FebruaryKr – Потерявший солнце. Том 3 (страница 7)
Чен Е замолчал. Только вихрь снежинок скользил между ними, невесомо касаясь лиц и оставаясь ничейными слезами на теплой коже.
– Вы всё твердите, как вы плохи. Отчего-то думаете, что другие лучше вас.
– Разве не так? – Фэн Чань рассеянно тряхнула головой; скопившийся на волосах снег комом рухнул на плечи. – Какую бы сторону я ни выбрала, стану ощущать себя убийцей.
– Можете остаться здесь, – предложил Чен Е.
– Не могу. – Девушка развернулась и оказалась нос к носу с южанином, подобравшимся совсем близко; он был немного ниже ростом, но эта разница его словно и не смущала. – Отсидеться в стороне…
– Или отсидеться на корабле, – перебил Чен Е, и глаза его сверкнули. – Вы видели, что творит этот меч. Вы знаете, насколько разрушительна сила вашего отца. И до сих пор считаете, что это ваша битва? Будет ли вообще такое место, где можно будет укрыться? И вы, и я, и ваши брат и сестра – мы все будем только наблюдать. Никакой другой роли нам не уготовано. Даже исход битвы нам не предсказать, так зачем заранее разбивать себе сердце?
Фэн Чань не нашла слов для ответа и молча смотрела на подвижное смуглое лицо. Впервые она видела Чен Е так близко и с легким удивлением рассматривала крошечные рыжие отметины на темной радужке и длинные прямые ресницы.
– Я бегу от нормальной жизни, как от огня, – неторопливо продолжил Чен Е. Видя, что все внимание сосредоточено только на нем, он едва заметно улыбнулся. – Все лечу по дорогам и боюсь чего-то не успеть. Кажется, что за следующим поворотом меня ждет что-то значительное. Дело, которое оправдает мою никчемную жизнь, и в старости я оглянусь назад и скажу себе: все это было не зря. Может, я бегу слишком быстро и разобьюсь однажды, но иначе я не умею. Ходить вокруг да около не хочу. Только вот от меня ничего не зависит, и от вас не зависит тоже. Судьба приведет нас туда, куда должна, – неважно, бежим мы или ползем. Мы можем только начать идти, но не должны придумывать, куда приведет нас дорога.
Отступив на шаг и не отрывая горящего взгляда от лица Фэн Чань, южанин протянул руку.
– Побуду сегодня судьбой, – улыбнулся он с хитрым видом. – Госпожа боится выбрать, но от ее решения ничего не зависит. Идемте на корабль вместе или вместе останемся здесь. Может, мы и вовсе утонем, как только попадем в первый шторм.
– Не будет никаких штормов, – задумчиво отозвалась Фэн Чань, глядя на худые пальцы с четко очерченными выпуклыми суставами. – Волна вобрала в себя такую мощь, что даже стихии сейчас бессильны. Море будет спокойно и мертво.
– Не пытайтесь ускользнуть. – Чен Е прищурился. Его замерзающие пальцы едва заметно дрожали, но он не опускал руку. – Вы кажетесь такой решительной, но на деле боитесь. Не думайте о том, чью сторону должны занять. Ни ваш отец, ни прочая родня не стоят того, чтобы о них беспокоиться. Выбирайте то, что покажется вам правильным, или позвольте выбрать мне. Притворитесь, что не можете мне противостоять. А после можете ненавидеть меня хоть всю жизнь, но не себя.
– Иногда я вообще не понимаю ход твоих мыслей, – нахмурилась девушка.
Чен Е улыбнулся с оттенком горечи:
– И не нужно.
Помедлив еще мгновение, Фэн Чань вдруг зажмурилась и яростно замотала головой. Растаявшие капли веером разлетелись вокруг.
– Я не знаю, – с отчаянием произнесла она и крепко ухватилась за протянутую руку.
– Ты останешься здесь, – с нажимом произнес Юкай, глядя на мрачного Кота.
Тот замотал головой и еще шире раскинул руки. Двери были слишком большими, и мальчишка едва-едва цеплялся кончиками пальцев за потемневшее от времени дерево, загораживая проход собственным телом.
– Без меня ты отсюда не уйдешь, – с угрозой пробормотал он. – Пусть я не знаю, где он сейчас, но я жил на севере. Вдруг придется спрашивать у соседей? Ты точно не внушишь им доверия. А призрак твой? Если ты не справишься и она помешает тебе победить? Даже не думай.
Юкай с раздражением вздохнул. Застегнув ремни на поясе, он закрепил ножны и шагнул к мальчишке. Легко оторвав цепкие пальцы, подхватил Кота поперек тела и вышел, удерживая его на весу.
– Я посажу тебя на цепь, – холодно пообещал Юкай.
Кот отчаянно взбрыкнул ногами, едва не свалившись на пол; глаза его налились слезами.
– Ты сказал, что я не раб, – ломким голосом проскулил он. – Обещал, что не будешь так делать!
– Слишком опасно, – отрубил Юкай и опустил голову, внимательно глядя на переставшего сопротивляться Кота. – И не думай бежать следом, когда я уйду. Я просто сброшу тебя с корабля.
