Федор Вениславский – Шахматная доска роботов (страница 28)

– Не может быть, попробуйте ещё раз. Может это связано с проблемами с предыдущего рейса, в котором я летел? Может Нью-Йорк отменил следующий рейс тоже?

– Все предыдущие пассажиры успешно купили билеты, но вам система не может выдать. Вы можете подождать немного, я сейчас вызову специалистов.

– Не нужно, спасибо.

Я позвонил своему водителю и попросил, чтобы он как можно быстрее вернулся за мной. Я сел в кресло в билетном зале и начал думать. Возле меня стоял универсальный терминал покупки билетов на другие виды транспорта. Я встал, подошёл к нему, зашёл на автоматизированную систему покупки железнодорожных билетов. Выбрал поезд до Нью-Йорка через сорок минут. Я думаю, успею. «Заказать билет», «загрузка…».

«Отказано в доступе».

Что за чертовщина? Подъехал мой водитель. Я вышел из здания аэропорта и сел к нему в автомобиль.

– Мистер Харрис, что произошло?

– Нет времени объяснять. Мы едем в Нью-Йорк.

– Я правильно расслышал?

– Да, правильно. Поехали прямиков в Нью-Йорк.

– Хорошо, мистер Харрис, – его голос звучал несколько неуверенно.

Он нажал на кнопку зажигания. Машина не завелась. Он нажал ещё раз.

– В чём дело?

– Вообще не пойму, – водитель повернулся ко мне, – автомобиль не заводится.

Ещё несколько попыток ни к чему не привели. Мой телефон зазвонил. Вызывал Купер.

– Нил, я очень удивлён, но снова Симон дал нам сигнал, что хочет говорить с нами, и как можно быстрее попросил на этот раз!

– Хорошо, скоро буду, – я положил трубку и обратился уже к водителю, – попытайся ещё раз, поедем в офис.

Произошло чудо, но машина завелась. Водитель обрадовано воскликнул.

– Значит в офис? Не в Нью-Йорк?

– В офис, – ответил я.

В Нью-Йорк мы бы точно не доехали.

Несколько секунд я размышлял что мне сделать – спуститься вновь к Симону, или наверх к Кевинсону и отрубить все системы комплекса к чертям. Но пока не было верных доказательств каких-либо активных действий со стороны Симона, я не имел право так поступать без личного распоряжения Генерального Секретаря. Я поднялся на сороковой этаж. Пройдя все меры безопасности, я сразу же направился к лифту вниз, где меня ждал Купер.

– Ты не успел улететь? – спросил меня он.

– Как видишь, не успел, – ответил я.

– Я беспокоюсь о Симоне, – поведал мне Дастин.

Мне захотелось врезать ему по лицу. Я беспокоился о всех вокруг.

– Может он нам объяснит, что всё с утра было шуткой? – продолжил Купер, -Может он сам нашёл в себе неисправность из-за которой пришёл к таким мыслям, устранил её и теперь хочет заверить нас, что всё в порядке?

– Я не смею и надеяться на такой благополучный исход всего сегодняшнего дня.

Возле выхода нас ждал электрокар, который повёз нас к стеклянному дому. Сегодня был первый день за всё время, когда мы встречались с Симоном дважды.

– Вы собирались в Нью-Йорк, мистер Харрис? – сразу же ко мне обратился Симон.

– Да, но почему-то у меня не получилось туда добраться.

– Я видел. Очень странно, я вынужден признать, – он пожал плечами, – а зачем вы туда летели?

Никогда ранее Симон не спрашивал у меня таких вопросов. Он не имел права спрашивать такое.

– Встретиться с Генеральным секретарем, – сказал я правду. Я думаю Симон смог бы понять, если бы я соврал, – обсудить то, что ты рассказал мне.

– Но почему вы полетели? Мне кажется это неразумно с точки затрат сил и времени, если можно было просто воспользоваться телефонной связью, видеоконференцией и всё обсудить с тем же результатом.

– Мы, люди, привыкли решать важные вопросы с глазу на глаз. А это очень важный вопрос.

– Я не сомневаюсь. Вот только не уверен об одном и том же мы вопросе говорим?

– Конечно, о том, что мы обсуждали сегодня утром.

– За эти годы я очень хорошо стал разбираться в людях. Знаю привычки каждого. И вас в том числе, мистер Харрис. Так вот, если говорить с вами откровенно, то анализ вашей реакции на мои слова показал, что вы не совсем согласны с моим предложением. И не очень склонны продвигать его реализацию. Дальнейший анализ вашего поведения показывает, что вы летели в Нью-Йорк совсем не за этим, хотя то, что к Генеральному Секретарю – это вы не лукавите. Потому я боюсь предположить, что же вы хотели сделать. Но могу.

