Федра Патрик – Артур Пеппер и загадочный браслет (страница 4)

«Так изумруд настоящий?» — поразился Артур.

— Но затем Мириам начала дважды в неделю уходить из дому. И мы стали проводить вместе немного меньше времени. Я подрос, и няня мне уже была не нужна, в отличие от моих сестер. Мириам присматривала за ними, а за мной уже меньше. Однажды я тайком проследил за ней, и выяснил, что она встречалась с мужчиной. Он преподавал в моей школе. Англичанин. Он приходил к нам, и Мириам угощала его чаем. Я видел, что она ему нравится. Он сорвал в саду цветок гибискуса и подарил ей.

Мистер Пеппер, я был мальчик. Я рос, и гормоны брали надо мной все больше власти. Я очень разозлился. Я сказал отцу, что видел, как Мириам целовалась с этим мужчиной. Мой отец был человеком старомодных правил, и в подобных обстоятельствах уже распрощался с одной айя. Он немедленно разыскал Мириам и потребовал, чтобы она покинула наш дом. Она была очень удивлена, но держалась с достоинством и тотчас собрала вещи.

Я был потрясен. Я не хотел, чтобы так получилось. Я взял из шкатулки с драгоценностями шарм в виде слона и побежал в деревню, чтобы сделать на нем гравировку. А затем засунул его в наружный карман сумки Мириам, стоявшей в коридоре. Я струсил и не пошел с ней прощаться, но она сама нашла меня там, где я прятался, поцеловала меня и сказала: «До свидания, мой драгоценный Раджеш». Больше мы не виделись.

Я клянусь вам, мистер Пеппер, что с того дня я старался никогда не врать. Я говорю только правду. И еще я молил Бога, чтобы Мириам меня простила. Она рассказывала вам об этом?

Артур ничего не знал о том отрезке жизни Мириам. Но был уверен, что Раджеш Мехра и он любили одну и ту же женщину. Смех Мириам действительно напоминал перезвон колокольчиков. И у нее была коллекция стеклянных шариков, которую она подарила Дэну. Артур не мог прийти в себя от удивления, но он услышал в голосе мистера Мехра жажду прощения. Артур откашлялся.

— Да, она давным-давно вас простила. Она очень тепло вас вспоминала.

В трубке раздался смех облегчения.

— Мистер Пеппер! Вы даже не представляете, каким вы меня сделали счастливым. Много лет все это лежало у меня на плечах тяжким грузом. Спасибо, что позвонили. Как жаль, что Мириам с нами уже нет.

Артур почувствовал, как внутри у него разливается теплота. Он давно такого не испытывал — чувства, что кому-то помог.

— Ведь это счастье — столько лет прожить с такой женщиной, как Мириам, не правда ли? Позвольте спросить вас, сэр, — она прожила счастливую жизнь?

— Да. Я думаю, да. Это была спокойная жизнь. У нас двое замечательных детей.

— Тогда и вы должны попытаться быть счастливым. Разве ваша печаль — это то, чего она хотела?

— Нет. Но удержаться трудно.

— Я знаю. Но в ее жизни было много такого, чему стоит радоваться.

— Да.

Оба замолчали.

Артур покрутил браслет в руке. Итак, со слоном все ясно. А что с остальными? Если слон рассказал об индийской жизни Мириам, то какие истории таят в себе другие шармы? Он спросил мистера Мехра, не знает ли тот что-нибудь про браслет.

— Я отдал ей только шарм в виде слона. Она написала мне лишь однажды, через несколько месяцев после отъезда, чтобы поблагодарить. Я сентиментальный дурак, и до сих пор храню это письмо. Я много раз говорил себе, что надо найти Мириам, но мне было слишком стыдно за мое тогдашнее вранье. Если хотите, я могу посмотреть обратный адрес на конверте.

— Будьте так добры, — с трудом произнес Артур.

Мистер Мехра вернулся минут через пять. Пока Артур ждал его возвращения, он успел просмотреть рекламные объявления, которые Бернадетт просунула под дверь, и придержать мешочек с ароматической смесью, чтобы тот не раскачивался.

— Нашел. Отправлено в тысяча девятьсот шестьдесят третьем году из Англии, из имения Грейсток в городе Бат. Надеюсь, это поможет вам. В письме говорится, что она гостит у друзей. И еще о том, что в этом имении есть тигры.

— На браслете есть шарм в виде тигра, — сказал Артур.

— Ага. Тогда, возможно, это ваш следующий пункт назначения. Вы хотите разгадать все шармы один за другим, да?

— Да нет, у меня тут не расследование, — начал объяснять Артур, — просто любопытно…

— Что ж, если вы когда-нибудь окажетесь в Индии, мистер Пеппер, вы должны меня навестить. Я покажу вам места, которые Мириам любила. И комнату, в которой она жила. Там почти ничего не изменилось. Хотите ее посмотреть?

— Это очень благородно с вашей стороны. Но я никогда не бывал за границей. И боюсь, в Индию в ближайшее время я не выберусь.

— Всегда надо с чего-то начинать. Пожалуйста, помните о моем предложении, сэр.

