Феликс Сергеев – Админ (страница 4)

Подписанные вами при перемещении контракты апостилированы нотариальной конторой и депонированы в государственном хранилище. Со своими правами и обязанностями вы можете ознакомиться после обучения базе данных Права и обязанности лица с ограниченным статусом дееспособности, загруженной в ваши нейросети. Обучение состоится в приоритетном порядке. Со всеми вопросами, жалобами возражениями вы можете обратиться к локальному уполномоченному по правам ограниченно дееспособных лиц господину Консту -- он кивнул на человека, которого я определил как чиновника.

-- Вопросы? Жалобы? Возражения?

К моему удивлению, мои товарищи по несчастью сохраняли полное молчание и спокойствие.

- Боятся что ли? - подумал я, - ну ладно, тогда сам выступлю...

И промолчал. Желания сказать что-то просто не возникало. Мысли текли лениво, желание что-то делать тонуло в созерцательности.

- Вижу, вопросов нет. Отпустим господина Конста - выступавший коротко поклонился чиновнику и тот, попрощавшись с ним, но даже не кивнув в нашу сторону, покинул помещение.

- Теперь, когда формальности закончены, поясню вам реальную ситуацию - Соло Динс сохранял спокойное выражение лица, по нему как-то сразу казалось, что происходящее для него - обычная рутина, ничем не замечательная. В понятных для вас словах, ваш статус не сильно отличается от статуса раба. Меня не интересует совершенно, как вы сюда попали, обманули вас прямо или косвенно, у меня все документы оформлены. Вам повезло - наша компания занимается сдачей трудовых ресурсов в аренду, поэтому никаких ужасов и неудобств для вас не предвидится. Отрабатываете установленные вам нейросети и базы в течении пятнадцати лет, потом - хотите - перезаключаете с нами контракт, хотите - оплачиваете замену нейросети на гражданскую и занимаетесь своими делами. За весь период вашей работы вам будут начисляться баллы, которые впоследствии можно будет перевести в деньги. За питание, проживание, дополнительное обучение баллы будут списываться. Размер начислений будет устанавливаться индивидуально, в зависимости от сложности работы, которую вы будете выполнять.

Во избежание возможных эксцессов обращаю Ваше внимание - Вам установленны специальные нейросети, ориентированные на работу с десоциализированными личностями. Ваше местонахождение постоянно транслируется на наш сервер.

При попытках неповиновения применяются меры наказания, вот так вот - наш, теперь уже понятно, надсмотрщик, даже не махнул рукой, но мне стало больно. Очень больно - болели и голова и тело, но мои мускулы словно застыли, удержав меня от падения на пол.

- Далее. Вы наверное обратили внимание на то, что вам ничего не хочется. Не беспокойтесь, это так и должно быть. Наша нейросеть переключила на себя основные мотивационные структуры вашего головного мозга. Это позволит сберечь вас от излишних душевных страданий.

- И, наконец, последнее - тут Соло Динс усмехнулся и мне стало как-то особенно неприятно. Ко всем лицам, обладающим более высоким социальным статусом при обращении следует произносить "господин". Социальный статус вы можете определить очень легко - у таких как вы на лбу сделана спецтатуировка, у прочих её нет. Все люди с чистым лбом - выше вас по социальному статусу. Всем понятно?

- Да, господин. Понятно, господин - в разнобой ответили другие рабы, но я и сам присоединился к хору, ни секунды не промедлив.

- Отлично. Сейчас мы с вами пройдём в казарму, где вам предстоит жить ближайшее время.

- Этого я сразу заберу, - "учёный" кивнул в мою сторону, - он меня устраивает.

- Хорошо, договорились - Динс кивнул ему, - я документы оформлю чуть позже, завтра сделаем.

- Поступаешь в законное распоряжение господина Лейната.

- Да, господин - мои губы сами произнесли подтверждение и откуда-то всплыла информация о том, что ровно так оно и нужно. Так и положено отвечать на обращение вышестоящего.

- Пошли. "Учёный" не глядя на меня повернулся и двинулся куда-то направо, в сторону некоего облака тумана, как бы зафиксированного на стене. И я узнал его голос - это был человек, который назвал меня 'нестабильным' когда я лежал в полусне и пытался открыть глаза.

Я двинулся за ним, по прежнему пребывая в каком-то тягучем, обдолбанном состоянии ума. Чем то это было похоже на ощущения от анаши - было такое, баловался пару раз. Но анаша сопровождалась смешными бредовыми мыслями, а тут никакого бреда. Всё вязко, но каждое мысленное усилие происходило раза в полтора-два медленнее, чем я привык думать.

