Федор Акимцев – Луч Надежды (страница 21)

— Добрый вечер, Валерий Юрьевич, — поздоровался он.

— Здравствуй, Пётр Анатольич. Что случилось?

— Тот парень, который вашу дочь привёл, он вернулся, — быстро заговорил Пётр.

— Вернулся? Но как? — Валерий Юрьевич вышел за дверь, и закрыл за собой.

— Он сказал, что это неважно. Он хочет, чтобы вы пришли к нему, — ответил Пётр.

Валерий Юрьевич зашёл в комнату, взял свою куртку, и вышел. Потом они с Петром пошли к лестнице.

Я сидел в той же камере, в которой меня до этого запирали перед отправкой в плен. Только на этот раз мне хотя бы дали одеяло, на которое я мог лечь. Пётр выпросил у командира. Единственный человек, который предложил не пристрелить меня, когда я пришёл к входу, а поговорить. Его сначала не слушали, но когда я сказал, что я врач, и могу помочь, меня впустили, но равно заперли в камере. Вот я и сидел в темноте, ожидая прихода хоть кого-нибудь. В идеале, лучше бы Валерия Юрьевича.

— Сижу за решёткой, в темнице сырой, рождённый в неволе, орёл молодой, — напевал я, сидя на одеяле, прислонившись к стене. — Мой грустный товарищ, махая крылом, кровавую пищу клюёт под окном…

Когда я уже начал напевать третье четверостишие, послышался звук отодвигаемого засова. Я сразу же перестал петь, и отвернулся от двери, чтобы меня не ослепило ярким светом. Но, когда дверь открылась, меня всё-таки слегка ослепило. Пока я был слеп, меня кто-то подхватил под мышки, куда-то повели. Только сначала мне на голову надели дурно пахнущий мешок. Так что я не видел, куда меня вели.

Мешок с головы сорвали, и я снова зажмурился, так как в помещении, где я находился, было довольно светло. Когда глаза привыкли к свету, я огляделся. Передо мной сидели пятеро человек. Двое мужчин, и три женщины.

Справа и слева от них стояли два охранника. Они были вооружены дубинками. Я посмотрел назад, и не увидел охранников. Я горько вздохнул. Здешнее начальство повторило ошибку, которая недавно погубила «Печенегов». Помимо начальства, в помещении было немало народа.

— Кто вы такой? — наконец спросил один из мужчин.

Я посмотрел на него. Мужчина смотрел на мня с подозрением, соединённым с злобой. Одет он был в серый костюм. Довольно новый и чистый. «Значит, ты здесь старший». Подумал я. Потом я смерил взглядом остальных.

Они были одеты попроще. Они немного хмурились, смотря на меня. Неудивительно, ведь из-из-за меня у них начнутся проблемы. Сбоку раздался шум, и я увидел, что в помещение зашли Пётр и Валерий Юрьевич. Последний пришёл один, и правильно. Жене здесь быть точно не нужно. Да и матери тоже.

— Меня зовут Фёдор Панфиловский, — ответил я, снова повернувшись к людям, сидящим напротив меня.

— Как вам удалось выбраться из плена «Печенегов»? — спросил тот же мужчина.

— Мне помогла ошибка их руководства. Они решили меня не обыскивать.

— Сколько человек вы убили?

— Всех.

Когда я ответил, в помещении повисла тишина. Я почти кожей почувствовал, как страхом заполнилось помещение. И на лицах людей, которые сидели напротив меня, тоже был страх. Но они быстро справились со своим эмоциями, и старший снова обратился ко мне.

— Вы понимаете, что придя сюда, вы поставили нас под удар? — спросил он, и в его голосе почувствовалась злость.

— Да. Я это понимаю. Но потому и пришёл сюда. Я пришёл сюда, чтобы помочь вам, — когда я сказал последнюю фразу, люди хотели было ответить мне что-то злое, но я опередил их. Но для этого мне пришлось повысить голос. — Погодите, дайте мне договорить.

Люди затихли. Я кивнул, и встал, разминая руки, которые недавно были связаны верёвками. Обрезки верёвок я бросил на пол. Потом поднял взгляд на людей, стоящих вокруг. Все они отреагировали на мою выходку по-разному. Охранники смотрели то на меня, то на своё начальство, не зная, что им делать. Начальство тоже не знало, что им делать, и смотрело на меня с плохо скрываемым страхом.

— Как я и сказал, когда пришёл к вашему входу, я хочу только поговорить, — продолжил я. Потом я показал нож, которым я разрезал верёвки. — Кстати, вы повторили ошибку «Печенегов». Меня нужно было обыскать, а потом вести в зал, — я убрал нож в карман, сделанный над ботинком, потом снова заговорил. — Ладно, это лирика. Я сказал, что пришёл сюда, чтобы помочь вам. И я помогу.

— И как же? — скептически спросил старший.

— Я помогу вам уехать отсюда, — в помещении снова поднялся шум, и я поднял руку, прося людей замолчать. Они не замолчали, и я сложил руки на груди, ожидая тишины. Когда она всё-таки наступила, я продолжил. — Вот я слушаю вас, и не понимаю, с чего вы думаете, что вам не удастся уехать отсюда.

— А вы думаете, что это легко? — спросил кто-то из зала.

— Нет. Я знаю, что это тяжело. Но только для одного человека. А вас здесь почти сотня человек, и вы не можете уехать, взяв автомобили.

