Федор Решетников – Заседатель (страница 2)

Судейкин (выходит из терпенья). Что вам нужно?

Марфа Павловна. Неужели для меня, которая так тебя любит, ты готов всю родню мою обидеть и погубить.

Судейкин. Конечно!

Марфа Павловна (садясь возле него, беря его за руку). Паша! какой ты, право, жестокий! Ну, пощади Семенова…

Судейкин. Да ты мне скажи, как он тебе будет родственник, да за одно уж и про дело. Ведь, ты знаешь, коли он тебе родня, все об ихнем доме (курит).

Марфа Павловна. Изволь. В двадцатых годах в уездном городе Н. жил мещанин, человек зажиточный, торговал мясом и салом. Он был холост. Сестрица сродной тетушки моей, Анфисы Павловны, Агнеса Капитоновна, жившая там с мужем, чиновником уездного суда, и влюбись в этого мещанина. Конечно, это глупо и неловко для нашей родни. Но любовь!.. Как муж умер от чахотки, она и вышла за Семенова.

Судейкин. Хороша родня десятого колена! Ха, ха, ха!.. Ну, а дело-то?

Марфа Павловна. Вчера, как ты ушел утром в палату, сын Семенова был у меня. Это красивый парень, здоровый, конечно, без образования. В уездном городе где образоваться! когда у нас мещане не образовываются, а там и подавно. Я, говорит, ваш родственник. У меня, говорит, есть дело, дело это правое…

Судейкин. Вот и врешь.

Марфа Павловна. Вот слушай, что он рассказал. Отец его покойный у мещанина Ершова дом купил. Дом славный, с садом еще, там стоит рублей 3000 на серебро, а здесь бы стоил 9000 р. Только дом куплен без всяких актов. В деле нет ни документов, ни росписки от Семенова, а у Ершовых по какому-то случаю оказалась и купчая крепость. Во время покупки дома у Ершовых было двое детей, и он сам по продаже дома уехал в другой город. А по смерти его, годов через 7, мать Ершовых наследников нашла в ящике документ на дом, а детям сказала, что Семенов домом владеет неправильно. Ершовых мать подала просьбу, вот и завязалось дело. Конечно, Семенов в суде ничего не взял и подал в палату.

Судейкин. И палата откажет. Напрасно подавал.

Марфа Павловна. Ты видишь, Семенов не виноват. Зачем же все на него?.. Он меня просил, чтобы я попросила тебя. Он мне дал еще для передачи тебе сто рублей…

Судейкин (вставая). И ты взяла?

Марфа Павловна. Что же! Дают, так отчего не брать.

Судейкин. И тебе не стыдно?

Марфа Павловна. Чего ж стыдиться? Коли муж берет, так отчего не брать жене.

Судейкин. Браво! Глупо!.. Подло! Вот до чего мы дожили!.. Уж жены стали брать взятки…

Марфа Павловна. Смейся, смейся, а сто рублей не шутка.

Судейкин. Конечно, для того, кто не знает стыда и совести.

Марфа Павловна. У тебя, Паша, давно их нет. Ну что же? Вот и деньги, возьми! (Кладет на стол.) Ну, что же? Ведь сто рублей!..

Судейкин (про себя). Что делать? Сто рублей… На дорогу… На обзаведение?.. Последнее дело решаю… (Марфе Павловне.) Нельзя.

Марфа Павловна. Ну, заладил нельзя да нельзя. Не мучь, пожалуйста, меня. Я целых два часа жду твоего согласия, предлагаю деньги. Ну, как же?

Судейкин (про себя). Честь давно уж продана. Ведь не узнают. Возьму, напишу как-нибудь. Я не виноват, она… А там не буду…

Марфа Павловна. Вот еще 50. Извини, что не все сразу показала. Он дал 150, а больше, говорит, нет.

Судейкин. Марфа Павловна! Я уж говорил тебе, какой грех и что ожидает меня за это. Я уж клялся не брать больше.

Марфа Павловна (смеясь). Еще возьми, а больше не бери…

Судейкин. Так, так… но? Нарушить закон!

Марфа Павловна. Какой ты несговорный. От того-то ты и беден. Ну, с чем ты поедешь в уезд?.. Вообрази свое положение. Ты там не бери, а теперь, зачем отказываться? Ведь, написать не долго, а там как хотят.

Судейкин. Написать, так надо подать в присутствие, а подал, так и утвердят.

Марфа Павловна. А чем скорее, тем и лучше.

