Федерико Аксат – Последний шанс (страница 55)

– Эти типы, – прошептала Мэри, все еще полумертвая от страха, – похоже, слегка с приветом.

– Есть немного, – согласился Тед.

Через полчаса Теду удалось отделаться от Мэри. Джастин и Тесса больше не появлялись, и Тед прикидывал, не смыться ли ему одному. Но Дэн с компанией маячили в центре зала, и незаметно прошмыгнуть мимо них не было никакой возможности. Тед понадеялся, что удерет, обойдя дом с другой стороны, но понял, что ничего не выйдет: прилегающая к зданию часть парка была обнесена высоким забором, а на деревянной калитке висел амбарный замок. Возле забора стояли и мочились несколько парней, и Тед без колебаний к ним присоединился. Пока струя билась о деревянную ограду, он думал, что если единственный путь на свободу лежит мимо Дэна и его друзей, то придется ждать, пока они не уберутся.

Ждал он долго и в конце концов поддался искушению хлебнуть еще пивка. Сел на ступеньку на террасе и в одиночестве высосал банку. Голова опять закружилась, но появилось приятное чувство легкости, и захотелось повторить. Он запустил в ящик руку, пошарил в ледяной воде, но не нащупал ни одной банки. Запасы пива кончились. Тед встал и, начисто забыв о Дэне, пошатываясь пошел в зал. Наверное, там еще осталась выпивка. Мысли в голове ворочались с трудом. Никогда прежде он не выпивал больше двух банок пива кряду, но сейчас горел желанием залить в себя как можно больше этой жидкости.

В зале яблоку негде было упасть, и каждый из присутствующих поставил себе целью налететь на Теда, повыше поднимая при этом стакан, чтобы не расплескать содержимое. Тед подошел к столику, за которым две девушки наливали себе какую-то зеленую жижу. Тед схватил пустой стакан и протянул им. Девушки рассмеялись, но одна все же плеснула ему с четверть стакана. Тед глотнул и скривил рот. Худшей дряни он в жизни не пил, ну да и черт с ним!

Он бродил туда-сюда по залу. Музыка отбойным молотком долбила по мозгам, и в миг просветления Тед спросил себя, что он здесь делает, почему не уходит и зачем пьет это мерзкое пойло… Но миг просветления миновал, и он снова приложился к зеленой бурде. К горлу подступил рвотный спазм, заставивший его согнуться в три погибели. Все, кто случайно оказался рядом, бросились врассыпную, но Теда не вырвало. Он медленно выпрямился и улыбнулся всем сразу и никому конкретно.

– Маккей!

Он обернулся. Голос, окликнувший его, перекрыл грохот музыки. Рядом стоял Дэн. За спиной у него маячили двое – Тим и еще какой-то субъект.

– Привет! – сказал Тед и попытался похлопать Дэна по плечу, но промахнулся. Его рука описала полукруг и опустилась на собственное колено. Он сделал еще одну попытку, но и на этот раз только задел майку Дэна.

– Веселишься?

Тед кивнул.

– А что он такой серьезный? – спросил он, указывая на Тима.

– Слушай, Маккей. – Язык у Дэна ворочался чуть медленнее, чем обычно. Тед отвлекся на декольте танцующей рядом девицы. – Маккей… Эй, смотри на меня. Мы с парнями собираемся сыграть пару партий… И ты идешь с нами.

Теду идея показалась смешной до жути, и он начал хохотать как сумасшедший.

– Покер? – повторял он опять и опять, как будто рассказывал анекдот, состоящий из одного слова.

– Да, покер. За тобой должок. Идем наверх. – Дэн схватил Теда за один локоть, Тим – за другой, и они вдвоем поволокли его к лестнице. Тед не замечал их враждебности.

– Спасибо, ребята, но я, наверно, могу сам.

Однако сам он не мог. Еще двое присоединились к группе, так что их стало шестеро, включая Теда, и они с трудом проталкивались вверх по лестнице. Сколько же всего там было народу?

– Битком, как в вагоне в час пик, – сказал Тед, и никто, кроме него, не засмеялся над шуткой.

На втором этаже народу было поменьше, чем на первом, а на третьем и вовсе царили тишина и покой.

– За тобой должок, Маккей, – повторил Дэн. Сейчас он говорил четко и с расстановкой. Музыка, приглушенная расстоянием, превратилась в тихий утробный стон. Они добрались до конца коридора. Тим открыл дверь ключом, и Дэн втолкнул Теда внутрь. Остальные трое вошли следом.

Никакого стола для покера там не было.

От мощного толчка в бок Тед повалился на пол. И тут на него обрушился град ударов.

8

1994

Один сердобольный член братства отвез Теда в Коробку на своей машине. Тед фрагментами помнил, как его выводили из дома и запихивали в маленький красный автомобиль. О самой поездке он не помнил ничего. Очнулся он на своей кровати, одетый и с болью во всем теле.

