Faster – S-T-I-K-S. Шустряк (страница 24)

– Швейцар, – пытаясь проглотить хохот, успокаивался мужичок лет тридцати на вид с жидкой клокастой бородой и по-кавказски загнутым носом.

– Я прошу, конечно, прощения, но я не понимаю, чем мог вызвать у вас такую реакцию?

– Ты, походу, из Империи какой-то, советская, российская или царская? – спросил он, утирая слезы.

– Российская Империя, – ответил я.

– Не бери в голову, – ответил он, по-прежнему продолжая хихикать, – давай документы, но сначала вон зайди в комнату, погляди на нее, что-то мне кажется, что ваше высочество откажется здесь проживать,– продолжил он, окидывая меня взглядом.

Я прошёл немного по коридору и открыл первую, за которой меня ждала продолговатая комната, в которой по обеим сторонам стояли двухъярусные кровати. Оглядев условия, я очень сильно огорчился, так как ночевать в кластере и то комфортнее, чем тут.

– Комната на четверых, хотя есть и на восемь, удобства на этаже, и на всю толпу воды вечером в душе не хватает, это тебе не гостиница, а общежитие для тех, кому идти некуда, и нет ничего, -добавил он информации к тому, что я увидел.

– Что-то более удобное здесь есть?

– Да, имеется, конечно, – проговорил он, возвращая мне карточку, – на любой кошелек.

– Тогда я бы хотел знать, где тут есть заведение, где я бы мог устроиться в комнате на одного с удобствами и за минимальную цену.

– В «Веселого рейдера» иди, там и номера есть, и пожрать всегда можно, – ответил он, указав на улицу, параллельную той, по которой я пришёл,– два перекрестка пройдёшь и направо, а там по левой стороне вывеска.

Поблагодарив его, тут же направился по указанному маршруту. Свернув на указанном перекрестке, я сразу заметил вывеску на довольно большом одноэтажном здании, к которому в виде буквы «Г», примыкала трехэтажная постройка. Не став оттягивать, я открыл дверь и попал в какую-то пивнушку. Длинные деревянные столы с такими же лавочками, хотя в конце накуренной комнаты с громко голосящими людьми имелись и обычные столы на двух человек. Я прошел к барной стойке, пробираясь сквозь подвыпившую толпу.

– Говорят, тут у вас можно комнату снять? – обратился я к высокому, почти квадратному мужику с сильно выступающей челюстью.

– Да не вопрос, если на одного с удобствами, то 5 споранов в сутки или 40 кредитов в местной валюте, еда не входит, – повышенным голосом ответил он, перекрикивая очередного радостно вопящего.

– Давай на десять дней пока, – отсчитывая спораны, сказал я, – только номер подальше от бара, чтобы тише было, у вас тут всегда так?

– Частенько, если с дальних рейдов возвращаются, кто погибших обмывает, а кто и отсутствие потерь. Не бойся, звукоизоляция у нас нормальная, – сгребая спораны и выкладывая ключ от номера, ободрил меня бармен, – и да, камеры тут у нас везде, так что воровать или еще чего, сам знаешь, потом на кол посадят, чтобы пустыши ноги объедали заживо, – предупредил он, подмигнув.

Находиться в такой шумной компании у меня не было ни малейшего желания, зажав в кулак выданный мне ключ, я отправился искать свой номер. Поднявшись по деревянным ступенькам на третий этаж, обнаружил, что жить я буду почти в самом изгибе здания, но, поскольку уже даже в коридоре звук из заведения почти не был слышен, меня это вполне устроило. Обратил внимание, что камеры, о которых рассказал бармен, имелись, причем в достаточном количестве, чтобы просматривать как лестницы, так и этажи, следят тут все-таки за порядком, подумал я, открывая дверь.

Комната представляла собой квадрат со сторонами около пяти метров, окном и дверью, ведущей в туалет, это я понял из-за видневшегося там унитаза. Справа имелась кровать, не королевского размера, но достаточная даже для двоих. Она уже была застелена и накрыта чем-то толстым с шелковистой поверхностью и похожим на одеяло, увы, таких вещей в моём мире не было, но роль покрывала мне была ясна. Левее кровати под окном имелся стол, на котором стоял небольшой переносной компьютер, Косой их ноутбуками называл, блок питания и весьма недурной стул. По левой стороне в углу возле окна имелось кресло и возле входа большой вещевой шкаф, сбоку которого была сделана полка для оружия.

Я разулся и принялся раздеваться, предварительно закрыв дверь изнутри, уже скинув обувь, я обследовал небольшую умывальню, которая была совмещена с тем самым виденным мною унитазом и душем, для коего в полу были предусмотрены отверстия для стока воды. Из интереса я открыл кран, отмеченный красной точкой внутри вентиля, и почти сразу почувствовал, что вода начинает нагреваться.

Больше знать я ничего не хотел, сбросив оба рюкзака и мгновенно выбравшись из одежды, я рванул без трусов в эту блаженную комнатку, закрыв изнутри дверь. Уже стоя под горячими струями, я спохватился, что не взял из рюкзака свой пакет с банными принадлежностями, но оглядевшись, был удивлен тем, что здесь имелось все нужное.

