Федор Раззаков – Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей (страница 22)

Москвичи бросились отыгрываться, но у них ничего не получалось. Команда явно была не в своей тарелке. Даже их первое звено было не похоже на себя. Может быть, потому, что рядом с Мальцевым и Природиным не было их постоянного партнера Владимира Голикова, а вместо него играл молодой игрок Сергей Меликов. В результате свою единственную шайбу в этом матче москвичи забили под занавес матча – на 60-й минуте это сделал Валентин Назаров. Причем после того, как за минуту до этого отличился его однофамилец – рижанин Вячеслав Назаров. Итог матча – 4:1 в пользу подопечных Тихонова.

Игра еще была в разгаре, когда инспектор Звягиньш вошел в подъезд дома на проспекте Ленина и поднялся на четвертый этаж. Подойдя к одной из дверей, он прислушался. За дверью явно слышались голоса. Причем это был голос диктора, который вел прямую трансляцию хоккейного матча между рижанами и москвичами. Удовлетворенный этим, инспектор нажал на кнопку звонка.

Ждать пришлось недолго. И уже спустя минуту дверь отворилась и на пороге возник мужчина в махровом халате на голое тело. В руке он держал банку из-под пива, причем импортную.

– Ба, кого я вижу! – воскликнул мужчина, после чего спросил. – У нас что, уголовка хоккей не смотрит?

После этих слов мужчина засеменил в комнату, поскольку в телевизоре послышался шум, похожий на звук ревущего от восторга стадиона. Инспектор переступил порог и услышал вопли, которые принадлежали уже хозяину квартиры:

– Го-о-л! Наши гол забили!

Когда инспектор оказался в гостиной, где работал телевизор, он увидел на экране обнимающихся игроков рижского «Динамо».

– Какой счет? – поинтересовался гость.

– 1:0, – последовал ответ. – Петя Воробьев такую «бабочку» москвичам забил – закачаешься.

Пока хозяин дома радовался первому голу своих кумиров, Звягиньш осмотрелся в комнате. Она была в творческом беспорядке: на диване кипой лежали заграничные пластинки, а на столе возвышалась стопка таких же иноязычных журналов. Взяв один из них в руки, инспектор прочитал на обложке название: «Playboy». Обнаженные девицы на каждой странице без стеснения демонстрировали свои пышные и аппетитные формы.

– Это мне по подписке приходит, – отвлекаясь от телевизора, произнес хозяин дома.

– А пластинки фирма «Мелодия» рассылает, – усмехнулся инспектор.

– Товарищ Звягиньш, мы же с вами давно знаем друг друга и всегда находили общий язык, – ставя недопитую банку на стол, сказал мужчина. – Я помогаю вам, вы – мне. Это называется заграничным словом «бартер».

– Согласен, Густав, – кивнул головой инспектор. – Я за этим, собственно, и пришел – за бартером. Вот ты сейчас смотришь хоккей и шумно болеешь за наших ребят. И не знаешь, что всего лишь час с небольшим назад у их тренера умыкнули «дипломат» с ценными бумагами. Представляешь, каково ему сейчас – и за игрой следить, и о потерянных документах думать.

– Это ты про Тихонова, что ли?

– Про него самого.

– Где же его обчистили?

– Представь себе, на твоей территории – прямо во Дворце спорта, в «Черном баре».

– Вот жулье! – картинно всплеснул руками Густав.

– Не то слово, – согласился инспектор. – Но ты мне объясни, Густав, что это за люди, которые тренера рижского «Динамо» в лицо не знают? Разве такое возможно?

– Возможно, товарищ Звягиньш. Вы не представляете, какая молодежь нынче пошла – беспросветная. Они не хоккеем интересуются, а голыми бабами, – и Густав сделал жест в сторону стола, где лежали порнографические журналы.

– Значит, плохо мы воспитываем нашу молодежь, – резюмировал инспектор.

– Я вас понял, – приложив ладонь к груди, произнес Густав. – Приметы этого жулика у вас имеются?

– Молодой парень, в кожаном пиджаке, волосы кучерявые, как у американской коммунистки Анджелы Дэвис. И еще: официант говорит, что он курит сигареты «Кент».

– Дальше можете не продолжать, – жестом остановил плавную речь инспектора Густав. – Можете передать товарищу Тихонову, что его «дипломат» уже найден.

– К концу игры управишься? – поинтересовался инспектор.

– Обижаете, начальник. Сейчас в игре как раз перерыв наступил, вот им и воспользуюсь. Уж больно матч досмотреть хочется.

