Федор Абрамов – Искушение (страница 2)

Немного помолчав, Люба спросила:

– Получается, Евгений Петрович, люди до сих пор не разобрались до конца в этом сложном вопросе, хотя любовь существует, вероятно, уже не одну тысячу лет?

– Да, Люба, это так и есть. В различные периоды существования человеческого общества возникают разные толкования этого чувства. Было время, когда считали, что любовь посылает нам бог любви Амур. Наверное, ты помнишь картинку, где бог Амур посылает свои волшебные стрелы в сердца людей. У человека, получившего в свое сердце такую стрелу, якобы и вспыхивает любовь.

– А как Амур определяет, кто нуждается в любови и кому она должна быть предназначена?

– А вот на этот вопрос, Любочка, никто из землян ответа не знает. Это – божественная тайна.

– Хорошо, Евгений Петрович. Но тогда у меня есть еще один непростой к Вам вопрос. Бог Амур один на всех жителей земли, которых и в старь было, вероятно, много миллионов. И большинство из них мечтало о любви. Как бог Амур справлялся с этой непростой задачей? Он что, посылал миллионы стрел? Это ж нереально!

– Совершенно верно, Люба. Вероятно, именно этот коварный вопрос смутил древних жителей Земли и заставил их отказаться от явно фальшивого мифа о любви. Но я уверен, что со временем и сегодняшний земной взгляд на любовь перестанет существовать. Так бывает всегда, когда ответ получают не в результате объективных исследований, а «гаданием на гуще». Так что, Люба, давай прекратим это бесполезное словоблудие.

– Я, Евгений Петрович, не возражаю. Будем считать, что нас чувство любви не касается.

– Ой ли!?

– Вы не согласны со мной?

– Конечно! Божественная любовь приходит в наши души не по нашему желанию, а по воле Божьей.

– Значит, приход любви к человеку является тоже делом таинственным?

– Да, Любочка, это так и есть.

– О боже! Сколько ж у нас этих тайн?

– Это, Люба, тоже божественная тайна. Христианская религия утверждает, что любовь – дар Божий. Но так это или нет, она доказательств не представляет.

– То есть хранит это в тайне?

– Скорей всего, она это тоже не знает. Религиозные деятели земли любого ранга – такие же простые люди, как все мы. Следовательно, им тоже это знать не дано.

– Похоже, Евгений Петрович, мы с Вами залезли в такие любовные дебри, в которых можно заблудиться и не выбраться!

– Поэтому я еще раз говорю тебе, что этот разговор нам следует прекратить.

– Я согласна с Вами, Евгений Петрович. Но в Вас я точно не влюблюсь в будущем, – добавила она с хитрой улыбкой.

– А вот тут ты, Любочка, ошибаешься, поскольку мы с тобой уже чуточку влюблены друг в друга в современном понимании любви!

– Вы не шутите? А ну-ка дайте мне объяснение, что Вы имеете в виду!

– С большой охотой, Люба. Ты не задумывалась над тем, почему соглашаешься встречаться со мной?

– Я это знаю. Мне интересно с Вам общаться, поскольку Вы много знаете и очень интересно мне все рассказываете. Все мои знания находятся на уровне школьного образования.

– Так вот, уважаемая Любочка, у тебя проявился интерес ко мне как интересному собеседнику. Именно на эту мою особенность ты обратила внимание. А это и есть элемент твоего интереса ко мне, то есть элемент влюбленности тебя в меня! Ты согласна со мной?

Люба несколько секунд молчала, вероятно, осмысливая только что услышанную информацию, и потом, слегка покраснев, сказала:

– Если влюбленность можно так упрощенно толковать, то Вы правы. А в чем состоит Ваша влюбленность в меня?

– При первом нашем знакомстве я обратил внимание на твой необычный голос и заразительный смех. Они мне понравились, и мне было приятно с тобой разговаривать. Обратил также внимание на то, что ты очень благодарная собеседница. Никогда меня не перебиваешь. Но все это было только в начальный период наших встреч.

Позже я понял, что встречи с тобой помогают мне пережить тяжелую личную драму, связанную с распадом моего брака. Мне было очень тяжело переживать его в одиночестве. Встречи с тобой избавили меня от этого душевного переживания. В этом и состоит мой интерес встреч с тобой. Так что я тоже чуточку влюблен в тебя. Поняла, Люба?

– Поняла, Евгений Петрович. О влюбленности я с Вами, пожалуй, соглашусь, что же касается любви…

– Ты хочешь начать наш религиозный разговор сначала? – спросил я Любу тоже с улыбкой.

– Нет-нет, Евгений Петрович! Это я сказала в шутку. Прекращаем этот разговор.

– То-то же, Любочка, – ответил я голосом победителя.

Люба немного помолчала и потом выдала:

– Вы объяснили мне… вернее, толком не объяснили, в чем заключается религиозное понимание любви.

Я смутился и честно признался, что этот вопрос еще мало изучал.

– Ладно, Евгений Петрович, не будем больше загружать наши мозги вопросами, которые нас не касаются. Мне уже пора ехать домой.

Я проводил Любу сначала до трамвая, потом до станции метро и вернулся домой. Спать еще не хотелось, и в голову полезли мысли о только что состоявшемся разговоре с Любой. Стоило ли мне затевать непростой разговор с нею на такую сложную тему? Решил, что стоило расставить все точки над и. Надеюсь, теперь Люба правильно понимает, что у нас может быть только дружба и ничего более. И меня это вполне устраивало. Я был уверен, что с поступлением Любы в институт все благополучно закончится. У нее начнется новая, интересная студенческая жизнь, а я, в конце концов, успокоюсь и тоже начну новую жизнь. Но, к сожалению, моим планам в будущем не суждено было сбыться. Точки над и поставила реальная жизнь, произошедшая не так, как я рассчитывал. Но об этом чуть позже.

На следующий день Люба встретила меня на кафедре с какой-то необычной радостью. Меня это даже несколько озадачило. Что ж могло ее так обрадовать? Ясность наших отношений? Это вполне могло вызвать у нее радость. Наконец, ей стало понятно, что никаких коварных планов я не строю. Я не отношусь к числу мужчин, о которых говорят «поматросил и бросил». Вероятно, у нее сразу исчезла боязнь доверительных, дружеских отношений со мной. Я невольно подумал, что теперь она не будет больше бояться моего поцелуя в щечку. Даже внешне изменилось ее поведение в отношении меня. Она уже не боялась брать меня за руку или под руку в безлюдных места. Приходя ко мне домой, она с удовольствием слушала любимые мои пластинки и рассматривала фотографии, которые я собирал со студенческих лет. Их у меня было очень много. Я часто посвящал ее в истории, связанные с фотографиями и песнями на пластинках. Единственное, чего я ни разу не делал у себя дома, – не приглашал ее танцевать. Считал, что при наших дружеских отношениях танцы наедине абсолютно недопустимы. И это, похоже, Любу очень радовало. Я исключал в наших отношениях все действия, которые могли вызвать у Любы хоть какое-то чувство ко мне, а у меня в отношении ее – соблазн.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.