Федерико Моччиа – Прости за любовь (страница 23)
– Да подумаешь! Немного пройдем пешком. Тебе, как креативному директору, надо дышать одним воздухом с людьми, творить с ними, для них. Вот. – Ники снова хватает руль и слегка поворачивает его. – Вот сюда.
– Тихо ты, сейчас ударимся!
– Ладно, только поставь ее здесь, просто идеально!
– Идеально для получения штрафа. Ах да, ты ведь не обращаешь внимания на дорожные знаки!
– Слушай, в это время полицейские обедают. – И Ники, смеясь, вылезает из машины.
Алессандро, качая головой, выходит и закрывает машину.
– Если назначат штраф, заплатишь половину.
Ники берет его под руку и увлекает за собой.
– Конечно-конечно, креативщик! У тебя на все готов ответ: в нужный момент, в нужном месте!
Неожиданно у Алессандро звонит телефон. Он вынимает его из кармана и смотрит на номер.
– Извини, мне надо по работе ответить. Да, слушаю!
– Чао, Алекс, это Джорджия. Мы готовы. Собрали материал, кассеты, все прошлые ролики. Тут прорва леденцов. Если делать все быстро, может, что-нибудь и получится.
Алессандро смотрит на Ники. Та изучает витрину: рассматривает брюки. Обернувшись, морщит носик, как бы говоря: «Нет, не нравится».
– Хорошо. Начинайте их смотреть без меня.
– А ты, когда ты придешь?
– Чуть позже. Я к вам присоединюсь.
Ники, услышав это, вынимает из портфеля листок бумаги и что-то на нем быстро пишет. И показывает ему.
– Ты сегодня работаешь в свободном режиме вдохновения. Скажи это им. Креативность и безумие. И пошли все на… – И Ники трясет у него перед носом бумажкой.
Алессандро думает, что, пожалуй, Ники права. И он громко читает в трубку то, что написано у него перед глазами:
– Сегодня работа в свободном режиме вдохновения: креативность и безумие. И пошли… – Он не решается произнести неприличные слова. Зажмурив глаза, ждет ответа сотрудницы.
– Ты прав, Алекс. Браво, это великолепное решение. Возьмем тайм-аут. Надеюсь, эта пауза будет продуктивной. Так и сделаем. До завтра. Чао.
Алессандро в замешательстве смотрит на телефон:
– Невероятно. – И кладет его себе в карман.
Ники дергает плечом:
– Вот видишь? Она со мной согласна.
– Странно… Обычно она впадает в ярость, она работает как сумасшедшая!
– Сколько времени, ты сказал, вам отпущено на этот проект?
– Месяц.
– Это даже слишком много.
– Я бы не сказал.
– Нет, потому что ты знаешь, самые лучшие решения можно найти на ходу: они здесь, висят в воздухе, ждут своего часа. Надо только суметь поймать их. А это может случиться в любой момент жизни. А когда думаешь о чем-то слишком настойчиво, ничего не получится.
– Это что, тоже мысли Уильяма Хацлита?
– Не хочу хвастать, но это мои собственные.
Глава девятнадцатая
– Закрой глаза, Алекс. Дыши глубже, вдыхай людей.
Ники, подняв глаза к небу, идет по тротуару, то и дело наталкиваясь на людей.
– Чувствуешь их? Только люди… только они должны царить в твоей душе. Ни о чем не думай и дыши.
Остановившись, она оборачивается. Алессандро сильно отстал: он стоит, закрыв глаза, как бы внюхиваясь в воздух. Открыв один глаз, смотрит на нее:
– Я чувствую какой-то весьма странный запах… Ники улыбается:
– Это верно. Здесь только что проехала лошадь в упряжке. – Рядом с Алессандро на земле заметны ее «следы».
– Вот почему мне казалось, что все люди пахнут дерьмом…
– Очень остроумно! Прекрасно сказано. Правда смешно. Слушай, а ты-то сам какую роль играешь в своей фирме?
– Очень важную.
– Не сомневаюсь. Наверняка по страшному блату устроился.
– Вовсе нет. Я закончил Боккони в Милане, потом защитил магистерскую в Нью-Йорке и вот приехал сюда, никакого блата.
– Ну, а кроме своих шуточек, что еще ты делаешь в своей фирме?
– Придумываю рекламу, которая так тебе нравится: там хорошая музыка, красивая женщина или что-нибудь еще подобное. В общем, я придумываю все то, что потом зацепляется у тебя в голове, и, когда ты идешь в магазин, ты непроизвольно покупаешь то, что подсказал тебе я.
– Неплохо звучит. Короче, ты можешь убедить кого-то сделать что-то…
– Ну, в общем…
– Тогда ты мог бы и с моей училкой по математике поговорить? А то она вечно цепляется ко мне…
– Ну, с чудесами у нас пока не налажено.
– Ну вот, так я и знала. Ой, давай зайдем вот сюда, в магазин музыки!
И она почти заталкивает его в большой магазин, забитый CD, DVD и книгами.
– Эй, Пепе, привет! – Ники здоровается с громадным охранником, стоящим на входе. Черная майка, черные джинсы, лысина и огромные бицепсы.
– Привет, Ники, уже носишься с утра пораньше? Что, жарко? – И он становится в позу, как в рекламе: – У-ух, Ники. Жара!
Ники смеется:
– Ну, Пепе, не так уж и жарко!
Они входят в магазин и теряются среди тысяч полок. Ники, взяв какую-то книгу, листает ее. Алессандро подходит ближе.
– А ты знаешь, что ту рекламу, что изобразил твой туповатый дружок Пепе, сделали наши конкуренты?
– Пепе не туповатый. Он очень милый. Чудесный человек. Видишь, как внешность бывает обманчива? Мускулы, черная майка и лысина – вот он уже и отрицательный персонаж.
– Для меня внешность очень важна. И не ты ли велела мне смешаться с народом и вдыхать его?
– Нет, я сказала тебе, чтобы ты им дышал, а не смотрел на всех поверхностно. А тебе достаточно увидеть на человеке облегающую черную майку, чтобы прицепить к нему ярлык. А он, между прочим, закончил Институт биотехнологий.
– Вообще-то я не высказывал о нем свое мнение.
– Ты сделал хуже: припечатал ему клеймо.
– Я только сказал, что он изобразил рекламу наших конкурентов.