Феликс Кресс – Последний страж Равновесия. Книга 1. (страница 36)
Ну и третью руну я решил поставить после того, как узнал чем ещё меня «наградил» симбиот. Кстати, о навыках… Я вытянул руку и буквально через десять секунд на ней образовалась перчатка из спор тлена. Ещё одна мысленная команда и на кончиках пальцев выросли когти из тех спор. Посмотрев вокруг, я подошёл к стулу. Думаю, если он падёт жертвой эксперимента, никто особо не опечалится. Взмах руки и та часть стула, через которую прошли когти, просто перестала существовать в нашей реальности.
— Кайф, — протянул я, улыбаясь.
Помимо Когтей у меня улучшились физические характеристики: скорость, выносливость, зрение, обоняние, слух и крепость костей. Теперь мне не нужно было прибегать к помощи магии, чтобы быть эффективней в бою или в разведке. Единственным слабым местом была кожа. Вот её я и хотел защитить.
Я призадумался, какую руну лучше выбрать. У нас в качестве активируемой защиты чаще всего выбирали руны Каменной оболочки, Древесной оболочки, Алмазной оболочки. И каждая из них имела свои плюсы и минусы. Каменная, например, снижала ловкость, зато было очень прочной и выдерживала сильные удары. Древесная — не защищала от магии вообще, зато удары соскальзывали с неё и климатические перепады были нипочём. Ну а Алмазная оболочка от сильного удара просто разлеталась на куски, зато отлично защищала от магии. Да и если попасть под мощное огненное заклинание, тогда останешься без защиты в считанные секунды.
А что если… Я взглянул на перчатку и когти. В рунной магии была руна Тлена. В основном её использовали на поверхностях. На своё тело не наносили, а если и наносили, то в связке с другими рунами для лучшей синергии или усиления заклинания. Я же решил немного переделать эту руну под свои нужды и соединить её с руной Древесной оболочки.
Провозился я без малого часа три. За окном уже давным давно стемнело, а в особняке все уже отправились спать. Зевнув, я снова уселся в позу для медитации. Последний рывок и этот чертовски длинный день можно будет закончить.
Сконцентрировавшись, я настроился на вибрации мира. Привычно подхватил нужное направление и шагнул на Духовный план. Скопировав позу моей физической оболочки, я начал выводить руну. Завершив её, я хотел уже привычно раскинуть руки и очутиться в своём теле, как заметил, что что-то происходит необычное.
Духовный план содрогался, словно кто-то огромный долбил кулачищем по двери и та, под его ударами, чуть ли не срывалась с петель.
— Ту-у-ух, — всё вокруг пошло волнами, как от камня, брошенного в воду.
Я встал на ноги и напрягся. Я впервые встречал такое в Духовном плане. Вдруг то место, где я начертил руну, стало нестерпимо жечь. Я опустил голову и посмотрел на руну, которая раскалилась до красна.
Еле сдерживая крики боли, я наблюдал за тем, как руна начала стремительно остывать, принимая золотой оттенок. Увидев это, я присвистнул.
Золотая руна — это своеобразная метка от мироздания, которой удостаивались лишь четверо из друидов за всё время существования Совета. И я стал пятым. Это что же я такое сотворил, что меня заметили на таком уровне?
Вернувшись в своё тело, я снял рубашку и встал возле зеркала. Влив энергию в руну, активировал её. Несколько секунд ничего не происходило, а затем от руны стала расползаться кора, от которой отлетали кусочки пепла. Вскоре всё моё тело покрылось ею. Я попробовал убрать защиту с лица. Получилось. Значит, я могу контролировать покрытие. Это радует. Я попытался взять нож, но его ручка истлела практически тут же, а я почувствовал, как оболочка вытянула из меня приличное количество энергии.
Любопытно. Я убрал с правой руки защиту и взял остатки ножа в руки. Приблизил к левой руке и попытался порезать. Часть лезвия практически тут же перестала существовать. И снова оболочка потянула энергию.
— Какие мы можем сделать выводы? — задал я сам себе вопрос. — А выводы у нас такие: оболочка потребляет энергию. Следовательно, её хватит ровно настолько, насколько хватит энергии. Прекрасные новости, — я улыбнулся. Нужно будет ещё проверить, как она работает с энергией из накопителей.
