Фатима Шарапова – Магия света, или Маленькая хозяйка большого магазина (страница 1)
Фатима Шарапова
Магия света, или маленькая хозяйка большого магазина
Загорелся свет любви
Одним неприметным осенним днем в вечно пасмурном городе случилась сенсация. На улочке позади театра оперы и балета закрылся единственный магазин модных вещиц "Бархатная кобра", потому что владелец захотел стать художником и ушел жить в лес. Некоторые горожанки не находили себе место:
– Где еще найти такие мягкие туфли с таким острым носом? А сумочки? Сумочки? Да как он..?! – надрывно вздыхая, прижимали руку к груди, – Что теперь с нами будет? – спрашивали они затем, хватая друг друга за локти. Никто не знал ответа на этот вопрос. Все молча разводили руками и, как ни в чем не бывало, шли по своим делам.
Больше всех грустила хозяйка книжного магазина. Теперь никто не сидел на скамейке у ее дверей с кофе в руках, не интересовался новыми поступлениями и не рисовал усы на плакатах с обложками и писателями. Улочка, которая раньше шумела и цвела, опустела и потемнела. Казалось ничто уже не вернет жизнь в тот переулок. Пока однажды в такой же сумрачный осенний день вместо поредевшей надписи "Бахатная кора" не зажглась вывеска "Свет любви".
Красивая женская рука убрала с витрины покрытые пылью одинокие ботинки и сумочки, и поставила вместо них причудливые светильники, а затем резко дернула за занавес, и перед редкими прохожими в лучах света предстала очаровательная молодая женщина в красном платье. Она была так прекрасна, что люди невольно остановились, а потом смущенно кивая ее улыбке, побежали разносить новости о новой хозяйке.
В лучах света
С открытием нового магазина улица за театром преобразилась. Вечно пасмурная погода не могла противостоять яркому свету. Он лился с витрины на дорожную плитку, он поднимался вверх к еще густой листве, ведь не осталось ни одного тусклого или нерабочего уличного фонаря. Они засияли с новой силой, а у некоторых даже появились красивые разноцветные плафоны.
Новыми владельцами магазина оказались мастер на все руки и художница, его жена, которые, как ходили слухи, создали ту самую легендарную люстру, без которой не обходилось ежегодное открытие сезона балета. Вокруг "Света любви" ходило много слухов. Самой правдивой казалась история юношей, которые дарили своим девушкам необычные лунные ночники:
– Ты знаешь, этот тот самый первый светильник, который помог ему спасти жизнь его любимой. Мастер сделал его за одну ночь по ее эскизу. Он долго не решался показать ей. Лампа стояла в мастерской, где ее увидели другие заказчики, и заказали столько, что получилось собрать деньги на операцию. Он сам мне рассказал об этом.
Самым необычным слухом был тот, который распускали жители города, чье освещение побывало на ремонте на втором этаже над магазином, где проживало талантливое семейство. Так однажды хозяйка магазина подслушала разговор двух подозрительно косящихся в ее сторону дам:
– Я спускаюсь вниз ночью глотнуть воды, и вижу в зале горит свет, а в кресле сижу я с вязаньем.
– Не может быть!
– Я закрыла глаза и вскрикнула. Когда открыла, все исчезло.
– Да-да, – вторил подошедший к ним пожилой джентельмен с тростью, авторитетно ткнув в сторону собеседницы сложенной газетой, – Я сам видел мельком себя сидящим у торшера и читающим газету. Я списал это на галлюцинации из-за раннего подъема.
Хозяйка лишь загадочно улыбнулась небольшому кружку собравшихся у магазина людей и прикрикнула на мальчишек, бегающих между людьми и полками с освещением. Зная страсть мужа к своему делу, она не спешила развеивать легенды, наоборот! Художница верила, что ни одна вещь прошедшая через его руки не может остаться бездушной. На вопрос жителей города, почему никто из них не реагирует на слухи, пара переглядывалась и цитировала какого-то писателя:
– Создавайте о себе мифы. Боги начинали с этого, – произносили они в один голос и смеялись.
Мастер не сразу решился брать чужое освещение на ремонт. Если бы однажды мальчишки не уронили настольную лампу в японском кафе возле библиотеки, куда они каждые выходные ходили со всей семьей пить терпкий чай и есть маленькие сладости, наверное, он никогда и не взялся бы за это скучное хлопотное дело. Уж больно пришлись по душе им это место. Поэтому мастер сделал глубокий вдох и предложил владелице кафе проверить работает ли пострадавшая от баловства мальчишек лампа, а заодно починить другое освещение, когда понадобится.
– Лампы после ремонта я буду ставить и зажигать в правой части витрины, чтобы вы сразу видели, готовы они или нет, – сказал он невысокой женщине с короткой стрижкой перед уходом, а потом всю дорогу до дома ворчал про лишние хлопоты и скукоту.
