Феликс Кресс – Метод Макаренко. Том 2 (страница 11)

Рыжуля озадаченно моргнула.

— Я не раз прилично потоптался на его мозолях, поэтому, если эта информация дойдёт до него… — я сделал паузу, давая ей додумать остальное.

— Вас уберут, — тихо закончила она мою фразу.

— Как минимум, — согласился я.

— Я могила, — заверила она. Сказала она это без колебаний и так убедительно, что на секунду мне захотелось ей поверить. Но доверять нельзя никому в этой ситуации. Особенно — умной и красивой женщине с неясными мотивами. — Вы же говорите о мэре? О Ларине?

Её осведомлённость меня слегка удивила. Значит, она не только школой интересовалась. Я неопределённо пожал плечами. Этот жест можно было трактовать и как согласие, и как опровержение. Пусть опять додумает всё сама. Заодно, возможно, узнаю, зачем она последовала за мной. Непохожа она на человека, который делает что-то просто так, потому что скучает.

Но она, видимо, решила, что получила подтверждение. В её глазах вспыхнуло что-то вроде восхищения, смешанного с азартом.

— Вы наверняка в курсе истории с заводом в Новочепецке. С выбросами. Со всеми последствиями, — продолжил я, уводя разговор в сторону от моей истинной цели.

— Знаю и внимательно слежу. Это же наш город, — торопливо ответила она. Наши дети здесь дышат этим воздухом. — Она замолчала, и вдруг её глаза расширились. Она перешла на шёпот, такой тихий, что я едва разобрал слова: — Погодите… Вы хотите сказать, что тот… «Голос из подполья», который пишет в интернете эти разгромные статьи про мэра… это… вы?

Она уставилась на меня широко распахнутыми глазами и даже за рукав моей куртки схватилась. Я снова промолчал, лишь изобразил смущение, подогревая её фантазию. Ножкой бы шаркнул, да сидя неудобно.

— Боже… — выдохнула она, покачивая головой. — Я читала эти материалы. Они довольно… жёсткие. И очень убедительные. Но я никогда бы не подумала, что это вы…

— Так и должно быть, — сухо парировал я. — Анонимность — моя единственная защита.

— Я никому не скажу, — серьёзно повторила она. — Честное слово. Но… зачем вы здесь? Это заведение как-то связано с заводом?

Мысленно я улыбнулся. Купилась и сама повела мысль в нужном мне направлении — про завод, про экологию. Проституция, отмывание денег и прочие прелести «Эдема» её сейчас не интересовали.

— Есть информация, — опять уклонился я от прямого ответа, — что через такие места проходит часть неучтённых финансовых потоков. Чтобы финансировать лоббирование, подкуп, давление на активистов. Нужны доказательства.

Это была чистая правда, просто неполная. «Эдем» действительно был частью финансовой схемы Ларина. Просто не той, о которой я говорил.

Елизарова задумалась, её взгляд снова скользнул к стеклянному фасаду комплекса.

— И Глеб Витальевич… он тоже здесь за доказательствами? — с сомнением спросила она.

Вот это был хороший вопрос. Хотел бы я знать на него ответ. Виталя мог заподозрить что-то и послать своего сына-учителя проследить. Или же сам Глеб захотел выслужиться перед отцом.

— Не знаю, — честно ответил я. — Скорее, ищет способ заработать очки у своего папочки. Или снять «жаркий» репортаж изнутри, чтобы насолить своему папочке. Возможны оба варианта. В любом случае его присутствие всё портит. Он меня может узнать. Или наделать шуму.

Елизарова в задумчивости закусила губу. Затем понимающе кивнула.

— Тогда нам нужно выяснить, что он делает внутри. И помешать ему, если он против вас.

Ого! Уже «нам»? Она произнесла это так просто, будто предлагала сходить за булками.

— Жаль, что план сорвался, — огорчённо протянула она со вздохом.

— Не совсем, — сказал я, глядя на закрытую дверь служебного входа. Мысль, дерзкая и рискованная, начинала оформляться в новый вариант плана. — Просто нужно поменять тактику. Я не могу пройти через служебный вход, как планировал. Но, возможно, есть другой путь.

— Другой? — вопросительно подняла бровь Елизарова.

— Вы же говорили, что вам скучно и хотите драйва?

Елизарова на секунду задумалась, потом её лицо озарилось шальной улыбкой.

— Говорила. Вы хотите использовать меня? — Её щёки загорелись румянцем. — Я действительно могу помочь вам. Например, могу отвлечь охрану на входе. Сделаю вид, будто я заблудившаяся учительница, ищу своего… ученика. Устрою небольшую истерику. У меня хорошо это получается.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся я. — Но у меня другое предложение.

— О-о, — протянула Елизарова, забавно округлив глаза. — Рассказывайте, я вся внимание.

Я посмотрел на неё другими глазами. Страха или пустой бравады не видать. Такое ощущение, что для неё подобный опыт не впервой. Поэтому я решил уточнить этот момент:

— Зачем вам это? Вы же понимаете, что связываться с людьми подобного ранга опасно, а Новочепецк не ваш родной город. Вам абсолютно незачем здесь находиться, вы в любой момент можете уехать отсюда. И школа, и жители этого города не ваша головная боль. Так зачем вам этот риск? Вы не похожи на бесшабашную экстремалку.

