Федор Колобков – Возрождение Короля Гопников (страница 10)
– Да, отлично, Чере-что-то там и Царёв на ринг! – сказал Драгунский, от слов которого Саше впервые искренне усмехнулся. Юный гопник вздохнул, подходя ближе к центру, окутывая свои руки заново боксёрской лентой, как он мог надеяться соскочить с ещё одной ненужной драки. Дав очередную отмашку, Драгунский велел начать бой.
– Давно же мы не виделись, Царёв, – сказал Дима, принимая стойку.
– Почти два года, – ответил Саша, концентрируясь на своём враге. – Зачем тебе драться со мной?
– Да, знаешь, почему бы и нет? В школе ты очень часто задирал нос, пытался вечно быть крутым. Вокруг тебя собирались толпы, восхваляя твою жалкую и никчёмную натуру. На это было жалко смотреть, – они ходили по импровизированному кругу по линии окружности, не нападая друг на друга. – Поэтому я решил, почему бы не приземлить твоё безродную душонку, – Царёв нахмурился в замешательстве, он не ожидал услышать такие лестные слова от своего бывшего друга. Может, они и перестали общаться, но Саша точно не был инициатором этого. Он скорее плыл по течению и, освоившись в новой школе, постоянно обретал новых друзей. Ему казалось, что Димой они разошлись на мирной ноте. Хотя их дружба была, мягко говоря, натянутой, каждый пытался друг другу что-то доказать, переиграть и победить. Оглядываясь назад, Царёв усмехнулся: это было так по-детски. – Я вижу, тебе забавно? Скоро я сотру ухмылку с твоего лица. О, и лично сдеру с тебя твои уродливые рыжие волосы, – внутренне Царёв плакал, почему никому не нравится его необычный имидж? Он решил, пора заканчивать этот цирк. Саша не знал, что плохого сделал этому человеку, возможно, это была невольная и злобная зависть, которую Дима, наконец, выплеснул наружу.
– Начинай уже! – сказал Царёв, его лицо приняло суровое выражение. Он хотел поскорее покончить с этой дракой и спокойно отдохнуть.
– С удовольствием, – язвительно протянул Дима и ринулся в бой. Сделав выпад, Черепитцев нацелился сразу дезориентировать соперника ударом в левую часть челюсти. Царёв предвидел замах и блокировал его, быстро контратакуя мягким джебом гопника в нос. От удара Дима опешил, встряхнув своей тыквенной головой, он почувствовал, как из левой ноздри попадали пару капель крови. Дима взглянул на противника, который в тот момент легонько улыбался от действенной атаки. Ярость окутала Черепитцева, весь одиннадцатый класс он наблюдал за этой противной улыбкой. Он сотрёт её навсегда. С отчаянным криком Дима накинулся на Царёва, нанося постоянные неточные удары. Саша, в свою очередь, медленно отпускал, пытаясь найти окно для пробития. Когда бежать было уже некуда, Саша заблокировал удар, уже выдохшегося Черепитцева и со всей силой атаковал прямо в живот, выбивая воздух из противника. Дима не успел отойти и вовремя сгруппироваться, поэтому Царёв, не упуская возможности, пробил живот ещё несколько раз, взяв бывшего друга за шею. Саша уже хотел заканчивать, но здесь его кто-то резко толкнул сзади так сильно, что юный гопник повалился на пол. Его глаза расширились, когда он увидел парня высокого роста, совсем тонкого, с длинными белыми, как серебро волосами, зачёсанными назад. Его насмешливая улыбка с кривыми зубами была жуткой до такой степени, что у Царёва по спине пробежал холодок. Не успел он встать, как кто-то сзади схватил его за волосы, оттягивая назад так, что голова Царёва чуть не оторвалась. Он посмотрел на злодея, который также нахально улыбался, словно готовился к чему-то. Этот парень был противоположностью серебряного – он был полный и маленький, с короткими тёмно-коричневыми волосами, которые глупо свисали на его жирный от пота лоб. Царёв уже хотел толкнуть подкравшегося врага, но Дима Черепитцев оклемался и со всей силой ударил юного гопника ногой в лицо, отправляя его на землю, кашлять кровью. Тут же прилетел удар под живот, заставляя мальчика глотать пыль, а за ним последующие два, по-видимому, от двух друзей Черепитцева.
Диана, наблюдавшая за всем этим ужасом, ринулась помогать своему другу. Это было несправедливо, трое на одного, так ещё и со спины! Но помощи от девушки не последовало, потому что остановил её не кто иной, как глава «Алого сердца». Глаза Дианы расширились, она не могла помочь, если она пойдёт наперекор Драгунскому, то всё полетит к чёрту. Взглянув на девушку сурово, Лёня ничего не сказал, но Диана уловила сообщение и, стиснув зубы, осталась наблюдать за нечестной дракой. Драгунский же занял место среди первых и прошептал: «Второй тип – ярость».
