Федор Вихрев – Звездный легион смерти. Пленных не брать! (страница 7)

В него вошли: модифицированная «Баллиста» и похожая на нее «Росомаха» неразлучной парочки Смоллетта и Савенкова, «Беркем» Вэнса Стиллмана, «Гриф» Сэм, «Овод» Котинского и «Сапсан» Леи Маклауд. Из оставшихся неплохо было бы взять еще и «Рапиру» для защиты с воздуха, но отсутствие необходимых запчастей поставило крест на этой идее. Правда, начальство намекнуло, что это не окончательный состав, и если в следующий прилет капитан Мазур выполнит свое обещание, то «Рапира» вполне сможет присоединиться к отряду.

С бывшими наемниками направили также всю группу техников первого выпуска – двадцать пять человек – и приличное количество сопутствующего груза: краска, листы брони, боеприпасы для орудий и ракетных установок и много чего еще. Если штатные ракеты для роботов найти можно было без особого труда, даже в такой глуши, как Заимка, то снаряды к «Кувалде» или противотанковые управляемые снаряды к новым установкам «Овода» или «Баллисты» необходимо везти с Земли.

… Когда подбирались кадры для полета на Заимку, встал вопрос об огнестрельном оружии. Брать его или не брать? Решили взять только проверенные «калашниковы» для вспомогательных служб – техников, саперов, экипажей боевых машин. При этом все клейма и серийные номера пришлось удалить. А перед стартом ту же операцию обязали провести для всего груза с Земли. После приема каждой партии приходили соответствующие специалисты, и под их руководством техники смывали все надписи, срывали шильдики, срезали эмблемы и значки предприятий и фирм, спарывали с одежды ярлычки.

Для военных, отправляющихся в свой первый межзвездный перелет, было предписано брать с собой только самое необходимое. Все или почти все можно найти на Заимке – одежду, стрелковое вооружение, продукты. Вот только что считать «самым необходимым» – не уточнялось. А зря. Что для профессиональных солдат – тех же детей в душе – может быть самым необходимым? Конечно же – любимые игрушки…

Когда все шаттлы оказались на прыгуне, «внезапно» выяснилось, что некоторые из «пассажиров» пронесли на борт «лишнее» оружие. Со спиленными эмблемами, правда. После первого же обнаруженного случая «контрабанды» начальство пришло в ужас и устроило тотальную проверку. Результаты были… были, в общем.

Американцы почти все оказались верны своему сорок пятому калибру и «кольту» образца девятьсот одиннадцатого года, ветерану обеих Мировых войн. Немцы, несмотря на дисциплинированность, не пожелали расставаться с «вальтерами» и «люгерами», среди которых попался даже один с магазином-улиткой и приставным прикладом-кобурой. Встречались дробовики 12-го калибра, было несколько охотничьих ружей. У русской части контингента нашлись преимущественно ТТ, но хватало и трофейного немецкого оружия… Впрочем, всех переплюнули три американца – ветераны Вьетнама, мастера-оружейники, ухитрившиеся протащить на борт авиационный пулемет «Миниган» с вращающимся блоком стволов. И почти десять тысяч патронов к нему. Командование на Земле поначалу впало в легкую прострацию от такой самодеятельности, но, узнав, что «незаконные» стволы не приведут к перегрузке транспорта и, по большому счету, не будут лишними как индивидуальное оружие, махнуло рукой на «мелкие шалости» взрослых мальчишек.

Отрыгивая густой солярочный дым, машина на базе малого бронированного тягача неторопливо подползла к погрузочной рампе трофейного челнока. Дальше ее втянут уже на тросах – слишком тесно там, внутри весьма вместительного транспортера – Земля отправляет в будущее небольшую армию, а современная война требует очень много различного ездящего, стреляющего и взрывающегося металла. Снаряды, мины, противотанковые ракеты, реактивные установки, танки… Но место для тебя найдется.

Официально машина именовалась «Самоходный противотанковый комплекс «Стилет», но ничего общего с ракетными «Штурмами» она не имела. Можно сказать, что внешне машина напоминала самоходную гаубицу «Гвоздика», но только сдвинутой к корме башней с торчащей пушкой, увенчанной мощным дульным тормозом. Даже на глаз пушка была заметно длиннее, да и размещалась не в башне, а на ней, выставив с противоположной стороны сопло реактивного двигателя системы компенсации отдачи. Войсковые испытания первого орудия на «жидком порохе» по ряду причин было решено провести на Малой Заимке, несмотря на огромный риск. Одной из них стало недоверчивое отношение к новому оружию, связанное с проблемами на испытаниях. Еще бы: первый прототип, хотя и показал рекордную скорость снарядов, после десятка выстрелов выдал такие параметры износа гладкого ствола, что поначалу цифры показались запредельными. Пришлось менять технологию обработки металла, искать новые материалы и… снижать начальную скорость. Потом возникли проблемы с точностью – никак не получалось добиться стабильной начальной скорости, потом – с противооткатными устройствами, потом… Словом, орудие получилось перспективным, но трудности, с которыми пришлось столкнуться, породили вполне естественное недоверие.