– Тогда не буду тебе мешать, – и инспектор, пожав на прощание руку Густаву, направился к выходу.

Однако, проходя мимо дивана, он остановился и спросил:

– Новый «Иглз» есть?

– «Отель «Калифорния»? – уточнил Густав. – Вон он лежит сбоку.

Инспектор взял в руки диск и спросил:

– Я возьму послушать?

– Можете слушать до старости – мы не жадные. А Тихонову передайте, что мы, деловые люди, его очень ценим и уважаем.

Когда матч закончился и Тихонов вместе с командой шел в раздевалку, у дверей его поджидал инспектор Звягиньш с «дипломатом» в руке.

– Неужели нашли? – воскликнул тренер.

– Рижская милиция даром хлеб не ест, – расплываясь в улыбке, ответил инспектор.

– Огромное вам спасибо, – поблагодарил сыщика Тихонов, принимая у него «дипломат».

– Вы посмотрите, все ли на месте, – посоветовал инспектор.

Тихонов при нем открыл портфель и в течение минуты перебирал в нем бумаги. Наконец, поднял голову и сообщил:

– Все на месте, кроме денег.

– Много было?

– Двести рублей с копейками.

– Вот гады – хоть в чем-то, но обманут.

– Бог с ними, с деньгами, – махнул рукой Тихонов. – Главное документы целы, пропуска. А деньги мы заработаем.

Анжела Белова приехала на работу во второй половине дня – в салон-парикмахерскую недалеко от метро «Ленинский проспект». На входе ее догнала подруга Светлана Негода, которая тоже приехала на работу в ту же смену. В руке она держала модный полиэтиленовый пакет, купленный ею в прошлом году на выставке в Сокольниках в честь 200-летия США. Взяв Анжелу под локоть, Светлана прошептала ей на ухо:

– Анжелка, привет, тебе «АББА» не нужна – первый их диск в Союзе?

И прежде чем Анжела успела что-либо ответить, подруга раскрыла перед ней пакет и вытянула из него на свет краешек пластинки популярного шведского квартета.

– Позавчера в ГУМе купила. Знаешь, какая давка была – жуть!

– И сколько ты за него хочешь? – поинтересовалась Анжела.

– Червонец. Деньги дозарезу нужны – Жорик «Фарца» стильный батник предлагает, а последний срок до завтра. Представляешь, моя мечта – приталенный, перламутровые кнопки, два накладных кармана, рукава с манжетом.

Видя, что подруга задумалась, Светлана сообщила:

– Имей в виду, я тебе, как лучшей подруге, первой предложила. Такие диски на дороге не валяются – его наши девчонки с руками оторвут.

– Ну, хорошо, уговорила – жалко твои руки, чем ты людей стричь будешь? – улыбнулась Анжела и потянулась в сумочку за кошельком. – Только уговор: отдашь мне диск с пакетом, а завтра я тебе его верну.

– Можешь его себе оставить, у меня еще два дома таких же лежат – новенькие, – забирая деньги, произнесла Светлана.

Когда Анжела переоделась в симпатичный розовый халат и вышла к своему рабочему месту у окна, у кресла ее уже поджидал хороший знакомый – 17-летний учащийся ПТУ Федор. Он жил в Орехово-Борисово, но специально раз в полтора месяца приезжал в этот салон, чтобы сделать себе модную стрижку «Молодежная» за 3 рубля 40 копеек при средней цене за стрижку в обычной парикмахерской 40 копеек. Федор был фанатом московского «Спартака» и даже сюда, в салон, приезжал в красно-белом вязаном шарфике – фанатском атрибуте, ставшим модным среди спартаковских болельщиков буквально год назад. Сей шарфик ему сшила его любимая девушка.

Помыв под ручным душем голову парня, Анжела укутала ее в полотенце и начала тщательно обтирать. И только после этого взялась за ножницы. Ловко орудуя ими, она внезапно спросила у своего клиента:

– Федор, а когда заканчивается чемпионат страны по хоккею?

Удивленный таким вопросом, парень поднял глаза вверх – чтобы понять, что он не ослышался. И только встретившись глазами с девушкой – а в них читался немой вопрос – он ответил:

– Еще месяц будут играть – до 19 марта.

– Это, значит, сколько игр еще осталось?

– Восемь или девять туров.

– Ах, это так называется? И все игры будут в Москве?

– С чего это, если команды из разных городов? – удивился Федор. – Половина в Москве, половина на выезде.

– А ЦСКА когда в Москве будет играть в ближайшее время?