Федор Березин – Создатель черного корабля (страница 12)
Естественно, оно могло разочаровать банальностью смысла. В том плане, что «Господа офицеры, поздравляем вас с успешным выполнением поставленной Империей задачи. Вы достигли экватора, по пути еще раз проверив функциональные возможности атомных крейсеров нового типа, и теперь ваша цель – так же успешно вернуться в родимый порт. Мы вас ждем!»
Однако предчувствие – то самое, пусть смутное, но видение поставленного на попа конуса будущего, подсказывало Стату Косакри, что в послании будет нечто гораздо более интересное.
Вообще-то он не ошибся, но насладится триумфом всезнания ему, понятное дело, не удалось. Мир подкидывал сюрпризы.
24. Сказки моря
Даже атомная мощь имеет пределы. Все ж-таки реактор «Пришельца-Близнеца» разработали скупердяи; нет бы добавить мегаватт-другой на всякий пожарный случай. Вот такой как сейчас, к примеру. Ибо после взятия «Хромого затейника» на буксир – казалось, чего там эдакого – пластиковый корпус, да реи – крейсерская скорость корвет-эсминца снижена вдвое, а маневренность… Конечно возле прицепного устройства сутки напролет дежурят готовые к немедленной «рубке канатов» люди. На случай внезапного появления противника. Такое вполне допустимо, ибо окончательно не ясно, успел ли парусник сообщить хоть что-то о своей судьбе ближайшему брашскому соединению. Тогда придется уносить ноги, или вступать в бой. А с «хвостом», и то и другое одинаково неудобно. Но вроде бы, в настоящий момент все относительно в норме, и пусть со сниженной скоростью, но все же боевой корабль идет на север, в направлении архипелага Роно, ибо по поводу рыцарской миссии, в кратких радио-переговорах, получено одобрение командования Белого Дважды Ордена Золотой Черепахи ФЗМ.
Однако к сожалению, мир Геи управляется – если конечно вообще управляется, а не идет по времени без руля и без ветрил – весьма мстительными, подверженными резким переменам взглядов и настроений богами. Или просто их представление о понятии «справедливости – несправедливости» соотнесено с бросанием кубика в «танко-шахматах». Самый простой вид управления, если только кубик без грузила. Ибо вся ответственность за решения переложена на так званую судьбу. И потому очень скоро эта самая судьба срабатывает против «Пришельца-Близнеца». Кстати, здесь снова, как и во многих случаях Трехсолнцевой Вселенной, попахивает прямым вмешательством небожителей. Так что уж в чем-чем, а в лености их обвинить не получается, все-таки весьма часто они вникают в совершенно мелочные дела, вовсе не сравнимые в непрерывностью продевания планетарной орбиты в игольное ушко антропогенного допуска.
Вот сейчас они обратили внимание на семенящий по – все еще южному – полушарию «Пришелец-Близнец». Ага, а что это у него такое интересное на веревочке? Ух ты, какие «муси-пуси» с низшими народами! Сколь благородно-чисты отрыжки разведенного на большом материке Эйрарбакского царства, они даже орошают линию экватора.
25. Небесный контроль
Жрец присутствовал на борту «Кенгуру-ныряльщика» не просто забавы для. Вера в чудесное, божественное происхождение всего сущего проистекала, на планете Гея, не из-за особой предрасположенности местного человечества к религии, а по причине неудовлетворенности достижениями науки. Может быть, кому-то в какой-нибудь другой вселенной это покажется удивительным явлением? Все допустимо. Однако здесь получилось именно так. А вера в божественное творение мира присуща всем без разбора мало-мальски разумным существам. Ведь поначалу, не имея никаких технических инструментов для исследования, они вынуждены руководствоваться только чистым папирусом разума. А ведь им нужно обрести в этом – интуитивно ясно, что огромном – мире хоть какую-то опору. Разум в этом плане дает единственную зацепку, хотя бы мысленно подгрести весь материал мироздания под себя. Понятно, что в данном случае он навязывает антропологические модели. А какие же еще он способен произвести? «Пусть я лично, и даже мое племя целиком, – плетет сказки разум, – не могут управлять миром, но зато где-то за семью горами, или небесными кручами, разместилось похожее на меня всесильное существо, которое может вертеть этим миром как заблагорассудится. И если его хорошенько прикормить дарами, то вполне вероятно, оно раскрутит некоторые процессы именно в мою пользу».