Вот поэтому-то и ехал сейчас «Стилет», орудие которого превосходило по энергетике пушку нового «семь-семь», стрелять по чужим танкам и роботам. Ехал, чтобы показать свою незаменимость… или бессмысленность.

Капитан Мазур стояла на бетоне взлетной полосы, глядя на провожающих. Муж встал рядом и, с нежностью глядя жене прямо в глаза, дразнил ее.

– Глядя на тебя, не узнаю сурового капитана корабля…

– Это когда я была сурова? – с шутливым недоумением выгнула бровь Елена Львовна.

– В воображении обывателя, – безмятежно ответил Ильин. – Знаешь, как тебя рисуют люди? Суровый взгляд. Красивое лицо без следа эмоций и героически выдвинутая вперед челюсть. Нижняя.

– Так, – прищурилась Елена, – признавайся, кто придумал такое.

– Никто не придумывал, – рассмеялся Ильин и обнял жену.

Та лишь раздраженно фыркнула.

– А то я не знаю, как формируется имидж, и кто его формирует! – Не в силах дальше притворяться сердитой, она рассмеялась. – Выдвинутая вперед нижняя челюсть… Ой, не могу!

Водитель прикрепленной к ним машины аккуратно и коротко просигналил, напомнив Мазур и Ильину о том, что давно пора ехать к ждущему их челноку…

А в стартовом бункере через динамики громкой связи гремел обратный отсчет:

– Пять…

– Четыре…

– Три…

– Два…

– Один…

– Отрыв…

Громадный по меркам двадцатого века корабль сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее поднимался в безоблачное небо. Провожающие искренне надеялись, что чистое небо станет хорошей приметой для всего, что предстоит сделать тем, кто улетел.

Лея Маклауд вновь управляла «Сапсаном», который, пусть и сменив окраску на ломаные линии под местность своего будущего обитания оставался практически прежним. Оказавшись на Земле, почти за тысячу лет до своего рождения, девушка решила, что незачем больше беречь оригинальные потроха ее «малыша». Упорная работа над восстановлением робота в течение нескольких месяцев, и все родные детали на своих местах. Заодно «Сапсан» поработал активным пособием для обучения набранной из числа местных группы техников, в результате чего, правда, «ремонт» затянулся на год с небольшим. Но Лее удалось заработать на этом непростом процессе много уважения…

На ее лице появилась улыбка. Сделав над собой небольшое усилие, Маклауд отогнала воспоминание о своих подопечных… Направляясь вслед за «Беркемом», «Сапсан» не спеша двигался к шаттлу. Иногда из-под ног выскакивали искры и бетонные крошки – покрытие местного космодрома не рассчитывалось на такие нагрузки. Вон справа Сэм на своем «Грифе» не оставляет таких следов, да и «Баллиста», идущая слева, тоже не крошит бетон в щебенку. Несколько минут ходьбы, и роботы один за другим исчезли в грузовом шлюзе «Единства». С негромким щелчком зафиксировались штатные крепления, удерживающие робота в полете. На экранах «Сапсана» высветилась надпись, подтверждающая завершение процедуры швартовки… Вздохнув, Лея отстегнула шлем, набрала код деактивации робота и, медленно выбравшись через открытый люк, спустилась вниз по небольшой лесенке. Подождав, пока люк закроется, расправила складки на форме и направилась в каюту.

Кивнув попавшимся на пути знакомым лицам, Маклауд прошла по коридору к центральному блоку лифтов, возле которого, что-то весело обсуждая, уже толпились ее коллеги-пилоты. Дверь открылась после того, как кто-то из них дважды нажал кнопку вызова на стене…

Капсула начала движение, и ноги Вэнса Стиллмана, стоящего рядом, чуть не подогнулись. Лица его коллег осветились улыбками. Лея порадовалась, что заранее прислонилась к стене, ухватившись за поручни. Повреждения, полученные шаттлом, до сих пор сказываются. Несмотря на все усилия оставшегося экипажа и некоторых пилотов, включая Маклауд, им так и не удалось полностью наладить нормальную работу некоторых механизмов, в том числе и лифтов.

Капсула остановилась на верхней, жилой палубе. Лея подождала, пока все выйдут, и направилась в свою каюту, чип-ключ от которой всю дорогу вертела в руках.

Как только последний шлюз, лязгнув, закрылся, свист ветра утонул в грохоте двигателей. Гигантское яйцо вздрогнуло, бетонные плиты обдало пламенем и жаром, толстые металлические штанги дополнительных стояночных опор дернулись несколько раз и медленно втянулись внутрь.