Джастин решил уходить с вечеринки, когда подозрение, что его вот-вот вывернет прямо на Тессу, достигло в нем степени уверенности. Она взяла с него обещание, что скоро они снова увидятся. Джастин его дал и тут же в порыве пьяной откровенности признался, что ему никогда не было так классно с женщиной. Это была чистая правда. Он повсюду искал Теда, не подозревая, что в это самое время того утюжат пятеро членов славного братства Фи Сигма Каппа. Решив, что Тед уже ушел, Джастин пешком вернулся в Коробку. По дороге его вырвало, дома – еще раз. Соседа в комнате не было, но Джастин не слишком обеспокоился и лег спать.

Но когда он проснулся и увидел Теда на соседней койке, то встревожился не на шутку. Лицо друга представляло собой сплошной кровоподтек, руки и ноги были в запекшейся крови. Убедившись, что друг дышит, Джастин чуть успокоился.

К врачу Тед идти отказался. Три дня он провел взаперти, практически не вставая с постели. На четвертый день отек с лица почти сошел, и Тед начал выбираться, надев темные очки. Вскоре он и хромать перестал. Никто, кроме соседа по комнате (и, разумеется, пятерых отметеливших его трусливых подонков), так никогда и не узнал, что случилось той ночью на третьем этаже здания братства Фи Сигма Каппа.

9

1994

С того эпизода у Теда началась полоса неприятностей, которые лишь частично были его следствием. Он стал еще более угрюмым и замкнутым, что не могло не сказаться на его карточных успехах – в покер выигрывают харизматики и ловкие манипуляторы, – а также на отношениях с Джорджией. Они постепенно отдалялись друг от друга, не особенно горюя по этому поводу. Джастин со свойственным ему тактом не лез к нему с вопросами, чувствуя, что лучше оставить друга в покое.

Худшее случилось дней через пять, когда Теду позвонила тетя Одри, сестра отца. Она была единственной из отцовской родни, с кем он изредка общался, хотя раньше она никогда не звонила ему в кампус. Услышав ее потерянный голос, он подумал, что с отцом беда, но, честно говоря, даже обрадовался: они не виделись уже лет пять, и Тед нисколько от этого не страдал. Однако выяснилось, что Фрэнк Маккей не умер и не попал в аварию, а всего лишь воспылал желанием встретиться с сыном, для чего прибег к посредничеству Одри. За последние десять лет Фрэнк превратился в преуспевающего торговца зерноуборочной техникой и теперь вбил себе в голову, что должен сблизиться с сыном.

Тед имел глупость ему позвонить.

Отец сказал, что приезжает в город на какое-то собрание и навестит Теда в кампусе. Тот, разумеется, отказался наотрез, взамен пообещав, что сам заедет к нему в мотель. От одной мысли, что отец явится в университет, Теда буквально выворачивало. Он решил увидеться с ним, чтобы раз и навсегда положить конец его жалким попыткам завоевать первенство в конкурсе «Отец года».

Тед припарковался возле скромного мотеля «Лоунли Пайн», но остался сидеть в машине. В окне номера 108 виднелся силуэт мужчины. Тед узнал отца. Тот ходил по комнате, раскладывая какие-то вещи. Тед вышел и постоял у окна, слушая птичий щебет: казалось, пернатые пытались предостеречь его от роковой ошибки. Дверь внезапно открылась.

– Тед! Сынок! Как я рад тебя видеть.

– Привет.

Отец здорово поседел с их последней встречи, но все же выглядел лет на десять моложе своего возраста: все те же резкие черты лица, такой же подтянутый и загорелый, как в те времена, когда работал уличным торговцем. Тед взглянул ему в глаза, потому что еще подростком усвоил: что бы ни говорил этот человек, верить ему нельзя. Если хочешь узнать правду, попробуй прочитать ее в паре крохотных ярко-синих радужек. И сейчас они без слов сказали ему: я умнее тебя.

Фрэнк шагнул к сыну, намереваясь его обнять. Тед вытянул вперед руку и отступил на шаг:

– Не надо, папа.

Тот поднял ладони, уступая.

– Проходи, пожалуйста.

Долго задерживаться у отца Тед не собирался.

Комната была маленькая. Когда Тед наблюдал за отцом с улицы, тот распаковывал чемодан, который теперь лежал пустой на кровати. Под телевизором, подвешенным высоко на кронштейне, стоял столик с двумя стульями. Фрэнк присел и жестом предложил сыну присоединяться.

– Тед, нам надо поговорить.

И то верно.

Тед не сводил глаз с безобразной картины на стене. – Я не хочу, чтобы ты приезжал ко мне в кампус.

Никогда.

Фрэнк ответил не сразу:

– Если не хочешь, не буду.

– Отлично.

Снова повисло напряженное молчание.

Тед не стал спрашивать, о чем отец собирается с ним говорить: пусть сам проявляет инициативу.

– Что у тебя с лицом? Подрался в университете? Тед машинально поднес руку к щеке. Лицо у него полностью зажило, если не считать незаметного синяка на левой скуле. Он стал вспоминать, не проболтался ли тете Одри. Нет, точно нет.

– Я не дерусь, – сухо отрезал Тед.