Феликс Кресс – Последний страж Равновесия. Книга 1. (страница 3)

Что произошло я примерно понял из воспоминаний Станислава Лейна, парня, в тело которого вселилось моё сознание. Мир накрыла магическая катастрофа, которая повлекла за собой ещё и техногенные. То время прозвали Всемирным плачем. Мир еле выжил, экосистема навсегда изменилась, появились различные мутации, как среди растений, так среди людей и животных. А ещё появились аномалии, которые медленно, но верно уничтожали всё живое вокруг них.

У меня осталось много вопросов. Но главный из них: куда смотрит Совет? Где они вообще? И почему я оказался здесь, в этом теле?

Я встал и обошёл поляну. Больше живых или неживых сущностей я не ощущал.

Подошёл к Первому убитому Имаго и стал рассматривать его. В моём мире это были магически изменённые и подчинённые воле мага-создателя кордицепсы. Форму они могли принимать разную. Способы умерщвления жертв тоже отличались разнообразием.

Имаго — это конечная измененная версия кордицепса, но есть и другие. Объединяло их одно: они могли слиться с жертвой и захватить ее тело и разум. В большинстве случаев реципиент умирал, а внедренец продолжал жить под его личиной, выполняя команды мага-создателя.

Ловцы их создали для охоты на нас — друидов. Только так они могли хотя бы пленить нас. А иногда и убить, если друид был молод и неопытен. После Столетней войны в моем мире, я думал, что мы этих тварей истребили полностью и их больше не осталось. Видимо я, как впрочем и Совет, ошибся.

Теперь в теле Станислава Лейна помимо меня присутствует ещё и симбиот. Правда, во время испытаний в Облаке отчаяния я добил его, но что-то он оставил на память о себе. Нужно будет разобраться, что именно.

Кстати, о Станиславе. Я посмотрел на завесу, которая отделяла зону аномалии от всего остального мира. Там, по другую сторону, меня ждут люди рода Лейн, глава рода и сестра парня.

Что ж, пойдём познакомимся.

Когда я вышел из аномалии, увидел напряжённых и собранных людей. Взгляды их были обращены ко мне, а позы выражали готовность к действиям. Любым.

— Станислав, — окликнул меня низкий мужской голос.

Я повернул голову и увидел статного мужчину. В летах, короткая стрижка и борода серебрились сединой, но внешне мужчина был крепок и суров.

Евгений Алексеевич Лейн — глава рода Лейн и теперь уже мой дед.

— Ваша Светлость. — слегка наклонил я голову в приветствии, подмечая, как на суровом лице деда на миг появилось удивление и тут же пропало.

— Вижу, испытание не было лёгким, — кивнул он на мою окровавленную одежду. — Лекарь!

Из плотного ряда воинов вышел немолодой, но крепкий мужчина. На ходу выплетая какое-то сканирующее заклинание, он приблизился ко мне и принялся за работу. Немного понаблюдав за работой лекаря, пришёл к выводу, что маги этого мира развились плохо. Примитивные заклинания, нерациональный расход энергии и большие затраты по времени. В нашем мире подобные заклинания лекари использовали в бою, на ходу или между делом.

Из размышлений меня вырвал голос патриарха:

— Я рад, что ты справился. Подробности поведаешь позже. — это он говорил мне уже отворачиваясь и давая знак людям собираться в обратный путь. — Нам пора, Станислав. Сигнальный артефакт сработал. В поместье что-то произошло. Не стоит терять время попусту.

Я пожал плечами.

Что ж, уже с самого первого мгновения моего пробуждения я понял, что скучно мне в этом мире точно не будет.

***

Архивные записи:

… небеса потемнели в один момент, на улице стало сумрачно. Мы с ребятами играли в футбол, когда это случилось. Наша семья тогда сидела дома, как и наши соседи. Мы тогда не знали, что это только начало. Всё ухудшалось постепенно. Сначала земля пошла трещинами, поднялся сильный ветер. Потом с неба стали падать метеориты. А затем пришли они — аномалии. Но тогда мы ещё не понимали, что они изменят всё… С тех пор прошёл год. Мы сидим сейчас под землёй, пытаемся выжить. На поверхность нельзя. Говорят там ядерная зима или что-то такое. Но я не верю. В последнее время много всего говорят. Я скучаю по солнцу… по маме… по папе…

Отрывок из хроники о Великом Плаче.

1 год от Всемирного плача.

Глава 2

Зарево пожара мы заметили издалека. Я всмотрелся в небо: в дыму были видны мечущиеся тени и огненные всполохи. Знакомая картина и если мои догадки верны, времени у нас крайне мало.

— Ваша Светлость, смотрите! — сквозь топот копыт послышался ломкий юношеский голос.

Я обернулся на голос и увидел паренька, который указывал куда-то левее. Проследив за движением его руки, я увидел отряд всадников, которые мчались нам наперерез.

Патриарх поднял согнутую в локте руку, останавливая наше движение.

