Федерико Моччиа – Три метра над небом. Трижды ты (страница 38)

Я встаю, беру бутылочку с минеральной водой и делаю большой глоток. Он ждет. Потом я снова сажусь в то же кресло. Похоже, этот последний вопрос его немного смущает. Уж не знаю, что он хочет мне сказать.

– Ну так вот… Мне очень нравится эта компания, мне нравится то, что мы сделали, делаем и, надеюсь, сделаем. Однако мне хотелось бы кое-что прояснить… – Джорджо делает небольшую паузу. Я его не тороплю. – Если ты думаешь, что иногда я позволяю себе чрезмерные шутки, если что-то не так, ты должен мне об этом сказать. Люди часто ошибаются, следуя моим советам. Слишком многое держат в себе. И от того, что не умеют время от времени решать свои проблемы, в конце концов не выдерживают, взрываются – да так, что потом отношения уже не восстановить. Так вот: я не хочу, чтобы это произошло между нами.

Джорджо смотрит на меня. Похоже, что он закончил. Он с облегчением вздыхает, словно сбросил с себя груз, и устраивается поудобней.

Я ему улыбаюсь.

– Все в порядке. Пока нет ничего, что бы меня раздражало. Думаю, я бы тебе об этом сказал.

– Даже когда я шучу по этому поводу? – Джорджо снова показывает на живот.

– Конечно. И в этих случаях тоже. Более того: ты заставляешь меня смеяться и тебе удается разрядить обстановку.

– Хорошо, я рад.

Я собираюсь встать.

– И последнее.

У него меняется тон.

– Да, говори.

– Если тебе потребуется совет, если ты захочешь узнать мое мнение или излить душу… В общем, если захочешь чем-нибудь поделиться – я здесь.

– Так я уже поделился!

– И когда?

Я указываю на листок с проектом.

– Я поделился с тобой словами моего фаната…

Джорджо смеется.

– Я имел в виду твоих фанаток!

– Я понял. – Я открываю дверь. – А теперь пока. Увидимся после.

– А куда ты?

– У меня обед, следующий фанат. Но я тебе не скажу, мужчина это или женщина.

41

Увидев меня, он улыбается. Он сидит за столиком. Перед ним бутылка и несколько оливок. У него все тот же забавный взгляд в стиле Джека Николсона.

– Как дела?

Маркантонио встает и здоровается со мной.

– А у тебя? Я получил твое приглашение на свадьбу. – Он смотрит на меня и качает головой. – Черт, вот никогда бы не подумал. От тебя можно было ожидать всего, чего угодно, но только не этого.

– Чего всего?

– Откуда мне знать? Я бы не удивился, если бы ты спутался с какой-нибудь манекенщицей, уехал в Америку, кого-нибудь обрюхатил… Но только не того, что ты женишься!

Я бы хотел сказать, что в действительности обрюхатил двух женщин, но собираюсь жениться на одной. Но предпочитаю ничего ему не говорить, а просто улыбаться.

– Почему брак кажется тебе таким буржуазным? Тебе, с твоими убеждениями, твоими политическими взглядами, твоими дворянскими титулами, требующими заключать браки, чтобы жить и укреплять свое положение…

– Да, но на самом деле в наше время брак революционен! Давай сделаем заказ… Что ты будешь есть?

Мы находимся в Прати, в ресторане «Сеттембрини», куда выходят показать себя. Очаровательнейшая официантка-негритянка обслуживает столики и, улыбаясь, подходит к нам.

– Вы готовы?

– Всегда готовы! – отвечает Маркантонио, улыбаясь ей. Она улыбается ему в ответ, и кажется, что они уже давно и хорошо знакомы. Мы заказываем здоровую пищу. Маркантонио, хотя и пьет франчакорту, заказывает запеченного лосося и стручковую фасоль, а я – салат «Цезарь». Девушка, получив наш заказ, удаляется.

– Ты ее знаешь?

– Хотел бы узнать ее получше. Кое-что в ней мне пока не совсем ясно…

Он, как обычно мрачно, улыбается и наливает мне немного франчакорты.

– Эй, немного, а то мне потом еще работать!

– Какой же ты серьезный, каким же ты стал занудой… Ну и где он, тот симпатичный драчун, которого мне удалось ввести в мир телевидения на канале «ТДВ»?

– Ушел в отпуск, к счастью!

Мы смеемся. Потом Маркантонио поднимает бокал и смотрит мне в глаза. Похоже, он стал серьезным.

– За твое счастье.

Уф. Все просто помешались на этой стороне моей жизни.

И тем не менее он добавляет:

– Каким бы оно ни было.

Он смотрит на меня, улыбается, мы чокаемся и пьем. Вино холодное, действительно замечательное, и Маркантонио осушает бокал за секунду.

– Тебе нравится?

– Очень. Оно идеальное.

– Хорошо, я рад. На самом деле оно, по моему мнению, должно быть еще чуть менее кислым. Оно из винограда, который мы выращиваем, там, на наших холмах в Вероне.

– По-моему, оно просто изумительное.

– Но может стать и лучше.

– Расскажи, как ты.

Маркантонио смотрит на меня и качает головой, словно говоря: «Терпимо».

– Я не думал, что буду так сожалеть о смерти родителей. Помню, когда ты говорил мне о своей матери… Знаешь, тогда, слушая тебя, я пытался почувствовать себя в твоей шкуре. Ты мне в какой-то мере пригодился, ты мне помог, но недостаточно.

Я не знаю, что сказать, и молчу, улыбаясь подобающей случаю улыбкой – наименее бесполезной из тех, которые я мог бы изобразить, – но не знаю, какой она у меня получилась. Маркантонио наливает себе еще немного вина.

– Моя мать была очень сильной; она смогла остаться с моим отцом, несмотря на его измены, а на последнем этапе, когда он заболел, опекала его еще больше, по-настоящему его опекала, помогала ему оставаться в хорошей форме. А потом однажды утром она не проснулась… Подумай, какая нелепость. Не прошло и месяца, не стало и его. Я думал, что он умрет раньше мамы, но они меня застали врасплох даже в этом. – Маркантонио улыбается и делает еще один глоток вина. – Может, так они хотели мне показать, что, несмотря на скандалы, которые они устраивали, а мы с сестрой это слышали, они по-своему любили друг друга. Они не могли жить друг без друга. Я рад, что вышло именно так, это наводит меня на мысль, что у них была большая любовь, они показали мне это только перед смертью, но она все же была…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.