ничем не вяжется. Трудитесь, однако ж, в возбуждении сокрушения и доводите себя до плача, чтоб плакать над собой, как по усопшем, навзрыд, с причитаниями.
Пишете: «Отчего бы иногда не похвалить иного?» Бывает, что и хвалят. Хорошее невольно вызывает похвалу; похвала же оживляет похваленного, и крылышки ему придает. Но дело это не безопасное. Оно может засеменить самомнение, и далее провести до высокоумия и гордости. Вот и беда, ибо гордость проклята Господом. Вы ожидаете, что похвала смирение родит, при мысли, что не стоишь ее. — Бывает, может быть, и это; но такого рода рождение, по редкости своей и неестественности, надо назвать чудом. Кто-то из отцов сказал, что похвалить есть то же, что ногу подставить спешно идущему. Этот падает и нос расшибает до крови. Нечто подобное, надо полагать, производит и похвала в душе добре текущего духовным путем. Потому признайте лучше, что мысль, будто похвала ведет к смирению, не небесного происхождения. Это внушение того, кто имеет обычай облекаться в Ангела светла, не будучи таким.
Вы хотите делать выписки из книг читаемых. — Хорошо. Но не все хорошее выписывайте, а только то, что возьмет за сердце. Соберется тетрадка-другая. Когда потом нападет уныние или охлаждение и сухость, берите эти тетрадки и перелистывайте. Сердце отзовется на чувствованное прежде и шевельнется. Так от одной, другой, третьей выписки. Глядишь, — и совсем расшевелилось.
57. Против разленения. О молитвенном правиле. О чтении святоотеческих книг Вы опять подпустили к себе барыню свою и подчинились ей, а она нагородила нелепостей. И забыли вы на этот раз, что в вас две особы: одна — послушница смиренная, а другая — барыня ученая с барством. По настоящему вашему настроению госпожой должна быть послушница с послушанием; барыня же с барством не должна иметь никакой власти. Вы хоть и прогнали ее в людскую, но она не забывает своего и всячески старается прокрасться к вам и, прогнав послушницу, сделаться распорядительницей. Вот и теперь успела она в этом. Не касаюсь нелепых ее распоряжений; какие бы они ни были, не следовало вам их слушать. Я уже писал вам об этом. Вы, кажется, согласны всегда держать ее при себе. Нет; извольте теперь совсем убить ее и выбросить за окно на съедение птицам небесным и зверям земным. Иначе никогда не установится у вас добрый порядок; и вы будете только созидать и разорять.
Спрашиваете, откуда я взял, что вы совсем хотите разлениться? Из следующих слов ваших: «Когда же наконец кончится это трудничество?» Этот вопрос означает, что ноги уж подламываются и руки опускаются, и в душе появляется мысль о снятии с плеч лежащего на них бремени. Поблажь только этому позыву хоть немного, и он мало-помалу доведет до того, что и все сбросите. Вот и надлежало вам напомнить об этом конце, чтоб не началось начало. — Теперь пишете, что хоть сказала так, но все же не поблажала себя. — И добре! Но от того, что я помянул о худых последствиях от поблажки чувству тяготы от трудничества, никакого не будет вреда вашему непоблажанию. И стойте в этом, и гоните всегда всякий позыв в чем-либо поблажить себя. Надо при этом всегда возбуждать себя к напряженной деятельности и тотчас же сделать что-либо, требующее такого напряжения. Еще появится, — еще так же поступить. И так далее. Перестанет наконец являться такой позыв. И живая энергия возьмет силу. Наше дело в том особенно и есть, чтоб держать себя постоянно в такой энергии, с полным самоотвержением и самопожертвованием. Ради нее будет всегда подходить к нашим благим начинаниям помощь Божия и совершать в нас дело свое.
Молитвенное правило, говорите, исправляете, как прописано. — И трудитесь так. Помоги вам Господи. Паче же навыкайте иметь непрестанно память Божию и к Богу молитвенно себя держать, в страхе и благоговеинстве. Даруй вам Господи сие! Назначьте себе особое время вот на что: чтоб, сидя бодренно и внимание собравши в сердце, говорить молитву Иисусову, не развлекаясь мыслями. Раза бы два-три так в день. Хоть по разу при сем проходить четки; а охота припадет, — два и три раза можно. Этим путем можно произвести в сердце болячку, о коей говорил старец Парфений, и дойти до того, что молитовка Иисусова сама будет журчать в сердце умными словами, как ручеек, с соответственными движениями чувства.