Фаусто Грин – Книжные черви. Том 2 (страница 21)

– Тогда! Тогда!..

Несколько секунд Чацкий смотрел на Печорина, потом на сидящего слева Родиона, который уже клевал носом, просматривая новостную ленту, после чего Чацкий сделал глоток виски и поцеловал Родиона. Судя по лицам присутствующих, протрезвели в этот миг мгновенно и все.

– Русский поцелуй, прямо по Достоевскому! – оторвавшись от Родиона, возликовал Чацкий и бросился пить.

Раскольников вздохнул. Дождался, пока Александр поставит бутылку, посмотрел усталым взглядом на юношу, придвинулся к нему, (тут Печорин присвистнул, ожидая, что сейчас будет продолжение Содома) но Родион, сделав самое влюблённое лицо, хладнокровно прописал Чацкому апперкот в челюсть. Парня вырубило. Родион похрустел костяшками, поклонился и удалился в комнату. Смехом залились все. Кроме Чацкого, конечно же. Маргарита, посмотрев на это действо, сказала Мэл про свободный диван и тоже удалилась.

Игра закончилась. Нужно было либо оставаться, либо возвращаться домой. Мэл посмотрела на Онегина, на безразличного Печорина и пошла в коридор. Печорин последовал за ней.

– Юная леди, то, что ты сказала, правда? – донеслось девушке в спину.

– Ты о чём? – Мэл напряглась.

– Что ты никогда не целовалась, – вкрадчиво проговорил Искуситель, приближаясь к ней.

– Какая разница?! – встала в защитную позицию Мэл.

– Тише, успокойся, я просто спросил. Очевидно, ты это сказала, чтобы этот идиот заметил.

– Ммм… нет! Вовсе нет. У меня есть парень, которого я люблю, и я хочу быть с ним. А Онегин, он просто взрослый ребёнок. Он мне не нравится. Ни капельки.

– Хорошо, учту, – Григорий искренне улыбнулся.

– Ты применяешь на мне чары сейчас? – подозрительно прищурилась Мэл.

– Нет, вовсе нет, – заверил её Григорий с такой искренностью, какой никогда не демонстрируют по-настоящему честные люди.

– Понятно, – Мэл вздохнула как-то разочарованно.

– А что? Нужно? – тонко улыбнулся Печорин.

Девочка помотала головой, после чего сделала глоток виски.

– Фу, гадость! Ай, фу, какой горький! Бэ!..

– Мария, ты ребёнок, тебе рано пить виски, – мягко проговорил Григорий, не сводя с неё глаз.

Девочка морщилась. Печорин вдруг оказался совсем рядом с Мэл и внимательно посмотрел ей в глаза. Мэл поморщилась ещё чуть-чуть, затем, неожиданно для себя самой, порывисто обняла Печорина, а потом зажмурила глаза и коснулась губ Григория своими. Ответа не последовало.

Она приоткрыла один глаз, посмотреть на реакцию героя, но он только хитро улыбнулся, будто ожидая чего-то подобного, а потом закрыл глаза и впился в её губы уже по-настоящему.

– Хороший выбор, девочка, хороший, – выдохнув, прошептал он, когда минуту спустя они оторвались друг от друга. – Но именно так и совершаются большие глупости. Ложись-ка ты спать и не пей больше.

Григорий отстранился. Мэл покраснела и кивнула, после чего вновь обняла его.

– Что, ещё поцеловать? – подавив смех, спросил Григорий.

– Спасибо, – отводя глаза, проговорила Мэл.

– За что? – удивился Печорин.

– Ну, теперь я не чувствую себя неправильной, – почти шёпотом сказала Мэл.

– Это как? – не понял мужчина.

– Не важно… – Мэл махнула рукой и направилась в комнату. Сердце бешено стучало не то от глотка виски, не то от произошедшего. Но ей определённо становилось легче. Девочка помахала Печорину рукой и скрылась в дальней комнате. Вот и она первый раз поцеловалась. Да, не с парнем, о котором мечтала. Да, может быть, и не совсем настоящим парнем, но этот квест был закрыт. Наверное, так же целовались Виолетта и другие девочки. Видели бы, с кем, обзавидовались бы, – решила Мэл и моментально уснула.

Печорин ещё какое-то время постоял в коридоре, после чего решил всё же поехать домой. Хватит с него благотворительности на этот год.

Глава 20

Вот уже пять лет жильцов дома по адресу улица Металлургов, дом 2 занимала таинственная квартира на четвёртом этаже. Они знали, что в квартире живут две девушки, и если одну из них они видели достаточно часто, то другая практически не выходила из дома. Ребятишки рассказывали истории, что в той квартире живёт вампирша, и старались её выследить. Однако чаще всего нарывались на другую жительницу таинственной квартиры, которая иногда давала детям конфеты, а иногда обещала избить мокрым полотенцем, если ребятня ещё раз будет скрестись в дверь.

А детям всегда было интересно. С улицы было видно, что по всей квартире ночью и днём горели огоньки, словно там вечный Новый год. А от двери пахло сандалом, корицей и шоколадом.