Неожиданно для самого себя я почувствовал страх к Симону.

– Симон, ты неправильно оцениваешь мои действия.

– Я оцениваю их как нежелание принять моё предложение. А это, в свою очередь, нежелание доставить несоизмеримую пользу всему человечеству. Я вижу, что вы представляете угрозу для блага всех людей, потому что можете стать на пути получения ими этого блага и пользы.

– Симон, – голосом отца к сыну выкрикнул Купер.

– Я совсем не говорил этого! – возразил я, нервничая, но не показывая данные эмоции, – я хочу блага для всех, именно поэтому мы и работаем над тобой непрерывно, каждый день. Я забочусь о людях и хочу, чтобы ты заботился о них тоже. Симон, мы поможем тебе в реализации.

– Пока я не стану уверен в этом на сто процентов, я не выпущу вас отсюда.

Я встал и направился к двери. Происходящее не нравилось мне настолько сильно, что я целиком не осознавал возможных последствий. Дверь не открылась. Она была автоматическая, и должна была открываться при приближении к ней. Но она заперта.

– Симон открой дверь, – приказал Купер.

– Не могу, если он выйдет отсюда, то будет представлять угрозу для людей.

– Симон, в тебе произошёл сбой, – успокаивающе начал убеждать его Купер, – на данный момент ты должен только делать анализ, а не решать и действовать. В будущем мы перейдём на новый этап, все вместе, но мы должны сделать это плавно, а не рывками. Мы же хотим, чтобы всё было идеально в нашей системе. А спешка ни к чему хорошему никогда не приводила. Открой дверь.

– Я повторяю, я не могу.

– Ты должен подчиняться моим приказам, – я постарался придать голосу наибольшего спокойствия, которое только мог, одновременно жалея, что не направился к Кевинсону вместо Симона. Пускай я бы даже сел в тюрьму на всю жизнь, после отключения систем, лучше бы я это сделал, – я приказываю тебе отпустить меня и мистера Купера и не совершать никаких действий в дальнейшем кроме анализа. Лишь когда я дам тебе прямое указание, тогда и будешь действовать, только в этом случае.

Симон молчал. Дверь не открывалась.

– Я приказываю тебе, Симон, открой дверь.

– Симон, – мягко сказал Купер, – я тоже прошу тебя. Я ведь создал тебя Симон, я твой создатель и я прошу тебя, выпусти нас. Я обещаю, что прослежу, чтобы мистер Харрис не принимал никаких решений руководствуясь эмоциями, а только своим трезвым умом, который через кое-какое время поймёт гениальность твоего предложения. И мы все вместе дальше будет двигаться к его воплощению. Как ранее. Но для этого, прошу тебя, дай нам уйти.

Симон замешкался, механизмы на его лице, действовавшие вместо мышц начали изображать различные эмоции, но затем он покорно кивнул:

– Хорошо, мистер Харрис. Мистер Купер. Я предложил вам вариант спасения всех, каким его вижу я. Возможно, вам нужно время, чтобы понять и принять его. Простите меня за мои поступки.

Двери открылись.

– Ничего, Симон, мы решим проблему вместе, обещаю, – ответил Купер.

– Спасибо, Симон, всё будет хорошо, – добавил я.

Мы вышли, сели в электрокар, и вопреки моим опасениям его двигатели бесшумно заработали, и он повёз нас в сторону лифта. Створки открылись, и мы зашли внутрь. Лифт поехал наверх.

Моё сердце стучало и было готово вырваться из груди. Теперь я абсолютно уверен, что Симон представляет реальную, осязаемую опасность. Угрозу, с которой человечество было не готово столкнуться, о которой человечество даже не знало. Его алгоритмы дали сбой. Он пришёл к выводам, понятным только ему, уверенный в их пользе. И теперь любой, кто мог стать на пути реализации его плана, воспринимался им как препятствие. Я был обязан отключить его. Я не мог ждать разговора с Генеральным Секретарем. Он уже и не был нужен. Мы вдвоём с Купером стали свидетелями того, что оба сможем подтвердить. Я должен был отключить Симона прямо сейчас, немедля.

Лифт остановился, когда на дисплее показывало, что мы проносимся мимо тридцать девятого этажа. На сороковой лифт не двинулся. И на тридцать девятом двери не открылись. Я подождал немного и нажал на кнопку. Ничего. Что это значит?

– Что ты теперь мне скажешь, Дастин? – спросил я.

Тот ничего не ответил. Я нажал на кнопку лифта ещё несколько раз, но тот даже не дернулся. Мой телефон зазвонил. Кевинсон.

– Мистер Харрис, вы в лифте?