Не меньше, чем полчаса я тер себя обнаруженной мочалкой так, что краснела кожа, поскольку в последний раз нам удалось помыться дней десять тому назад, и то в озере. Побритый и распаренный, я покинул душ, с удовольствием завалившись на кровать, и только тут почувствовал, как смердит моя одежда, что я оставил посреди комнаты. Пришлось встать и прибраться, выкинув все нижнее бельё в мусорное ведро, а прочный армейский камуфляжный костюм бросил в умывальню, где и постираю позже.

В животе истошно заурчало, напомнив, что уже почти ужин, а его удостаивали только завтрака. Отложив все, я переоделся во все чистое и спустился вниз, где меня бармен даже не узнал с первого взгляда, но, когда увидел еще влажные волосы, вспомнил. Еду, как выяснилось, можно заказать и в номер, а из-за незнания меню попросил его просто плотно покормить, отказавшись от какой бы то ни было выпивки.

Едва я успел закончить раскладывание вещей, как ко мне постучали, я открыл дверь, и ко мне сноровисто зашли две девушки с огромными подносами, от аромата еды на которых у меня непроизвольно потекли слюни. Выходя из комнаты, они забрали пять споранов, а именно столько стоил этот, по моему мнению, роскошный ужин, распрощавшись, удалились. Не тратя времени, я вцепился во внушительный кусок мяса, поглощая его с таким рвением, что любой волк бы позавидовал, а разделавшись с ним, перешел к жаркому.

Опустошив два подноса, где размещались четыре внушительных блюда, я попивал клюквенный морс прямо из графина, не воспользовавшись стаканом, который так и остался стоять нетронутым. Я давно заметил, что, попав в этот мир, я стал есть гораздо больше, но сейчас я съел порцию на четверых, а чувствую, что даже не объелся. Допив морс, я вынес и поставил все возле двери, как и просили девушки, которые их принесли, а сам, усевшись за освобожденный стол, принялся подбивать своё финансовое состояние.

На стол я выложил импровизированный кисет Косого, сделанный из какой-то приятной и плотной синей ткани, рядом поместил свой трофейный пакет, доставать экстренный запас из переднего рюкзака я вовсе не планировал. Вывернув на стол содержимое обоих так, чтобы не пришлось собирать по полу, отделил янтарные нити. Особенно удивили две черные и одна красная жемчужина из кисета Косого, которые я отложил в отдельный пакетик.

Неплохо, даже очень неплохо, сделал вывод я, окончив подсчёт. Без малого три сотни горошин и почти полтысячи споранов намекали на то, что при умеренном расходе средств я смогу не меньше года прожить в стабе, а ведь еще есть скарб, что у муров забрали. Бездельничать и отсиживаться в стабе я все равно не планировал, а вот время на то, чтобы освоиться и узнать этот мир, мне в любом случае нужно, и хорошо, если оно пройдёт не в том бесплатном общежитии.

Утро по привычке началось еще до того, как солнце начало вставать, взглянув на едва видимые часы над дверью, я понял, что сейчас половина шестого утра. Решив еще немного поваляться, я опять уснул, проснувшись уже в девять. Посетив комнатку, чтобы привести себя в порядок, оделся и принялся воплощать свой план по адаптации в этом мире и своём закреплении в стабе, о котором вчера пытался думать на полный желудок.

Взяв с собой документы, слонобои и бесшумный пистолет, я спустился в бар, где и заказал завтрак, попросив его сделать как можно легче, поскольку имел планы все-таки посетить местную столовую, чем вызвал лишь ехидную улыбку уже другого дежурившего бармена. Вскоре мне подали яичницу, в которой содержалось жареное подкопчённое мясо ломтиками с четырьмя яйцами. Проглотив все разом, я запил неплохим кофе, отдал бармену два спорана и, сориентировавшись по карте, направился в столовую.

Столовая размещалась в одном из зданий казарм, занимая первый этаж. Войдя, я увидел внушительного размера помещение с длинными столами и лавочками по обе стороны, этакая армейская столовая. Возле правой стены имелись длинные металлические столы, выступавшие как окна в огороженном помещении, где суетились повара. Увидев, что, так или иначе, все вначале подходят к упитанной даме в самом начале столов, я обратился к ней за разъяснениями. Она поведала, что рацион тут один на всех, хоть солдат, хоть новенький, питаться можно когда угодно, но по бесплатному профилю не более чем три раза за сутки, если за деньги, то сколько угодно. Выбрать блюда нельзя, лишь один из трех наборов, а в моём варианте еще и поллитра живца в день полагается, как и всем служащим. На интересовавший меня вопрос о стоимости платного питания, она ответила, что один споран, без живца, естественно. Не став задерживать прочих страждущих, коих из-за моих расспросов скопилось достаточно, я подал ей свою карту и подтвердил ее, введя код на терминале. На вопрос о номере набора выбрал два, так как ни про один из них не прочитал, а двойка была ровно посередине.