— Вы забыли, видимо, что «Печенеги» захватили боль… — начала одна из женщин, но я перебил её.

— Прошу прощения, конечно, но я опять же не понимаю. Почему вы их боитесь?

— Ты издеваешься? — зло спросил старший, смотря на меня. Потом он встал со своего места, и продолжил. — Мы пытались им противостоять, но они перебили множество из наших. Они сильнее нас.

— Сильнее вас? — переспросил я. Потом я оглядел всех. — Я в этом не уверен. По-вашему, в их сила? В том, что их больше? Или в том, что их оружие лучше? Это не критерии для того, чтобы считать, что они сильнее вас. Да, их много, но у них нет подготовки. У них хорошее оружие, но без подготовки это оружие не поможет им. Они обычные бандиты, которые решили получить власть с помощью оружия. И если показать им силу, они отступят.

Я замолчал. В помещении воцарилась тишина. Люди думали над тем, что я сказал. На лице большинства появилось задумчивое выражение лица. И только старший из совета смотрел на меня с лёгким раздражением. Наверняка, он подумал, что я хочу захватить власть в поселении. Но он ошибался, мне на фиг не нужна власть. Через несколько минут со мной заговорила одна из женщин.

— У вас точно есть план? — спросила она.

— Да. У меня есть план.

Часть 3

Исход

Я закончил операцию, и снял перчатки. Положив их на стол, я снял с лица повязку, и положил туда же. В это время Василиса, медсестра, приданная мне в помощь, заканчивала перевязку ноги пациента. Я посмотрел на них пару мгновений, потом начал убирать в чемоданчик свой инвентарь. На сегодня это была последняя операция, так что он мне больше не пригодится. К тому времени, когда я собрал инвентарь, Василиса закончила перевязку.

— Василий, несколько дней вам придётся походить с костылями, чтобы не было слишком большой нагрузки на ногу, — с этими словами я протянул мужчине костыли.

— Спасибо, Фёдор Алексеевич. что-нибудь? — спросил Василий, беря у меня костыли.

— Будет немного болеть, но боль будет терпимая. Так что обезболивающие вам не понадобятся.

— Спасибо за уточнения, я могу идти?

— Конечно. Ваша жена и племянник ждут вас за дверью.

— Спасибо вам, Фёдор Алексеевич.

— Не за что. До свидания.

Василий попрощался, и вышел из комнаты. Василиса закрыла за ним дверь.

Когда Василий вышел, я присел на стол.

— Невозможно привыкнуть, — проговорил я.

— Ты о чём? — спросила Василиса, снимая халат.

Я посмотрел на неё. Василиса стояла ко мне спиной, и вешала халат на вешалку. Под халатом оказалась серая водолазка и камуфляжные штаны «березка». Когда Василиса повернулась ко мне, я отвёл взгляд.

— Так о ты?

— О том, что все меня по имени-отчеству зовут. Непривычно, — ответил я, снимая халат, и тоже вешая его на вешалку. — Рано меня так называть.

— Ну почему же? По-моему, пора.

— Ладно, не будем спорить об этом, — сказал я, надевая поверх рубашки куртку. — Ты готова?

— Да, пойдём.

Мы с Василисой вышли из кабинета, и я запер дверь на ключ. Потом положил ключ в карман, и мы пошли по коридору. Василиса шла, держа в руках свою сумочку, а я шёл, неся в руке чемоданчик с инструментом. Я так делал для того, чтобы была возможность прийти на помощь людям в любой момент. К лестнице мы подошли молча. И остановились, чтобы поздороваться. Но вместо этого Василиса спросила:

— Чем сейчас займёшься?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Наверное, первым делом я поем. Потом уже лягу спать.

— Понятно. Если хочешь, я тебя ужином накормлю, — предложила Василиса.

Я посмотрел на неё. И этого взгляда хватило, чтобы она поняла, что ничего не выйдет. Василиса уже не в первый раз делает мне подобные предложения, но я каждый раз, но я каждый раз отказываюсь. И не только из-за того, что у меня была Женя, но и из-за того, что не хотелось портить жизнь.

— Извини, но нет. Я очень устал, — отказался я.

— Ладно. До завтра, — грустно вздохнув, сказала Василиса, затем пошла вниз по лестнице.

Я, посмотрев немного ей вслед, пошёл к себе. Моя комната находилась на предпоследнем этаже. Так что мне нужно было пройти два этажа. Поднявшись по лестнице, я пошёл по нужному этажу в самый конец. По дороге я остановился, чтобы поговорить с одним парнем. Я оперировал его совсем недавно, нужно было узнать, как он себя чувствует. Убедившись, что у него хорошо, я пошёл дальше. К своей комнате, расположенной в углу коридора, я подошёл через пять минут. Открыв задвижку на двери, я зашёл внутрь. Из-Из-за того что в комнате не было окон, здесь было темно постоянно. Так что, первым делом я зажёг свечи, стоящие на столе, чтобы обеспечить себя светом. После этого поставил чемодан возле входа, и начал раздеваться. Немного побаливала спина, отвыкшая от долгого стояния. Сняв куртку, я повесил на гвоздь, вбитый в стену. Туда же отправилась рубашка, а вместо я одел футболку. Переодевшись, я пошёл разжигать печурку, сложенную из обломков кирпичей. Печка мне досталась от предыдущего владельца комнаты. Когда в печке уже затрещали дрова, в дверь постучались.