Феликс Кубин – «Эхо тени». Подземка (страница 2)

– Борис Иванович, не будет ли у вас табака? – спросил Евгений, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Полковник слегка прищурился, словно взвешивая что-то в своём уме, а затем медленно кивнул:

– Понимаю, угощайся.

Он положил на стол пачку «Мальборо», её красный цвет, будто запачканный ржавчиной, выглядел как чужеродное пятно в тусклой комнате. Из ящика стола Борис Иванович достал железную пепельницу.

Евгений молча взял сигарету, её запах смешался с затхлым воздухом помещения, отдавая чем-то давно забытым – ароматом не свободы, но странной, горькой равнодушности. Вынув из кармана спички, он чиркнул одну о коробок, и яркий огонёк ожил, словно вспышка чьей-то последней надежды. Огонёк затрепетал на секунду, его золотистые язычки жадно тянулись вверх, к невидимому небу, прежде чем Евгений решительным движением погасил его.

Дым поднялся тонкими серыми пальцами, медленно скручиваясь и стремясь к потолку, подобно тому, как душа некогда живого огонька поднималась из пепла в рай. В этом движении было что-то тревожно-мирное, как будто сама комната дышала этим дымом, становясь частью чужого прощания.

Евгений сделал первую затяжку, и горький вкус табака расползся по горлу, обнажая всё, что он хотел скрыть за словами. Борис Иванович внимательно смотрел на него из-за стола, словно пытался прочесть что-то в этом движении. Но Евгений не позволял взгляду задерживаться – дым застилал всё, превращая лицо полковника в расплывчатую, почти неразличимую маску, как память о чём-то важном, но уже недосягаемом.

– Мы знаем, что ты отправлялся под Тамбов с серьезной миссией, – продолжал Борис Иванович. – Ты должен был отслеживать передвижение войск и организовывать группы сопротивления. Но сейчас мы не для этого здесь.

Внутри Евгения что-то напряглось, словно предчувствие надвигающейся бури. Он догадывался, о чем пойдет речь.

– Речь пойдет о Марине, – произнес Борис Иванович, как будто прочитав его мысли и чуть наклонившись вперед.

Евгений взглянул на него, сдерживая эмоции, хотя внутри все перевернулось. Он понимал, что контрразведка подозревает Марину. В последнее время ему задавали слишком много вопросов о ней, о том, как они познакомились и как много времени проводили вместе.

– Тебе нужно рассказать мне всё, в мельчайших подробностях, – продолжил Борис Иванович, его голос стал более угрожающим. – Ты ведь понимаешь, что её могли специально отправить к тебе? Она могла работать на врага.

– Марина? – Евгений почти усмехнулся, стараясь скрыть внутреннюю боль. – Это абсурд! Она просто медсестра, волонтёр из Красного Креста!

– А может, и не просто, – возразил Борис Иванович, его голос стал настойчивее. – Нам известно, что она проявляла интерес к твоей семье. К картам пустот под Санкт-Петербургом, которые составляли твои родители.

– Карты? – Евгений не ожидал такого поворота. – Она ничего не знает о моих родителях.

Борис Иванович медленно наклонился вперёд, его лицо теперь находилось на уровне глаз Евгения.

– Враг ищет способ проникнуть в город, метро теперь не вариант – его затопили и заминировали, да и гадостей там много. Но есть и другие пути, о которых они могли узнать. Подземные пустоты, которые твои родители изучали. Они важны для нас и ещё более важны для врага. И если Марина знала о них, ты сам понимаешь, что это значит.

Евгений не отвечал, стиснув зубы. Мысли в его голове крутились с пугающей скоростью, но всё сводилось к одному: ему нужно как-то защитить Марину.

– Ты должен нам помочь, – продолжил Борис Иванович, его голос стал ледяным. – Мы не собираемся никого обвинять просто так. Но если ты нам всё не расскажешь, мы будем вынуждены предпринять другие меры. Ты же это понимаешь. Кстати, ты не помнишь, приносили ли твои родители домой свои работы?

– Борис Иванович, вы же знаете, что у Павлика Морозова был очень сердитый дед и внимательный дядя.

Евгений резко затушил дымящуюся сигарету в пепельнице, как бы ставя точку в этом вопросе. Борис Иванович в ответ убрал пачку сигарет со стола.

– Очень хорошо, что тебя не покидает чувство юмора…

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Антон, друг детства Евгения. Он также служил в контрразведке под началом Бориса Ивановича, и его появление слегка ослабило напряжение в комнате.

– Борис Иванович, – обратился он к старшему, – вас ждут. Это срочно.

Борис Иванович помедлил, словно раздумывая, но затем встал.

– Я ненадолго, Евгений. Надеюсь, к моему возвращению ты будешь готов к разговору, – он бросил быстрый взгляд на Антона и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Оставшись наедине, Антон подошёл к Евгению и сел напротив него.