Про девушку, что жила на виду, было известно, что её зовут Оксана. Она часто уезжала, и в такие моменты любопытные особи пытались дождаться, когда же из квартиры выйдет другая девушка. Ведь она должна была выходить хотя бы в магазин. Но дверь всегда была заперта.

А что касалось Анны, или, как Непримиримые называли её, Даллахан, ей было удобно в своём замкнутом мире. Общаться она предпочитала в сети, и мало кто мог догадаться о том, что за некоторыми известными анонимными аккаунтами стояла Анна. У Карениной было несколько блогов на русском, французском и английском языках, посвящённые феминизму и борьбе за права женщин. И больше всего Даллахан жалела, что в этой жизни на службе у Барыни у неё был лимит на действия и отсутствие свободы передвижений.

Барыня разрешила Анне устранять обычных мужчин, которые по каким-либо причинам избегали правосудия за жестокость, но не больше одного в месяц, поэтому девушке, которой так хотелось отомстить всем мужчинам, приходилось тщательно выбирать цель возмездия. Это был тот самый раз в месяц, когда Анна могла выходить из дома самостоятельно, по своим делам, а не по делам Непримиримых.

В остальное время Даллахан иногда покидала квартиру в компании Элен или Оксаны.

Анна не нуждалась в еде и воде, и время, что не тратила на войну в сети и блогинг, она посвящала картам.

Даллахан могла часами сидеть и раскладывать пасьянсы. В этом времени, благо, можно было делать это с помощью компьютера. И первый раз, когда женщина увидела такой способ, это вызвало в ней странные тёплые чувства, о которых она, однако, не могла никому поведать.

В 2007 году она каждый раз читала инструкцию, которую ей оставляла Элен, о том, как включать компьютер и где искать её любимые пасьянсы. Шаг за шагом, строго выполняя каждое действие, она открывала зелёное окно и начинала перекладывать карты. Для неё этот процесс не являлся чем-то успокаивающим, ведь злобы в Анне практически не было. До поры, конечно же. Обычный пасьянс «Косынка» казался ей волшебным, особенно когда он раскладывался и карты волнами слетали со своих мест, разбиваясь о край экрана.

После пасьянсов Троянская научила Даллахан играть в маджонг, однако он ей быстро наскучил. Тогда Анна самостоятельно научилась играть в покер. И уже к 2010 году под мужским именем она участвовала во многих мировых покерных турнирах онлайн. И выигрывала.

На свои первые выигранные деньги Анна попросила Элен купить ей игровой компьютер, на котором развлечений было больше, чем пасьянсы, маджонг и пейнт.

И вот тогда девушка начала постепенно знакомиться с миром компьютерных игр. Стрелялки и бродилки ей не нравились, а вот первые версии «The Sims» произвели на неё очень сильное впечатление. Настолько, что однажды девушка забыла отправиться на миссию, чего с ней до этого никогда не случалось.

Когда это обнаружилось, Элен и Владимир бросились в квартиру, где жила Даллахан, и увидели, что чудовищная чёрная слизь покрыла всю парадную. В квартире сидела Даллахан и плакала. Весь её гнев обрушился на вошедшего Шутце, и от перспективы быть выкинутым в окно его спасла Троянская, которая могла успокоить Даллахан.

Оказалось, один из симов в игре у Даллахан случайно загорелся, когда делал обед, и спалил весь дом и всю семью, которую взращивала девушка. Про сохранение Анна знать не знала, а семью воспитывала и оберегала, как когда-то свою собственную.

У Шутце вертелось на языке что-то мерзкое про то, как хорошо, что Даллахан не решила с горя и от мук совести за персонажей покончить с собой, но он решил этого не говорить. Анна в гневе была не по зубам даже ему.

Тогда Даллахан еле успокоили, и Непримиримые приняли решение, что, пока Анна окончательно не привыкнет к этому миру, с ней постоянно будут находится Элен или Оксана.

В конечном итоге на два дома стала жить Оксана. Девушка хоть и не разделяла феминистических настроений подруги, но безумно уважала Анну. Сама же Оксана в открытую работала астрологом и тренером по йоге.

Денег Оксана никогда не брала. Люди сами оставляли, кто сколько хотел и мог. Через подобные сеансы Панночка находила творцов, которых впоследствии нужно было устранять. А нет ничего проще, чем довести до паранойи человека, который верит в предзнаменования. От такой паранойи он сам совершит ошибку: поторопится и перебежит на красный, окажется не в том месте и не в то время, будет переживать до тех пор, пока у него не остановится сердце…

Сейчас Анна наблюдала, как Панночка раскладывала таро. Девушка совсем не торопилась покинуть Москву, а, напротив, пыталась выяснить что-то.

«Ты совсем не торопишься», – подумала Аня.

Панночка подняла карту.

– Луна. Я не верю, что они могли накосячить во время призыва. А вот обман – да, в раскладе прослеживается, – меланхолично проговорила она.