И новой жизнью забавляется
В иных телах.
20 марта 1899, 30 июля 1901
«Воля к жизни, воля к счастью, где же ты...»
Воля к жизни, воля к счастью, где же ты?
Иль навеки претворилась ты в мечты
И в мечтах неясных, и тихом полусне,
Лишь о невозможном возвещаешь мне?
Путь один лишь знаю, – долог он и крут,
Здесь цветы печали бледные цветут,
Умирает без ответа чей-то крик,
За туманом солнце скрыто, – тусклый лик.
Утомленьем и могилой дышит путь, —
Воля к смерти убеждает отдохнуть
И от жизни обещает уберечь.
Холодна и однозвучна злая речь,
Но с отрадой и с надеждой внемлю ей
В тишине, в томленьи неподвижных дней.
4 августа 1901
«Помнишь, мы с тобою сели...»
Помнишь, мы с тобою сели
На шатучие качели,
И скрипучая доска
Покачнулася слегка.
За холмами две свирели
Про любовь нам сладко пели,
И по воле ветерка
Два мелькали мотылька.
Словно в детской колыбели
Мы качалися и пели,
И была твоя рука
На губах моих сладка.
Тучки на небе горели,
Мы купаться захотели,
От качелей так близка,
Заманила нас река.
8 августа 1901
«Я печален, я грешен...»
Я печален, я грешен, —
Только ты не отвергни меня.
Я твоей красотою утешен
В озареньи ночного огня.
Не украшены стены,
Желтым воском мой пол не натерт, —
Я твоей не боюся измены,
Я великою верою тверд.
И на шаткой скамейке
Ты, босая, сидела со мной,
И в тебе, роковой чародейке,
Зажигался пленительный зной.
Есть у бедности сила, —
И печалью измученный взор
Зажигает святые светила,
Озаряет великий простор.
12 августа 1901
«Ты в стране недостижимой...»
Ты в стране недостижимой,
Я в больной долине снов.
Друг, томительно любимый,
Слышу звук твоих шагов.
Содрогаясь, внемлю речи,
Вижу блеск твоих очей, —
Бледный призрак дивной встречи,
Привидение речей.
Расторгают евмениды 