Судейкин. Но, Марфа Павловна… Ведь за это под суд можно попасть…

Марфа Павловна. С чего ты взял… (Развертывает бумаги, книга и дает перо Судейкину.) Ну, пиши скорее.

Судейкин (молча садится и пишет).

Марфа Павловна. Ты что пишешь?

Судейкин. Отказ Семенову.

Марфа Павловна. Паша! Пиши, на основании 2319 ст. Ершову отказать, так как он ничем не доказал…

Судейкин. Не доказал… доказал… Ну, да что с тобой делать. (Пишет. Про себя:) О я… вот что сделаю. Пусть ее говорит! Напишу; а деньги у меня. Сегодня Семенов будет в палате, отдам ему. Нет, матушка, будет командовать надо мной… Деньги! Вот они-то и губят нас.

Марфа Павловна. Будет вам умствовать, пишите, ваше благородие, по 529 ст., Ершов должен заплатить Семенову…

Судейкин. Чтобы пополнить ту сумму, что дал вам? Вот как! (Смотрит на книгу.) Как глупо. Прочитай и сообрази.

Марфа Павловна. А что!

Судейкин. Читай, читай!

Марфа Павловна (прочитав). Ошиблась, не ту сказала. (Диктует:) Так как Ершов умер, то взыскание за не гербовую бумагу и за все обратить с его жены или детей.

Судейкин. Вы сообразите, что говорите!

Марфа Павловна. Да у ней имения сколько осталось!

Судейкин. Хоть бы миллион, так нам какое дело. Вы забыли, вот вам 111 и 114 ст. жена за мужа долги не платит.

Марфа Павловна. Жаль! Ну, Паша, ты кончай в пользу Семенова. Надеюсь, кончишь, а я пойду приготовлять чай (Поцеловав его, уходит.)

Судейкин! (один)

Судейкин. Господи боже мой, до чего я дожил! Жена! Прежде хороша она была мне, а теперь я понял, что скверно, гадко. Прежде, бывало, дадут 5, 10 рублей, и то ладно. Тогда я сильно пил; а если бы не пил, можно было накопить денег, построить дом, я бы был давно ассесором. А то теперь вот и живу в женином доме. Что это, право, за жена у меня. Она у своего дядюшки все должно быть законы читала. Вот и думает, что много знает. Придет ко мне проситель, она наперед с ним обделает дело, потом просит меня, дает денег и велит писать, как ей вздумается, и воображает, что я делаю по ее воле… Наконец, как я попал под суд по двум делам, я сообразил, понял, что я делаю скверно, что я все-таки больше знаю жены. Еще бы!.. Я и решился не слушать ее; а она на зло снова и снова… Соблазняет, дает сотни, ну и не утерпишь. Вот вам будущий заседатель; ну, какой я заседатель?..

Марфа Павловна (приносит большой фарфоровый стакан и белого хлеба и уходит).

Судейкин (один)

Судейкин. Ну, нет, я решился теперь не поддаваться ей. В самом деле ведь это чорт знает, что такое! Ершову дома не отдать, когда документы есть у него… А в уездном суде, клянусь, не брать больше… ни, ни, ни!

Ольга и Судейкин

Ольга (в ситцевом платье).

Ольга (входя). Папаша!

Судейкин. Что, Оличка?

Ольга. Папа, я слышала… ваш разговор с мамашей.

Судейкин. Ну, а тебе какое дело?

Ольга (обнимая Судейкина и целуя). Папаша! Милый папа! Не вы ли давно когда-то говорили быть мне честной, не брать пример с мамаши? Не вы ли клялись когда-то давно быть честным, не брать подарков или взяток. Не вы ли доверяли мне ваши тайны, с любовью жаловались на мамашу и просили не покидать вас советами? И что же? Сегодня вас обманула мамаша, говоря, что Семенов ей родственник. Не верьте, нисколько… Вы взяли деньги… Папа! Для того ли вы воспитали меня, чтобы все говорили: вот, училась в пансионе, а отец взяточник?..

Судейкин. Будет, будет, Ольга! Я все знаю… все…

Ольга. Простите, папа, я вас предостерегаю. Ведь над вами насмеются, отдадут под суд…

Судейкин. Отдадут.

Ольга. А как это хорошо, вообразите, под судом, без места, никому глаза нельзя будет показать (плачет).

Судейкин. Так, Ольга… Я это знаю, но боюсь…

Ольга. Кого?

Судейкин. Жены. Через нее я получил место заседателя.