— А на кого я похожа? — игриво поинтересовалась Елизарова.

— И всё же я хочу знать ответы на свои вопросы, — не поддался на её уловку я.

Она поджала губы и на секунду нахмурила лоб, потом вздохнула и пожала плечами.

— Во-первых, потому что-то, чем занимается мэр — гадко. И с этим нужно бороться. А во-вторых… — её взгляд посуровел. — У меня есть на то свои причины. Личные. Да, они с городом не связаны напрямую, но зато это касается непосредственно Ларина.

— Например?

Елизарова метнула на меня сердитый взгляд.

— Он повинен в смерти человека, который заменил мне отца и мать. Довольны?

Я смерил её взглядом. Она выдержала его, не отводя глаз. Несколько долгих секунд мы так и буравили друг друга взглядом. Я пытался найти в её глазах, мимике, позе хоть каплю фальши, малейший признак лжи, но не находил. Да и месть — вполне понятная для меня мотивация. А Ларин за свою жизнь нагрешил немало.

— Ладно, — сказал я, принимая решение. — Мы пойдём туда вместе, как клиенты. Изобразим парочку, которая захотели порезвиться втайне ото всех. Поверните кольцо, чтобы оно сошло за обручалку. Да, вот так. Вы замужняя женщина. Я — ваш любовник. Думаю, никого здесь не удивит, если мы попросим за отдельную плату оставить нас одних в массажном кабинете.

— А дальше? Допустим, мы останемся одни, как это вам поможет?

Я пододвинул к себе рюкзак.

— А дальше я переоденусь и под видом рабочего разведаю территорию. Заодно найду нашего коллегу и выясню, что он тут делает. Вы останетесь в кабинете, будете прикрытием. Если что-то пойдёт не так — звоните. Хотя нет. Не звоните. Просто уходите через главный вход. Понятно?

— Понятно, — отозвалась она. — Идём?

Я кивнул. Мы выбрались из кустов, отряхнулись и, стараясь выглядеть максимально обыденно, направились к парадному входу «Эдема».

Дверь на входе была тяжёлой, стеклянной. Внутри пахло дорогим парфюмом, эфирными маслами и деньгами. Откуда-то из-под потолка лилась спокойная, ненавязчивая мелодия. На ресепшене стояла молоденькая девушка в безупречной форме, с профессиональной улыбкой на лице.

— Добрый день! Добро пожаловать в «Эдем»! — защебетала она. — Вы к нам впервые? Или, может, у вас предварительная запись?

Елизарова опередила меня. Она шагнула вперёд, и всё её существо в один миг изменилось. Осанка стала более мягкой, взгляд — томным, в уголках губ заиграла лёгкая, смущённая улыбка. Она выглядела именно так, как и должна выглядеть женщина, пришедшая с любовником в укромное местечко.

— Здравствуйте… Мы бы хотели… массаж. Но такой, чтобы… — она замялась, кокетливо опустив глаза, а потом бросила на меня быстрый, недвусмысленный взгляд. — Чтобы нас никто не беспокоил. У вас такая возможность имеется? Мы понимаем, что это… особая услуга.

Девушка на ресепшене даже не моргнула. Видимо, такие просьбы были здесь в порядке вещей. Её улыбка стала чуть более понимающей, чуть менее конфиденциальной.

— Конечно, у нас есть полностью приватные кабинеты с отдельным входом. И… дополнительный сервис по вашему желанию. Стоимость, правда, будет выше.

— Деньги — не проблема, — вступил я в разговор, кладя руку Елизаровой на талию. Всё шло как по нотам. — Нам нужно полное уединение. И гарантия, что нас не побеспокоят.

— Можете быть в этом уверены, — заверила девушка, уже набирая что-то на планшете. — У нас как раз освободился «Лотос» — наш самый уединённый кабинет. Свечи, гидромассажная ванна, полная звукоизоляция. Я провожу вас.

Пока мы пошли за ней по извилистым коридорам. Елизарова продолжала играть свою роль. Она что-то оживлённо, полушепотом рассказывала девушке о «невыносимой скуке семейной жизни» и «настоящем отпуске для двоих».

Я же молчал, но зорко поглядывал по сторонам. Запоминал повороты, двери, камеры. Их было много: в углах, под потолком. Но, что важно, работники клининговой компании сновали тут и там совершенно свободно. И их полностью игнорировали. Значит, мой план с униформой должен сработать.

«Лотос» оказался действительно шикарным кабинетом: тёплое освещение, низкие кушетки, в воздухе витал приятный цветочный аромат. Девушка пожелала нам хорошего отдыха и вышла, тихо прикрыв дверь.

Как только щёлкнул замок, маска с Елизаровой тут же спала. Она запрыгнула на кушетку, села по-турецки и оглядела помещение оценивающим взглядом.

— Ну, — сказала она. — Мы внутри. Что дальше?