– Я тебе верю, – сказал он тихо, чтобы его не услышали через стены. – Я знаю, что ты не предатель. И не верю, что Марина на них работает.

Евгений облегчённо выдохнул, но взгляд Антона был серьёзен.

– У нас есть проблема, – продолжил он. – Я получил информацию. Марина больше не под Тамбовом. Её перебросили под Санкт-Петербург. И это не случайность.

Евгений напрягся, его сердце забилось быстрее.

– Кроме того… – Антон вздохнул, его голос дрожал от напряжения. – Твои родители погибли. Их лаборатория была разбомблена, и их не удалось спасти.

Слова прозвучали как удар, и Евгений застыл на месте, не в силах поверить в услышанное. Весь мир вокруг словно рухнул, и в его душе возникло ощущение пронзительной пустоты.

– Но я помогу тебе, – Антон слегка коснулся его руки. – Мы сможем найти карты, которые им удалось составить, и использовать их. У меня есть план: мы выйдем за линию фронта, найдём Марину и вместе отправимся в Сибирь. Там ещё есть сопротивление, партизаны воюют во всю. А Питер, к сожалению, долго не продержится. Мы справимся.

Евгений молчал, его разум бродил по темным уголкам. Слишком много всего обрушилось на него сразу, но в словах Антона был смысл. Сейчас нужно было думать о будущем, о том, как выжить и найти ответы.

– Ты со мной? – тихо спросил Антон, его голос был полон решимости.

Евгений взглянул на друга, и в этот момент он принял решение.

– Да, – ответил он. – Мы вместе, как обычно…

Он не успел договорить, как дверь снова открылась. Борис Иванович вернулся.

– Мне нужно срочно ехать в главное управление, – сказал он, проверяя часы. – Есть информация о возможном прорыве фронта на одном из направлений. Антон, попробуй продолжить разговор с Евгением, а затем проводи его в камеру для дальнейших разбирательств.

С этими словами он направился к двери, оставляя за собой атмосферу напряжённости. Перед тем как исчезнуть в темноте коридора, он обернулся и произнес:

– Женя, ты же понимаешь, что так для всех будет лучше. Я не о себе, а о существовании нашей родины думаю. Многое поставлено на карту…

Когда дверь закрылась, Антон повернулся к Евгению и, наклонившись ближе, прошептал:

– У нас не так много времени. Я организовал побег. Мы должны действовать быстро.

Евгений удивлённо посмотрел на него.

– Ты это серьёзно?

– Я знаю, но ты понимаешь, что по законам военного времени тебя должны расстрелять. Если мы не сбежим сейчас, нам обоим грозит опасность, – настаивал Антон. – Борис уехал, и у нас есть небольшое окно, чтобы уйти. И я знаю, как это сделать.

Евгений почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Мысли о побеге заполнили его разум.

– Хорошо, – сказал он, стараясь взять себя в руки, но внутри него всё ещё бушевали эмоции. – Каков план?

Антон, удовлетворённый решимостью друга, быстро начал объяснять детали:

– Нам нужно покинуть здание через запасной выход. Борис уехал, и сейчас у нас есть шанс. Внимание всех сосредоточено на усилении обороны и на фронте, и это играет нам на руку.

– Запасной выход находится на заднем дворе, – продолжал Антон. – Я проверил, там никого нет. Если успеем добраться до него, то сможем выйти на улицу незамеченными. После этого нам нужно будет проникнуть в тоннель метро, так как идти до твоего дома по улицам небезопасно – кругом патрули. Сейчас как раз будет отлив, и вода в метро отойдет на пару часов. Этого времени будет достаточно, чтобы добраться до твоего дома, найти карты подземелий под Петербургом и использовать их для выхода через пустоты за линию фронта.

Евгений кивнул, пытаясь представить каждую деталь.

– Отличный план, надёжный, как швейцарские часы.

– Нам нужно двигаться быстро и тихо, – добавил Антон, его голос стал более напряжённым. – Ты готов?

– Всегда готов! – произнес Евгений, и в его голосе звучала решимость – Сделаем это.

Глава 3

Антон и Евгений вышли из комнаты для допросов. Запах плесени и сырости наполнил коридор, усиливая напряжение, витавшее вокруг. В коридоре их уже ждали двое охранников, чтобы сопроводить Евгения в камеру. Глаза солдат застыли на Антоне в ожидании приказов. Евгений заметил, как солдаты сделали шаг в его сторону.

– Оставьте его, – спокойно сказал Антон, уверенно глядя на старшего из охранников.

– Наш приказ доставить его в камеру, – возразил один из солдат, сжимая оружие.

Антон чуть выпрямился, выказывая силу своего положения.

– Борис Иванович приказал вернуть вас на место дислокации. Евгений пошел на сотрудничество. Не осложняйте ситуацию —произнес Антон с ледяной решимостью. Его голос не допускал возражений.

Охранники переглянулись, сомнения мелькнули в их глазах. Один из них попытался что-то сказать, но Антон в резкой форме оборвал его: