Федор Вихрев – Третья сила. Сорвать Блицкриг! (сборник) (страница 11)

— Эй! — выглянув из люка, закричал я уже бывшим пленным. — Вы там не всех фрицев валите. Кто-то еще танк мыть должен…

После чего я долго пытался понять, что не так. Потом до меня дошло — пленных-то на ЗАПАД гнали, а наши на ВОСТОКЕ. Это выходит — мы все время к немцам в тыл двигались?! Нет, с одной стороны, это неплохо — такого финта ушами от нас точно никто не ждал, но с другой… В Польшу я точно не собирался. Да и замешательство немцев тоже понятнее стало — наши-то на восток прорывались, а мы на запад перли.

— Мать!!!.. и… в… на…!!! — высказал я все, что думаю о таких лоцманах. — Это кто у нас тут Сусанин? Куда нас завел??? На кой нас на запад понесло? Наши-то на востоке!

Ника

Короткая очередь на пять патронов меня разозлила. Гашетка оказалась менее послушной, чем я думала. Следующего немца я все-таки достала с трех патронов и тут же выцелила последнего. Вылезать и смотреть на размазанные по гусеницам трупы я не стала. Что смотреть, если и так мысленно представляешь всю картину маслом: «наехали»?

Наехали мы круто. Пальцы у пацанов были таким веером, что бедные пленные выстроились в ряд от одного крика Сани. «Ну, блин, если еще и этих с собой потащим, — подумала я, — то это можно вешаться». Их же надо одевать, кормить, вооружать. А где мы это все возьмем? До сих пор нам просто бешено везло. Но везение может закончиться в любую минуту, а противостоять всей гитлеровской армии — гнилое дело.

Впервые с пятнадцати лет захотелось закурить. Но, во-первых, сигарет под рукой нет, а во-вторых — не курить же в танке, где вентиляция не предусмотрена ТТХ? В общем, осталась я в своей башенке…

Саня Букварь

После крика Олега у освобожденных случилась небольшая заминка, в результате которой перед нами оказалось три кандидата в операторов швабры и тряпки. Еще одного поднесли чуть позже и прокомментировали — дышит.

— Давайте срочно свалим с дороги, вон, хотя бы в тот островок леса. Фарш надо тоже убрать.

— Угу, — мрачно прокомментировал Олег, все еще не отойдя от того, куда мы ехали вместо того, куда должны были, — проще закрасить, в смысле засыпать, чем отодрать, в смысле — убрать. Так что лопаты в зубы, и зарыть на месте. И в темпе.

— Офигеть! — выскочил из кабины Серега. — Штурмана́, блин! Совсем как в песне: «Он шел на Одессу, а вышел к Херсону!» Ну и что делать будем?!

— Погоди, мы точно на восток двигали, значит, не та группа… Считайте немцев!

— Шестерых танком, троих пулеметом, четверо живы, итого — тринадцать, — быстро ответил Олег. — А скольких «пехота» забила?

— Троих принесли уже, одного, вон, волокут… — прикинул я. — Да и наших меньше ста… Ну не могли немцы столько грохнуть за ночь, если цель именно расстрелять не ставилась!

— Скорее всего на восток, в лагерь другой перегоняли, — предположил Сергей Олегович.

— Мочь-то могли… — задумчиво протянул Олег. — Но почему конвой тоже уменьшился?.. Да, группа другая, скорее всего… А направление…

И добавил, отвечая на предположение Олеговича:

— Это не их на восток гнали. Это мы на ЗАПАД ехали. Так моя думай. Ладно, сие даже неплохо — такого от нас не ждут. Главное теперь — правильно двигаться, а то в Польше будем… Хотя… Могу и ошибаться. А давай у «пехоты» спросим, куда их гнали, на восток или на запад?

— Ага, я в немецкой форме пойду вопросы задавать…

Олег, высунувшись по пояс, крикнул:

— Народ, вас куда гнали?

— А бог его знает, товарищ… — боец слегка замялся, ибо если спецназовский комок своим черным цветом еще как-то тянул на танковую форму, то вот звания-то моего он не знал. — Извините, не знаю вашего звания.

— Капитан, — повысил Олег себя в звании на ступень. Ну, за десять лет по выслуге пойдет, а летеха мало что может.

— Так вот, товарищ капитан, гнали нас куда-то на запад вроде, точнее, увы, не знаю. — Боец решил, что мы хотим найти лагерь с пленными, чтоб их, пленных, освободить.

— Погодь, боец, так мы навстречу вам попались или догнали? Да, и представьтесь.

— Навстречу. Нас тут на привал остановили, немцы просто отошли вперед колонны почти все…

Док

Утро наступило быстро. Только-только заснул, а тут уже и побудка. Пожевали чего-то, протерли глаза, и вперед, пожалуйте за баранку. Еще где-то с час рулили по лесной просеке, потом выбрались на более открытую местность.

Дорога вилась между холмами и островками деревьев. Сразу возникло желание утопить педаль газа до упора. Вот ведь засада, наблюдать за воздухом никого не назначили. Ну, будем надеяться, что кто-то догадается. Иначе… Что иначе, подумать не успел, так как колонна резко остановилась. На всякий случай схватил свой винтарь и сиганул из машины. Осмотрелся кругом. Впереди взвилось облако пыли, затем взревел двигатель «тэшки» и раздалась очередь башенного пулемета. Затем была тишина.

Когда добрался до головы колонны, стала ясна причина остановки. Пленные. Танк был вымазан в чем-то… ну, ясно, танк тоже оружие. Интересно, скольких передавили? В общем, догнали мы колонну пленных, получается, ну, и конвоиров, вряд ли их было много, приговорили. Не всех, правда — трое, вон, вполне себе целые, правда, немного офигевшие от быстрой смены ролей. И еще один — офицер, что ли? Правда, этого немного помяли. Ну, ничего, полежит, придет в себя. Связать, правда, надо. На всякий пожарный.

Но что-то было не так. Как мы могли немцев догнать? Они чего — пленных на восток перегоняют? Подошел к танку. Ребят интересовал этот же вопрос. Олег Соджет матерился:

— Мать!!!.. и… в… на…!!! — мощно загнул. — Это кто у нас тут Сусанин? Куда нас завел??? На кой нас на запад понесло? Наши-то на востоке!

Да уж… герои. Получается, вчера от колонны мы в темноте на запад уходили, а сегодня с утра никто опять не сообразил глянуть, в том ли направлении идем. Да уж… «Ну, ты и идиот, Олежка, — подумал я про себя, — хоть бы по деревьям сориентировался, где север, если уж звезд в лесу не видно. Разбаловался совсем с этими джипиэсами».

Но нет худа без добра. Вполне себе в духе времени. То-то немцы фигеют. Еще бы — они вроде как побеждают, Красная армия отступает, а тут такое… «Вперед, в наступление». А потом ходят по Европе легенды про странных русских, которым закон не писан и воюют они не по правилам. Ну и пленных вон сколько отбили — и то доброе дело. Тут наверняка и водилы есть. Хоть отдохну немного.

Степан

Довольно быстро вышли на дорогу и двинулись по ней. Шли с открытыми люками, хотя на дороге этого делать, наверное, не стоило. Хотя… Спорно — с открытым люком хоть видно, куда едешь. Спустя какое-то время Саня, не подавая сигнала остановки, начал плавно притормаживать. Остановившись, он выскочил из машины, приветливо помахал кому-то рукой, после чего направился к нам. Выяснилось, что впереди колонна наших пленных и что охрана столпилась в голове ее.

Вот и первый бой. Нервничая, закрываю люк, но… Все закончилось быстро. Немцы стояли плотно, потому с полдесятка моментом оказались под танком. Самых шустрых срезала Ника.

Тишина, только слышно, как кого-то бьют, да Олег ругается. Люк открыл осмотреться. Зря, ох, зря. Вы когда-нибудь труп, танком перееханный, видели? Нет? Ну и слава богу. Странно, летчик не так подействовал. Поэтому в стихийно возникшей дискуссии на тему «как мы сюда попали» участие принимал пассивное. Блин, слава богу, мне это удалось.

Установив, что мы просто вышли на другую колонну, и прикопав трупы, рванули с дороги в лес. Танк шел за пленными, поэтому я имел возможность видеть, что происходит. И мне это не сильно понравилось.

— Олег, — крикнул я внутрь танка, — наше подкрепление нагло разбегается. Понял-понял — пусть валит, кто хочет.

Олег Соджет

— Ну, а теперь — стройся! — гаркнул я, и когда освобожденные бойцы построились, продолжил: — Пехота на месте, артиллеристы шаг вперед, танкисты два шага, водители три, техперсонал четыре. Прочие войска пять и уточнить, кто есть кто! Офицеры есть?

— Нет, только красноармейцы и младшие командиры, — ответил кто-то из строя, в котором началось какое-то движение.

— О-па, кто сказал? Ко мне! Я что, непонятно выражаюсь? — рявкнул Саня.

Чего это он?

Из строя вышел солдат в сапогах.

— Красноармеец Савостин.

Ответивший был растерян из-за того, что хоть его и спросили по-русски, но спрашивающий был в немецкой форме…

— Это лейтенант Бондаренко. Не волнуйтесь. Форма только маскировка, не более, — успокоил я народ.

— Так, товарищ красноармеец, вы лично уверены, что здесь нет командиров и политруков? — продолжил Саня.

Солдат молчал, видимо, форма вводила его в смятение.

Сергей Олегович

Среди наших произошло какое-то шевеление, начали выходить танкисты, артиллеристы. Из водителей первым вышел пожилой мужик в замасленной форме.

— Я водить могу! — сказал он.

— А где служил? — поинтересовался я.

— Да в БАО баранку крутил. Техников-то летчики с собой увезли, кого смогли, а нам, значит, самим прорываться пришлось. Вот немчура-то нас и похватала на марше. А что делать, у нас на всех три винтовки, и все, да наган у командира!

— Ладно, как тебя по имени-отчеству? — спросил я у водителя.

— Сергей Петрович я, Савельев, — ответил он.

Саня Букварь

— Олег, на минуту! — Мы отошли, оставив пленных на попечение остальных, и я очень тихо сказал: — Во-первых, слишком быстро он ответил, во-вторых, по-канцелярски, в-третьих, ты сказал — ОФИЦЕРЫ, в-четвертых, сапоги. Не слишком ли много вопросов возникает?