Царёв мучительно внимал в себя удары группы. Его били по лицу, по рёбрам, по ногам, у него никак не получалось встать. Лицо мальчика было изуродовано, свежая кровь лилась ручьём, растекаясь по всему лицу. Глубокие кровоточащие ссадины и тёмные, как смоль, большие синяки появлялись, заставляя тело гореть от невыносимой боли. Царёву было страшно, его сознание угасало с каждым последующим ударом. Наконец ребята выдохлись окончательно, сил не было даже легонько толкнуть лежачую жертву.
Дима, тяжело дыша от усталости, наклонился и тихо, и язвительно шептал Царёву. Глаза Саши были воткнуты в пол, он молча слушал жестокие и чудовищные оскорбления в свой адрес. Гопник раскрывал ему все свои гнилые чувства, накопившиеся за всё это время.
Внутри что-то подскочило, сердце начало стучаться ещё быстрее, не от боли, нет, это был адреналин, который накачивал кровь, ярость, которая кричала в уши со словами убить и уничтожить. Повернув голову, он смотрел своими кровавыми глазами на самодовольную улыбку Черепитцева, который продолжал свою громкую, матерную тираду.
– Ох, милый малыш повернулся ко мне? – сказал злодей, – только не плачь, это ведь только начало. – Улыбка сияла на его жёлтых зубах. Он уже хотел было встать после небольшого перерыва, но Царёв, собрав все свои оставшиеся силы, взял парня за волосы и припечатал прямо в землю, разбивая ему нос. От шока и боли Дима отскочил, вереща, как дикий зверь. Быстро встав, Царёв увернулся от удара серебряного и, словно животное, начал колотить его в лицо, придерживая, чтобы тот не упал или убежал. Парень свалился с разбитыми веками и губой. У него не было сил даже встать. Дима в это время отошёл от удара и уже бежал к Царёву. Но он резко остановился, когда Саша обратил на него внимание. Черепитцев взглянул в эти дикие мёртвые глаза, которые пугали до смерти. Дима даже не успел прийти в себя, как Царёв откинул его вниз, оседлав, и также, как с серебряным, уничтожал его лицо, превращая в кровавое месиво. Напротив них пухлый парень, последний из тройки подлецов, смотрел на это и не мог сдвинуться с места. Липкий страх обмазал его трусливую душу. Ему ничего умного не пришло в голову, как попытаться убежать. Парню было всё равно, что вокруг него стояли люди, которые насмехались вокруг. Он хотел выжить в этой резне. Развернувшись, пухлый парень уже начал идти, мысленно благодаря всех богов из всех пантеонов. Но радость его длилась недолго, он вдруг почувствовал резкую боль, повернув голову, парень увидел, как кто-то схватил его за волосы и оттянул вниз. Через секунду он уже лежал на полу, с шишкой на голове и оборванными волосами. Добил его Царёв, прямым ударом в пах. Бедный пухлый паренёк согнулся так, как ни один гимнаст бы не смог. Посмотрев вокруг, Саша выдохнул с облегчением, трое гопников лежали на полу, не двигаясь от жгучей боли. Осмотрев свой кровавый кулак, Царёв опустил глаза, грустно улыбнувшись. В кого он превращался?
Саша надеялся, что больше не будет участвовать в подобном, и решил отойти на задний план, наслаждаясь внутренней тишиной. От полученных травм все его тело было скручено, больно было даже дышать. Подбитые глаза, залитые кровью, мягко светились серым светом, иногда от неожиданной временной ярости, появляющейся только на миг, а иногда от дикой и накопившейся злости, которую он не всё выплеснул во время боя. Закрыв глаза, он отключил людской крик, который раздражал его. Вздохнув, он опечалился от всего происходящего, было жутко и страшно наблюдать за этим местом, где были не люди, а животные, думающие только о драках и мордобое. Саша было чуждо это общество. Столько крови, столько лжи и лицемерия вокруг, Царёв почувствовал это на собственном опыте. Запах металла проникал и окутывал все его тело, а температура комнаты нарастала с каждым полученным ударом. Находясь в легком полудрёме, он старался абстрагироваться от обстановки, направив свои мысли в более чистое и приятное место, представляя университет или прогулку с Вовчиком. Царёв не заметил, как сам глава «Алого сердца» подсел к нему, убирая свой блокнот в дальний карман.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.