Артур поблагодарил за приглашение и попрощался. Положил трубку, а в голове продолжали звучать слова мистера Мехра: следующий пункт назначения… разгадать один за другим…

Артур задумался.

Побег

На следующее утро он проснулся еще затемно.

Электронный будильник показывал 5:32, и Артур некоторое время еще полежал, глядя в потолок. По улице проехала машина, свет фар скользнул по потолку, как луч маяка по воде. Артур знал, что никого рядом нет, но протянул руку, чтобы нащупать ладонь Мириам, но ощутил под пальцами только холодную простыню.

Каждый вечер, когда Артур ложился спать, он думал о том, как ему холодно без Мириам. Когда она была рядом, он всегда легко погружался в сон и спал крепко, пока за окном не начинали петь дрозды. Мириам еще удивлялась — неужели он не слышал ночью грозу или как сработала сигнализация в соседнем доме? Нет, не слышал.

Теперь Артур спал беспокойно, урывками. Он часто просыпался, дрожа от холода, и с головой укрывался одеялом. Не помешало бы второе — чтобы от холода не сводило спину и ноги. Раз за разом он просыпался и дрожал, просыпался и дрожал, но не хотел менять этот порядок вещей, установленный его телом будто помимо его воли. Артур не хотел забываться сном, а потом просыпаться от пения птиц и обнаруживать, что Мириам рядом нет. Это было слишком тяжело, даже теперь. Тревожный прерывистый сон напоминал ему, что Мириам умерла, и Артур был благодарен за эти напоминания. В нем жил страх забыть ее.

Если бы Артуру надо было одним словом описать свое состояние этим утром, то это слово было бы «растерянность». Он надеялся, что, избавившись от вещей Мириам — ее одежды, обуви, косметики, — совершит обряд освобождения дома. Первый шаг к примирению с утратой и началу новой жизни.

Но теперь появилось препятствие — браслет. То, что раньше казалось ясным, превратилось в загадку. Перед Артуром открылась загадочная дверь, и он вошел в нее.

К загадкам они с Мириам относились по-разному. По воскресеньям оба с удовольствием смотрели сериалы про мисс Марпл и Эркюля Пуаро. Артур внимательно следил за происходящим на экране. «Ты думаешь, это он? — бывало, спрашивал он у Мириам. — Так старается сотрудничать со следствием, но на самом деле ничем не помогает. По-моему, он и есть убийца».

Мириам в ответ успокаивающе похлопывала его по колену. «Просто смотри и получай удовольствие. Не обязательно анализировать всех героев и гадать, чем все кончится».

«Но это же детектив. В детективах зрителю полагается догадываться самому».

Мириам смеялась и качала головой.

Если бы жизнь сложилась иначе и первым умер он, Мириам не стала бы задумываться, найди она что-то необычное среди его вещей. А вот он думал об этом непрерывно, мысли крутились в голове, как лопасти детской вертушки на ветру.

Артур вылез из заскрипевшей кровати, отправился в ванную и встал под горячий душ. Затем побрился, надел серые брюки, голубую рубашку и коричневую безрукавку и спустился на первый этаж. Мириам любила, когда Артур так одевался. Она говорила, что так он выглядит презентабельно.

В первые недели после смерти Мириам Артур вообще перестал думать об одежде. Ради кого стараться? Зачем все это, если рядом нет ни жены, ни детей? Он мог проходить целый день в пижаме. Впервые в жизни отрастил бороду. Поглядев на себя в зеркало, Артур поразился сходству с бородатым моряком с упаковки замороженных продуктов фирмы «Игло». Он побрился.

Артур оставил включенное радио в каждой комнате, чтобы не слышать звук собственных шагов. Питался йогуртами и баночным супом, который даже не разогревал: ложка и нож для консервов — вот и все, что нужно. Придумывал себе мелкие дела по дому: то подтягивал болты на кровати, чтобы не скрипела, то вычищал грязь из труднодоступных углов и щелей.

На подоконнике в кухне у Мириам стоял папоротник — обвисший, растрепанный, поеденный жучками. Поначалу Артур его ненавидел — как это нелепое растение могло продолжать жить, в то время как его жена умерла? Он выставил папоротник в коридор у двери в сад, намереваясь выбросить.

Но потом ему стало стыдно, и он вернул папоротник на его законное место. Артур назвал растение Фредерикой и начал поливать его и разговаривать с ним. И постепенно Фредерика ожила. Листья зазеленели и расправились. Артуру нравилось, что есть о ком заботиться. Общаться с папоротником было легче, чем с людьми. И было чем заняться. А значит, не оставалось времени на грусть.

Во всяком случае, так Артур говорил самому себе. Он хлопотал по дому, и жизнь представлялась сносной. А потом он вдруг находил в кладовке ботинки Мириам с прилипшими к ним комками грязи, наталкивался взглядом на мешочек с ароматической смесью или обнаруживал на полке в ванной ее крем для рук «Крэбтри и Эвелин» с запахом лаванды — и внутри его как будто все обваливалось. Эти ерундовые мелочи теперь разрывали ему сердце.