Деактивировав руну, я снова широко зевнул и подошёл к кровати. Долгожданный сон нагнал меня, как только моя голова коснулась подушки.
***
Дмитрий Анатольевич Ланский всегда с превеликим удовольствием избегал подобных разговоров с отцом. Но только не сегодня. Сегодня он сам инициировал его.
— Отец, здравствуйте, — войдя в просторный светлый кабинет, в котором витали лёгкие запахи неизменных сандала и цитрусовых, Дмитрий Анатольевич прошёл к массивному мягкому креслу, сел и откинулся на спинку. — Рад видеть вас в добром здравии, — добавил он, скосив глаза на отца, который сидел за массивным столом и подписывал какие-то бумаги.
Глава рода Ланских прервал своё занятие и посмотрел на сына исподлобья.
— Здравствуй, сын. С чем пожаловал? — сухо поинтересовался он.
Ещё одной отличительной особенностью главы рода Ланских была абсолютная сухость и холодность в отношении своих детей. Он не любил ходить вокруг да около, сразу переходил непосредственно к делу.
— Я готов, — проговорил Дмитрий Анатольевич и прикрыл глаза. На самом деле готов он не был, но дело… Дело требовало тонкой игры.
— К чему? — непонимающе спросил Анатолий Дмитриевич.
— Жениться, — односложно пояснил Дмитрий, не открывая глаз.
Некоторое время глава рода Ланских молчал, обдумывая услышанное, а после заговорил:
— Вот как? — приподнял он бровь. — И кто же эта очаровательная особа, которая сумела пленить моего строптивого сына и повлиять на его принципиальную позицию относительно женитьбы?
Дмитрий Анатольевич улыбнулся, вспоминая забавную девушку, чем-то напоминающую маленького воробышка. Отсюда и прозвище взялось — Птаха.
— Кира Александровна Лейн. Так зовут мою избранницу.
— Лейны? — пуще прежнего удивился Анатолий Дмитриевич. — Но её даже нет в списках претенденток. Да и с Лейнами мы не слишком близки. К тому же у них сейчас не лучшие времена.
— Я знаю, отец, — ответил Дмитрий Анатольевич и, открыв глаза, посмотрел на отца. — Но мой выбор именно таков. Либо она, либо никто. И если тебе нужны наследники, рекомендую изыскать возможность устроить нашу помолвку, а затем и брак. Мне пора, — развернувшись, он направился к выходу из кабинета и, не поворачиваясь, добавил: — рад был пообщаться.
Выйдя из кабинета отца, Дмитрий Анатольевич направился к портальщику рода. Сегодня ему не хотелось езды на автомобиле или же скакать на лошади. И хоть порталы — дело затратное, ему было плевать. Ждать он не хотел. Ведь в номере его ждала его Игрушка.
Облизнув губы в предвкушении новых забав, он шагнул в портал, который для него услужливо открыл портальщик. Выйдя из портала в каком-то переулке, он отправился в гостиницу, весело насвистывая какую-то незатейливую мелодию, услышанную в каком-то придорожном трактире.
Отец не сможет упустить такой шанс заполучить в свой род кровь древнего рода. Тем более Лейнов, которые входят в Совет семи. Да, дела у них сейчас идут не лучшим образом, но кого это волнует? Им и так осталось недолго, а древняя кровь - это древняя кровь. Она открывает двери в высшую лигу. Поэтому отец сделает всё возможное, чтобы заключить эту помолвку и наконец-то избавиться от приставки "новая" аристократия.
Ну а он... Он выполнит ЕГО приказ и избавится от вечно ускользающей цели. И бонусом получит Пташку в свою клетку.
Усмехнувшись, он подпрыгнул, стукнув каблуком обуви о второй каблук. Настроение у Дмитрия Анатольевича Ланского было просто превосходное. Механизмы его плана заработали.
***
Глава 18
Проснулся я от гула голосов за окном.
— Шесть утра, — раздражённо буркнул я, посмотрев на часы.
Накрыл голову подушкой и попытался уснуть, но момент был упущен. Да и интересно стало, кто же там в гости пожаловал и почему. Отчаянно зевая, я отправился в ванную комнату освежиться по-быстрому, затем оделся и спустился на первый этаж.