Ясное дело, стадия такового созерцательно, да и то более через туманность грез, познания пространства и материи длится достаточно долго. Однако рано или поздно она все-таки сменяется инструментальным подходом, когда в руку берется арифмометр, отвес и линейка, а в голову вставляется десятичный логарифм с котангенсом. Так вот, на какой-нибудь другой, лишь теоретически представимой планете, для успешного протаптывания тропки познания сквозь тьму миражей хватает всего лишь вот этого все более тяжелеющего ящика с инструментами. Однако планета Гея относится к другому множеству. Обычного подхода науки, даже когда под пальцами раскидываются клавиши электромашины на ульма-схемах, оказывается недостаточно. Мир, окружающий Гею, качественно более сложен. Точнее, обволакивающее человека мироздание устроено здесь ничуть не по-другому. Те же значения основных констант Вселенной и даже бесконечность сложности в пределе. Точнее, так же как и везде, на каком-то этапе полная неясность, что там впереди. Все-таки бесконечная сложность или же весьма вскоре наблюдаемый край?
Естественно, в каждом из миров, разумные существа рано или поздно достигают конечной точки движения вперед к этой самой неопределенности. Дальше они не могут двинуться по целому ряду причин. И конечная сложность устройства их собственного мозга поставленного супротив бесконечной сложности Вселенной это даже не самая основная причина. Та как раз более тривиальна. Ящик с инструментами тяжелеет в пропорции, напоминающей задачу разгона фотонной ракеты с заправленным вовнутрь топливом. Как не разгоняй, а на каждый следующий шажок приближения к световому пределу тратится более чем на все предыдущие этапы. Здравствуйте, госпожа Гипербола! Вот так же и в физике. Когда-никогда, а оказывается – для разгрома в тартарары следующей микрочастицы требуется ускоритель величиной с галактику. И тогда физики сразу проваливаются во времена пещеры, к тем старинным наблюдателям в шкурах, которые раздвигали пальцы и пытались таким Макаром вычислить дистанцию между звездами. И туннеля из этой новой пещеры не проглядывается. То же самое происходит и со всеми остальными науками, если только они изначально не родились с конечной истиной в нутре, как например астрология.
Так вот, если на этих самых теоретически представимых, но, ясное дело, не существующих планетах стоп-кран отбрасывает науку назад на очень далекой стадии, той, где она давным-давно втоптала в грязь и заасфальтировала религию, то на планете Гее все выглядит несколько не так. Здесь стоп-кран срабатывает гораздо раньше. Вера в сверхъестественные силы еще не успевает подвинуться, а наука уже стыкуется лбом с непробиваемой переборкой. И сбой, как на зло, происходит по всем научным разветвлениям.
Кстати, все очень просто. Взять, например, астрономию. Казалось бы рядом с Геей две, прекрасно наблюдаемые звезды достаточно разнообразной природы. Даже три, если быть точным; хотя третья и не относится к не только «прекрасно», но и вообще «наблюдаемым». Так вот, выкатывай из орбит глаза, удлиняй телескопы и… Тю-тю-тю! Астрономии, для изобретения фазовых переходов звезд «главной последовательности», нужны для наблюдения миллионы объектов. Даже сотни миллионов. Только тогда среди всего этого количества получится относительно часто наблюдать «цефеиды», «сверхновые» и прочие чудеса. Имея перед собой только три объекта – никак не получится. Естественно, можно сколько угодно предполагать, что они могут последовательно переходить в стадии друг друга. Но кто в какую, и в какой очередности? Где наблюдения, то есть, в случае астрономии, пассивный эксперимент? Однако те из звездочетов, кто его ждет не дождется, невольно накликивают беду. Если например, красный гигант Эрр перейдет в следующую фазу, то первое что он сделает – это сброс верхних конвенционных слоев в пространство. И тогда все планеты, находящиеся в пределах звездной системы, испарятся. Может кто-то из удачливых наблюдателей и успеет засечь несущуюся к Гее, со скоростью тысячи километров в час, солнечную оболочку, но вряд ли он умудрится, за несколько тысяч оставшихся в его распоряжении секунд довести до ума новую теорию, а уж тем более ее запатентовать.
Иные же звезды, кроме Фиоль, Эрр и Лезенгаупа с планеты Гея не наблюдаются ни коим образом, ибо процесс происходит ближе к концу эволюции Метагалактики. На этой стадии просматриваемые ранее скопища галактик в небесах не видны, и не только в связи с разлетом на квинтильоны парсеков, а потому что сами они уже распались, и представляют собой только излучающие на сверхдлинных волнах центрально-галактические, сверхмассивные «чёрные дыры». По этой же причине даже в супер-телескоп не проглядываются, квазары, радиогалактики, ячеистая структура Вселенной и прочее. И значит, в развитии местной астрономии наблюдается тупик. Она неизбежно смыкается с теорией божественного происхождения.