Когда первые из отряда поравнялись с нами, один из них спешился и широким шагом подошел к коню патриарха.

— Докладывай. — сухо потребовал Евгений Алексеевич.

— Ваша Светлость, — коротко кивнул, по всей видимости, командир отряда и продолжил: — прорыв в центре Ивовой. Блуждающая аномалия. Элемент — огонь. По предварительным данным погибло пять человек из мирных и двое из патруля, — он сбился на мгновение, сглотнув. — Очаг прорыва не зачищен. Мы продолжаем оттеснять тварей к границе аномалии и искать выживших.

Патриарх поджал губы, поиграл желваками, сжал поводья в кулаке, но больше ничем не выказал своих эмоций.

— Принял. — несколько секунд он молчал, глядя вдаль, а затем вновь посмотрел на командира отряда и скомандовал: — Василий, возьми ещё двоих бойцов и сопроводи Станислава и Киру в особняк. Остальные — в деревню. Поехали! — сказав это, он с силой пришпорил коня и сорвался в галоп.

Вскоре мы с сестрой и тремя бойцами остались одни на развилке. Я смотрел в сторону деревни, хмурясь и размышляя. Что-то было не так.

— Станислав Александрович, нам пора ехать. — пробасил слева от меня наш сопровождающий, так же, как и я, всматривающийся в ночную мглу.

— Василий, во сколько случился прорыв? — проигнорировав его, поинтересовался я.

— Хм-м, — он задумчиво поскреб щетину на подбородке, прищурился и продолжил, — аномалия появилась примерно на закате, а сам прорыв случился уже спустя час. И это странно. Никогда прежде я не слышал, чтобы блуждающие аномалии созревали так быстро. Обычно проходят сутки или даже двое, а тут… — в задумчивости он начал механически поглаживать шею коня, взбрыкнувшего в нетерпении.

— Благодарю. — ответил я и продолжил свои размышления.

Значит, на закате Станислав, в тело которого я попал, запустил ритуал. В это же время неподалёку сформировалась аномалия. Затем, появился я и в это же время произошёл прорыв. Время совпадает. И можно было бы списать всё это на случайность, совпадение, если бы не одно, но — Имаго и Ловцы. Пазл, наконец-то, сошёлся.

— Станислав Александрович, нам пора, — Василий сделал очередную попытку увезти нас отсюда и выполнить приказ моего деда, но у меня были другие мысли на этот счёт.

— Нет. — приняв решение, я начал действовать.

— Но, господин…

Жестом приказав командиру молчать, я соскочил с коня. Видимо, и в новом мире с планами у меня не сложится, ведь ранее я обдумывал совершенно иную стратегию развития. В идеале проставлять руны нужно в более спокойной обстановке и вдумчиво выбирать последовательность, чтобы добиться максимальной синергии. Но сейчас ситуация не терпит промедления. Да и руны Истинного взора и Обмена я собирался ставить в обязательном порядке. Только чуть позже. Ну ничего, и так сойдёт, не критично.

Не оборачиваясь, я вытянул руку и попросил:

— Дайте кинжал.

В мою ладонь легла шершавая рукоять. Кивнув в знак благодарности, я сел на землю и подогнул ноги. Лезвием кинжала полоснул сначала одну ладонь, затем вторую и поочередно макнул в выступившую кровь указательные пальцы.

Медленно вдохнул и выдохнул, чтобы успокоить сердечный ритм и, прикрыв глаза, стал синхронно выводить руны Истинного взора на веках.

Когда они были завершены, я с облегчением выдохнул, потому что к такой концентрации это тело ещё не было готово.

С физическим воплощением Истинного взора я закончил. Теперь осталось самое неприятное: вывести точную копию рун на моей энергетической оболочке. Этот вид рун назывался Духовным двойником. И вся сложность заключалась в их зеркальном отражении.

Глубоко вдохнув, я настроился на вибрации этого мира и, как по путеводной нити, мысленно пошёл дальше, пока не нащупал грань материального плана и духовного. Выдохнув, я отпустил своего энергетического двойника и шагнул за грань.

Оглядевшись по сторонам, нашёл то место, где застыло моё тело, и пошёл в нужном направлении. Ну как пошёл? Духовный план или, как его называли обычные люди, Мир Духов, несколько отличался от материального плана. Законы физики здесь если и работали, то не все и не полностью. Поэтому сейчас я, скорее, плыл, чем шёл.

Добравшись до своего тела, я принял точно такую же позу, и, сосредоточившись, начал выводить руны. Если ошибусь хотя бы в одной чёрточке, попрощаюсь с глазами навсегда. Ни один, даже самый гениальный целитель, не вернёт мне зрение. Нельзя вернуть то, что удалено из самой сущности организма.

Пока я выводил руны, время растянулось настолько, что, казалось, будто прошла вечность. Но вот, наконец, я завершил последнюю линию и прислушался к ощущениям. Вроде получилось, но ясность появится только, когда окажусь в своём теле. Что ж, пора возвращаться.