- Вот уж попал так попал.... И что же теперь делать?

И в моём сознании немедленно всплыла какая-то казённая формулировка "ответственно выполнять задания работодателя, с уважением относиться к вышестоящим в социуме, быть внимательным и почтительным к окружающим. Заботиться об имуществе компании Утстав и о коллегах по работе в той мере..." - чтобы прекратить думать эту чушь мне пришлось совершить немалое мысленное усилие. Но ещё старый мой навык медитаций позволил более-менее отчистить сознание, загнав назойливый бред куда-то на грань восприятия. Увы, стоило мне попытаться думать свои мысли - бред возобновлялся, не давая толком сосредоточится.

Ничего хорошего в моём положении не было. Это точно. Если только отстроиться от продолжающегося появления посторонних мыслей, пытавшихся свернуть меня на социальную защищённость и уверенность в наличии занятости и средств к существованию. 15 лет пахать рабом с непонятными дальнейшими перспективами? Ужасающая, короче говоря, ситуация...

Глава 3, в которой я начинаю испытывать солидарность с рождественскими гусями, а так же понимаю реальное значение формулы "предложение, от которого невозможно отказаться"

Мы подошли к стене и мой новый "работодатель" шагнул в туманное облако. Я - за ним, и через секунду мы вышли в длинный, унылый коридор. Стены серо-металлического цвета, светящийся сплошной потолок. Похоже, что туман, через который мы только что прошли, был частью какой-то дверной конструкции, типа тепловой завесы, которую можно видеть на входе во многие московские магазины. Зачем она была здесь - не понятно, воздух явно прокачивался из стены в стену, но ни тепла, ни холода я не почувствовал. Коридор вилял налево-направо и, наконец, мы вышли в громадный зал. Потолок метров в пятьдесят, сам по себе - с футбольное поле, не меньше. Посередине - огромная цилиндрическая конструкция, будто бы пробивавшая зал насквозь, снизу вверх. По её периметру шли здоровенные открытые проходы.

- Орбитальный лифт. - господин Лейнат впервые повернулся в мою сторону, а я с раздражением отметил, что уже в моих собственных мыслях он начал маркироваться в качестве "господина" - не отставай, мы и так опаздываем.

Мы быстро подошли к одной из посадочных зон - тому самому проходу внутрь цилиндра и оказались в кабине лифта.

Поездка вниз запомнилась плохо - единственное, что я успел отметить, так это отнюдь не прямолинейное движение перевозившего нас лифта. По своим габаритам он была более похож на автобус, чем на лифт, да и сидячие места, устроенные по два места с одной стороны прохода и три с другой явственно напоминали наш общественный транспорт. Вот только водителя не было видно. Окон тоже не было - ящик ящиком. После окончания посадки пассажиров входной люк закрылся, в голове у меня зазвучал женский голос, сообщивший о "начале движения" и лифт резко дёрнулся вниз.

Интересно, что ни ремней, ни каких-то специальных подлокотников, за которые можно было бы уцепиться не было, но, несмотря на то, что двигались вниз мы с ощутимым ускорением - пассажиры сидели плотно, как влитые. Ворсистая, похожая на шерстяной плед обивка кресла обтекла мои ноги и тело и плотно зафиксировала меня, а так же и господина Лейната, не давая встать. Шевелиться, впрочем, в определённых границах можно было вполне свободно...

Так вот, пока кабина лифта шла вниз - я заметил, что лифт то и дело подтормаживает и начинает какие-то колебательные движения - то в сторону одного из торцов кабины, то в сторону другого. Дёрнувшись туда-сюда он снова начинал постепенно ускоряться...

Ещё когда мы заходили внутрь, я впервые столкнулся с визуальной составляющей интерфейса нейросети - перед глазами у меня замигала надпись "оплата произведена, следуйте за указателем" , сделанная неизвестным алфавитом на всё том же неизвестном мне языке. Какую-такую оплату я произвёл, мне было не понятно, но я решил, что, наверное Лейнат об этом позаботился. Пока мы двигались к нашим креслам - перед моими глазами маячила стрелка, указывавшая направление движения. Впрочем, мне и Лейната было достаточно.

Ощущение при чтении надписи было странным - я не узнавал отдельных букв, но звучание слова считывалось как бы целиком, одним куском. Возможно, этот алфавит не был фонетическим, подумалось мне. В основном всё это восприятие было фоновым. Стоило мне усесться в кресло - как в голове что-то дёрнулось и я внезапно оказался залит потоком осознаний.