Ариэтта появилась на свет
Прошло тридцать с лишним лет с открытия. Слухи переросли в легенды. Хозяева магазина отошли от дел. Только изредка, нет-нет, мастер ремонтировал настольные лампы и общался с преданными поклонниками их с женой творчества. Теперь вместо них чудеса со светом творили работники помоложе, и нет, это были не их дети.
Мальчишки выросли и решили, что проектировать дома и продавать современные лампочки интереснее, чем придумывать и делать прекрасные светильники. Старший из них даже успел жениться.
В семье творцов впервые появилась маленькая чудесная девочка. Бабушка и дедушка души не чаяла во внучке, и не удивительно! Она унаследовала от них лучшие черты: нетерпимость к скуке – от мастера и желание рисовать на всем, до чего дотягивать ее маленькая рука – от художницы. Больше всех страдала владелица книжного магазина.
– Сегодня ваша Ариэтта снова пришла на встречу автора с читателями и расписала все плакаты, и даже книги, вместо писательницы! – приходила она жаловаться после того, как девочку на выходных забирали домой родители.
– Совсем за ней могу уследить – вся в деда! – сокрушалась бабушка и взволнованно поправляла очаровательную красную кофточку, сидя за столом у витрины их семейного магазина, – Как мы можем возместить ущерб?
– Никак! – Драматично падала хозяйка книжного на свободный стул рядом с художницей. – Сейчас талантливых писателей днем с огнем не сыщешь. Один детский лепет на сто страниц, а не проза! Неудивительно, что читатели с удовольствием принимали автографы от ребенка, – усмехаясь, добавляла она. Это была ее излюбленная тема для обсуждения.
Впрочем художнице тоже было что добавить. Обе устраивались поудобнее, и провожая взглядом прохожих, сокрушались о прежних временах. Потом возвращался мастер, а вместе с ним приходил библиотекарь. Иногда к ним присоединялась владелица японского кафе.
Библиотека уже как полгода была под замком из-за ремонта, поэтому в полдень эти “двое из ларца” занимали свободный столик у окна и играли вместе с хозяйкой в шахматы, или в го – всё зависело от настроения и погоды за окном.
Вечером собравшись у магазина освещения, они все вместе шли пить чай с маленькими красивыми сладостями на балкончик второго этажа букинистического магазина или гуляли по окрестностям, улыбаясь и махая всем знакомым лицам.
Ариэтта сталкивается с драконом
Так же мог бы пройти сегодняшний вечер, но нет. Сегодня Ариэтта не пошла домой с родителями. Они крепко обняли ее, пообещали вернуться через десять дней и уехали изучать дома в других странах, оставив ее проводить лето у бабушки и дедушки.
Ариэтта осталась совсем одна. Она спрятала голову в коленях, обняв себя, сжала кулаки и тихонечко заплакала.
– Хочешь порисуем на стене у лестницы? – предложила бабушка, присев на ступеньку ниже нее, после того как проводила ее маму и папу, – Подожди! А может хочешь разрисовать плакаты из книжного? Я специально собрала для тебя целую стопку.
– Как ты можешь мне предлагать такое? Это же весело! А мне не весело. – Маленький раскрасневший нос ненадолго выглянул наружу, хлюпнул и снова спрятался в коленях у девочки.
– Я знаю, что спасет ситуацию! – хлопнула бабушка по коленям через некоторое время, – Можешь, пожалуйста, подняться в мастерскую дедушки? Я сейчас ему позвоню, и он принесет секретное средство от грусти. – Художница поднялась со ступеньки и отправилась вниз звонить по телефону.
Будь Ариэтта в хорошем настроении она тайно прокралась бы за бабушкой и спряталась за углом, чтобы узнать, какое секретное средство есть у дедушки, но сегодня все было иначе. Ариэтта встала и, шмыгая носом, поплелась наверх в мастерскую деда.
Забегая вперёд, надо сказать, что она прекрасно знала – подслушивать чужие разговоры нехорошо, только любовь к секретам затмевала все "нельзя" и даже "не хочу". Она слушала секреты и играла в шпиона.
– Я не понимаю, почему они уехали без меня, – пожаловалась она керамическому дракону с жемчужиной, усаживаясь за стол в дедушкиной мастерской, – я же тоже хочу посмотреть на новые дома. Они сказали, что я буду уставать, а я же вот не устаю. Знаешь сколько я бегаю? – поддалась девочка в сторону дракона. – Много! – хлопнула она в ладошки, и жемчужина зажглась, помимо нее еще загорелось несколько красных маленьких лампочек в цветах рядом с драконом.
От неожиданности Ариэтта перестала шмыгать и застыла, глядя на чудную лампу. А потом хлопнула в ладоши еще раз, и еще раз, и еще раз. Устав хлопать, она полезла откручивать жемчужину, потому что ей срочно понадобилось узнать, как работает этот странный механизм, который реагировал на ее хлопки. Дед разрешал ей включать-выключать, крутить-выкручивать, если лампа не была подключена к розетке, поэтому увидев, что от лампы идет провод, она слезла со стола и полезла под него отключать ее от электричества.