– Вы все уйдете, а я останусь. Думаешь, здесь я буду в безопасности? – шмыгнув носом, вкрадчиво переспросил Кот. – Думаешь, во дворце не останется людей, которые захотят мне навредить?
Лоб императора пересекла глубокая морщина. Шумно выдохнув, он опустил мальчишку на пол; пушистая светлая голова едва достигала локтя Юкая.
– И что мне с тобой делать? – устало спросил он, щелкнув ногтем по кромке пушистого уха.
Кот прижал уши к голове и явственно зашипел. Несмотря на воинственный вид, он казался растерянным и беспомощным. Светлые пряди то и дело вставали дыбом, а в глазах так часто сменялись эмоции, что разобрать их никак не удавалось; даже руки его теперь ни на секунду не останавливались, комкая одежду.
Оба они впали в ступор после осознания того, как долго говорили об одном и том же человеке. Злополучный портрет дрожал в тонких пальцах Кота, а взгляд стал тяжелым и сумрачным.
Ядовитая, глухая ревность навалилась на Юкая и превратила в оскаленное, отчаявшееся животное.
Вереница мыслей ни на секунду не могла остановить свой бег, и Юкай закрылся в кокон тишины и молчания. Два ученика, то и дело попадающие в ловушки; один и тот же наставник, которого судьба снова и снова заставляет жертвовать собой и спасать, учить, опекать.
Была ли между ними разница? Кот теплее, с ним наверняка было проще, да и зла в мир он принес куда меньше…
Юкаю хотелось выть.
Ши Мин наверняка винил себя в том, что случилось. Решил забыть обо всем, вычеркнуть прошлое из памяти: иногда иначе себя спасти не выходит. Нашел нового подростка, изрядно покалеченного судьбой, и снова его потерял.
Снова и снова.
Каждый раз Ши Мин выбирал человека, которого стоило спасать, и началось это очень давно. Ему не было разницы, помогать юнцу или закаленному воину, но каждый спасенный невольно вонзал ему нож в спину, накладывая узор глубоких шрамов прямо на сердце.
Однажды это должно прекратиться.
Пальцы сами сжались в кулаки, а стены с холодной неотвратимостью сходились все ближе, грозя раздавить.
– Не надо опять мне приказывать, – мрачно и серьезно сказал Кот, выдергивая Юкая из пелены багровых и душных мыслей. Он задрал голову, глядя на императора с напряжением. – Хочешь спросить, так спрашивай. Мне нечего скрывать. От молчания каждый раз только хуже становится.
Юкай ощутил вдруг колючий ком в горле. А действительно ли он хочет знать?..
– Мне без разницы, хочешь ли ты, – ощерился Кот, ощутив его нерешительность. – Я все равно скажу. Он меня спас, и я хотел остаться с ним. Он не давил на меня и никогда не приказывал, и я решил… что остаться жить с ним будет не так уж и плохо. Но о тебе он никогда не забывал.
– Не забывал? – тихо переспросил Юкай. Что-то внутри мешало вдохнуть в полную силу.
– Почему ты настолько глупый? Думаешь, близкого можно просто из головы выбросить и стереть, словно ничего и не было? – фыркнул Кот, но глаза остались печальными. – Мы ведь говорим об одном человеке. Разве он что-нибудь забывал или прощал себе?
– Когда я узнал, что он может быть жив… – Юкай отвел глаза и принялся мерить комнату шагами, – то подумал о том, что просто растравлю старые раны. Имею ли я право?..
– Иногда мне хочется тебя стукнуть. – Кот закатил глаза. – Может, он и пытался начать жить заново, да только ничего не выходит. Он до сих пор винит себя и будет винить вечно, такой уж у него характер. Он винит себя, ты винишь себя, и оба вы сидите и ни-че-го не делаете. Я понимаю, что вы вообще ничего не знали и все такое, но такие вы сложные, это невозможно! Можешь злиться, но смотрю я на тебя и думаю, что вы оба похожи на сито – одни дыры и раны. Кто вас будет терпеть и латать, кроме друг друга и меня? Ты еще и помереть норовишь без конца, может, начнем заодно эту проблему решать?
Договорив, Кот вдруг замер и посмотрел на Юкая с подозрением.
– Только вот не надо делать такое лицо, как будто я у тебя что-то украл, – хмуро бросил он и поежился. – О чем ты думаешь вообще?
– Все могло закончиться давным-давно, – вздохнул Юкай и растерянно оглянулся, словно впервые заметив наспех замененную мебель и голые стены, лишенные занавесей. – Будь я на его месте, то не захотел бы видеть такого ученика.
– Вот ты вроде взрослый, а такой глупый иногда, – вздохнул Кот и легонько шлепнул Юкая по плечу. – Быть жилеткой при императоре я не планировал, ну так я и умирать как-то тоже не рассчитывал, и Котом становиться не собирался. Кто-то же должен учить вас разговаривать? Тут даже моих талантов может не хватить. Эй, ты же не собираешься вот так плыть? Без шубы я тебя не выпущу.
Юкай вдруг замер. Янтарные глаза превратились в два осколка темного льда, и холод хлынул все ниже и ниже, замораживая резкие черты лица до каменной неподвижности.